Интернет-тролли и онлайн-неонацисты: кто эти люди?

Есть определенный тип людей, которые получили демонический образ в эпоху социальных медиа - благодаря анонимности они имеют возможность распространять экстремальный или откровенно оскорбительный контент. Джейми Бартлетт, директор британского Центра анализа социальных медиа, решил поговорить с людьми, которые прячутся за масками.

Мое сердце учащенно билось, пока я ждал Пола на железнодорожной станции. Я общался с ним в течение какого-то времени - но только через интернет. Пол был резким, агрессивным неонаци, который всю свою онлайн-жизнь создавал и распространял White Pride пропаганду.

Он - один из тех, с кем я встречался в течение последнего года во время подготовки своей книги. Я решил исследовать шокирующие и скрытые интернет-субкультуры, погрузившись в электронные миры самоуничтожения, рынка наркотиков, интернет-троллей, осужденных за сексуальные домогательства и цифровых неонацистов.

В новостях часто говорят о таких опасностях жизни-онлайн. Однако самих героев этих странных "подземелий" в сюжетах всегда не хватает. Поэтому мне захотелось найти, встретиться и понять людей по другую сторону экрана. Вот почему я пришел на встречу с Полом.

С 15-минутным опозданием появляется красивый, приветливый юноша. Он рад встретиться с Джейми, "которого видел по телевизору".

У него есть татуировка - из тех модных - от шеи к лицу, а не мрачно выступающее из предплечий.

На самом ли деле это тот цифровой бунтарь, который сегодня нападал и пугал представителей меньшинств в сети, скрываясь за зловещим аватаром? Ведь этот Пол - вежливый и внимательный человек, которого легко рассмешить. Мы быстро нашли общий язык и целый день гуляли по его небольшому, депрессивному городку на севере, и он рассказал о своей жизни.

В 2011 году Пол не интересовался политикой, ему больше нравилось посещать ночные клубы.

Позже он узнал о группе, которая занималась антиисламистскими протестами - English Defence League (EDL). Один из друзей Пола "лайкнул" их страницу на Facebook, и он также поставил "лайки", после чего начал писать комментарии к их сообщениям.

Пол остроумен и хорошо подбирает слова. Спустя несколько недель его пригласили стать администратором Facebook-группы EDL. Это позволило ему удалять посты других людей, решать споры и вообще управлять группой. Работа "администратора" становится все более важной в современной политике.

Позиция администратора в группе, вероятно, наиболее значительная должность, которую Пол когда-либо занимал. Люди прислушивались к нему. Он получил определенное уважение, власть, самоутверждение. Ему это понравилось и он начал проводить большую часть дня в группе. Он читал статьи, которые публиковали другие члены группы, или же которые он сам находил по вопросу опасности ислама для Великобритании.

Он начал совершать виртуальные атаки на Facebook-страницы мусульман, они атаковали его в ответ. Позиции сторон радикализовались.

Пол начал жить в захватывающем манихейском мире друзей и врагов, правильного и неправильного - где главным героем был он сам. Через несколько лет он уже называл Андреаса Брейвика - ультраправого террориста, убившего 77 человек в Осло в 2011 году - "героем".

Однажды он проходил мимо собрания группы сторонников EDL, что было довольно необычным явлением для его города, но не заговорил с ними. В сети он был важным участником националистического сообщества, имел друзей по всему миру. Однако реальный Пол был безработным, нервным, одиноким мужчиной за тридцать. Неудивительно, что он прошел мимо и поскорее залогинился на сайте.

Фактически существовало два Пола. Это позволяло ему вести себя онлайн так, как он никогда бы не повел себя в реальной жизни. Подобный феномен впервые заметил психолог Джон Сулер в 2001 году. Он назвал его "эффектом онлайн растормаживания".

За экраном мы не видим и даже не думаем о людях, с которыми общаемся, и как следствие, чувствуем себя удивительно свободными от общественной морали, норм и правил, которые обычно управляют нашим поведением.

Вероятно, наиболее "безбашенными" стали интернет-тролли - люди, которым нравится оскорблять незнакомцев в сети. "Троллинг" как стенография сопровождает образы или угрозы в интернете. Но за "троллингом" скрывается гораздо больше, чем просто злоупотребления.

Заку немного за 30. Я встретился с ним в пабе, где он сразу же поразил меня, как и другие резкие, вдумчивые, начитанные самоучки - своей естественной застенчивостью.

Он троллит незнакомцев уже десятилетия.

"Троллинг" - это не запугивание людей. Это размыкание ситуации, создание новых сценариев, расширение границ, тестирование идей, определение лучшего способа провокации ответной реакции", - объясняет Зак.

Он годами совершенствовал свою тактику. Его любимая техника - прийти на форум группы, которая ему не нравится, вначале "нарубить" примитивных грамматических или орфографических ошибок, дождаться, пока кто-то обратит внимание на его правописание, а затем попытаться втянуть группу в брутальный спор о политике.

Он показывает один из последних примеров.

Он опубликовал безобидный комментарий с ошибками на одном популярном сайте правого направления, в котором утверждал, что в действительности сторонники правых взглядов не исповедовали бы их, если бы больше читали.

Кто-то из рассерженных пользователей ответил, а также опубликовал обнаженное фото, которое Зак запостил ранее на другом форуме под таким же псевдонимом. Тогда Зак опубликовал несколько собственных видео, где оскорбления в адрес "правых" были усыпаны цитатами Шекспира и Сервантеса.

Зак рассказал мне, что это была победа. "Он был настолько неспособен дать нормальный ответ, что решил залезть в историю моих сообщений, которые опозорили бы меня, но меня не так легко посрамить", - говорит Зак.

"Но я думал, что ты пытался разоблачать группы радикальных правых", - говорю я.

"Когда публикуются обнаженные фото дискуссия привлекает внимание всего сайта. Это природа "троллинга"- создание базы для привлечения внимания как можно большего количества людей к затронутой теме", - ответил Зак.

"Думаешь, тебе удалось?" - спрашиваю я.

"Не знаю, но было весело", - слышу в ответ.

Существует много видов троллей. Некоторым доставляет удовольствие провоцировать незнакомцев. Другие обеспокоены взглядами некоей общности.

Но для других, вдумчивых как Зак, это сочетание спорта, философии и политической активности. Ведь Зак считает, что людей надо научить думать, чтобы быть независимыми и нести ответственность за свои действия.

Он боится молчаливого и послушного общества, где все воспринимают себя слишком серьезно, и очень легко обижаются. Это приводит к самоцензуре и смерти свободы выражения. Тролли наподобие Зака усматривают свою роль в том, чтобы постоянно расширять границы обидчивости и таким образом тревожить общество.

Иногда "онлайн тормоза" теряют люди, от которых этого ожидали меньше всего.

Например, Майкл - 50-летний мужчина, живет в счастливом браке и имеет дочь. "Успешный бизнесмен и вполне нормальный гетеросексуал", как сам он себя описывает.

Накануне нашей встреси Майкла обвинили в хранении на своем компьютере трех тысяч противозаконных изображений - преимущественно девочек в возрасте от шести до 16 лет.

Майкл рассказывает, что начал смотреть легальную порнографию, но ему автоматические всплывающие окна предлагали ему фото девушек в возрасте 15-18 лет.

В какой-то момент он нажал на подобное окно, и его затянуло. Со временем возраст начал уменьшаться до 14, затем 13, затем 12 лет.

"Это происходило постепенно. Я действительно не помню, когда перешел от подростков к детям", - рассказывает он со слезами на глазах.

Майкл считает себя глубоко нравственным человеком, и несколько раз повторил, что не причинил никому вреда, особенно ребенку.

"Почему эти фото так легко найти?", - спрашивает он. "Если бы этого не было в интернете, я никогда даже не задумался бы о таких вещах", - добавляет он.

Я считаю, что Майкл говорит правду.

"Первый закон технологии Кранцберга гласит, что технология является ни хорошей, ни плохой, ни нейтральной". Интернет снижает барьеры, упрощает возможности для удовлетворения какого-либо интереса, для того, чтобы сказать или сделать что-то, чего мы не делали бы в реальной жизни. Иногда он стимулирует поведение, которое в другом случае пребывало бы "в спячке".

Я не пытаюсь оправдать этих людей. Я знаю, причиной каких бед они становятся. Неважно, знают ли они это или нет, но эти люди морально опустошают других. И конечно, есть личности гораздо хуже, упомянутых троих, которые скрываются в сети и пользуются анонимностью.

Но они не всегда такие злые демоны, как о них можно подумать. Но важно понять, как люди доходят до той стадии, на которой они находятся. Это может помочь уменьшить вред, который они наносят.

Но речь идет не только о них, но и о нас тоже. В своем эссе "Вспоминая войну в Испании" Джордж Оруэлл писал, что ему пришлось воевать против врага, который бежал, пытаясь удержать собственные штаны: "Я ехал сюда убивать "фашистов" а этот человек, едва держит брюки, - какой же он "фашист", просто парень вроде меня, и как в него выстрелить?!"

Большую часть героев моей книги я сначала встретил в интернете, а затем - в реальной жизни. И они всегда мне больше нравились в реальном мире.

Интернет дегуманизирует людей. Наше воображение превращает их в монстров, они страшные, потому что находятся в тени.

Каждый раз, сталкиваясь с "цифровым монстром", вспомните, что за ним стоит реальный человек, который вряд ли будет таким, как вы ее представляете.

После того, как мы расстались с Полом в тот унылый ноябрьский вечер, я стоял и смотрел, как он грустно идет к своему серому дому. Когда мой поезд тронулся и увез меня обратно в мою жизнь с друзьями, я получил сообщение: "Рад знакомству, мне действительно было приятно".

"Я тоже", - ответил я. И это действительно так.