Внук "первого олигарха" Мишель Терещенко: много имеешь - много отдавай

Михаил Терещенко был украинским сахарным олигархом и министром финансов Российской империи, а затем - был арестован в Зимнем дворце и посажен в Петропавловскую крепость. В 1918 году он эмигрировал.

Его внук, гражданин Франции Мишель Терещенко, рассказал о своем возвращении в Украину, о восстановлении бизнеса на землях предков, а также о том, что существуют хорошие олигархи.

ВВС Украина: Ваша первая книга называется "Первый олигарх", и она посвящена вашему деду, Михаилу Терещенко. И в Украине, и в России слово "олигарх" имеет довольно негативный смысл. Как вы думаете, почему?

Мишель Терещенко: Я думал о стиле жизни деда. Это был чрезвычайно богатый человек, капитал которого был создан его семьей в сахарной промышленности и банковском бизнесе.

Но давайте задумаемся: до 1914 года сахарная промышленность в Украине развивалась так быстро и интенсивно, что один из пяти рабочих в тогдашней Украине работал на каком-то из предприятий, связанных с производством сахара. Моей семье принадлежало около трети этой области. То есть, можно сказать, что один из 15-20 украинцев тогда работал на семью Терещенко.

Когда на вас возложена такая ответственность, вы обязаны строить школы, больницы, родильные дома, церкви, а дальше - университеты, консерватории и музеи, потому вы ответственны за этих людей. И то, что Терещенко в начале ХХ века тратили до 80% своих доходов на благотворительные проекты, есть ни что иное, как осознанное желание поделиться своим богатством с обществом, которое я объяснить не могу.

Возможно, именно из-за непонимания того, что надо делиться с обществом, нельзя забывать, откуда взялись твои состояния, нынешние олигархи имеют такую плохую репутацию. Как я понимаю, для моих предков это было двустороннее движение - люди, земля, богатство... Когда ты имеешь так много, ты должен и отдавать много.

Соглашение с ЕС как конец 360-летней колонизации Украины

ВВС Украина: Вы рассказали достаточно успешную деловую историю о своем возвращении в Украину. Но мы слышим много нареканий на бизнес-климат в Украине, и эти жалобы имеют серьезные основания. Что помогло Вам иметь успех в бизнесе в Украине?

Мишель Терещенко: Я абсолютно убежден в одном принципе, который можно применять не только к Украине. Именно тогда, когда все говорят только плохие вещи, все в отчаянии и депрессии, когда все говорят, что здесь ничего не будет, - именно это время является наилучшим временем для инвестиций.

Какими бы ни были намерения правительства, но Украина пока не продала свои стратегические активы России, хотя еще в 2010 году у России было убеждение, что она "проглотит" Украину достаточно быстро. Этого не произошло. Напротив, несмотря на ряд серьезных проблем, Европейский Союз подошел вплотную к подписанию соглашения об ассоциации с Украиной. И такого соглашения у ЕС действительно нет ни с одним из своих соседей. Подписание этого соглашения откроет много возможностей.

Для меня лично, - и я надеюсь, что мой дед - последний министр финансов Российской империи меня простит, - это соглашение станет настоящим концом 360-летней колонизации Украины. Потому что перед Украиной наконец откроется возможность движения в другом направлении. При этом в данном случае никто не требует, чтобы Украина теряла какую-то часть своего суверенитета в том или ином виде.

ВВС Украина: То есть, вы не согласны с теми, кто говорит, что после подписания этого соглашения мы просто откроем наши границы для дешевого европейского импорта, и это добьет украинского производителя там, где он еще остался?

Мишель Терещенко: Не согласен на 200%. Это соглашение касается не только зоны свободной торговли, но и предполагает воплощение Украиной определенных политических сдвигов, в частности, независимую систему правосудия и лучшую избирательную систему. А в этом есть необходимость.

"Хребет украинского общества"

ВВС Украина: Некоторые считают, что новым двигателем украинской экономики может стать сельское хозяйство, вместо добывающей или металлургической промышленности, которые уходят в прошлое.

Мишель Терещенко: Я бы сказал, что сельское хозяйство было, есть и будет оставаться хребтом украинского общества. Не случайно более четверти всех пахотных земель, земель, пригодных для выращивания чего-то, что есть в наличии в Европе, находятся в Украине.

К тому же, это земля наивысшего качества - Украина имеет лучшие черноземы. 22-25% населения все еще живут в деревне, а во Франции это всего 2%. 15 млн человек получают свой собственный доход от сельского хозяйства.

Мы видим, как быстро и эффективно развиваются в Украине сейчас настоящие агрохолдинги. Я не очень хорошо разбираюсь в металлургии, но у меня есть впечатление, что она чахнет, потому что никто не вкладывал денег в ее развитие, в отличие от того, что сейчас происходит в агробизнесе.

ВВС Украина: Что вы думаете о приватизации земли? Нужна ли она для развития аграрного бизнеса, который, кажется, и без нее неплохо развивается?

Мишель Терещенко: Я поддерживаю приватизацию, потому что у земли должен быть хозяин. Земля не поддается административному регулированию. В советское время отчитывались о фантастических урожаях, а в результате в Советский Союз шли американские сухогрузы с кукурузой и зерном.

Вы пересекаете границы Украины и видите: на полях - кукуруза-соя, кукуруза-соя, немного подсолнечника. Это убивает землю. Это может продолжаться еще 10-15 лет, и потом будет потеряно все. Но они делают это, потому что они являются арендаторами. Поэтому земли нужен хозяин.

Конечно, хотелось бы, чтобы это была абсолютно справедливая и прозрачная приватизация. Но, когда я смотрю на земельную реформу 1861 года, давшую столько возможностей моим предкам для развития сахароварения в их время, я понимаю, что и через 50 лет после начала этой реформы не все проблемы были решены. И это доказали события первой революции в 1905 году.

Я также верю, что результаты приватизации получат не только крупные холдинги, но и люди, имеющие небольшие хозяйства.

О "хороших олигархах"

ВВС Украина: Но именно так - ничего не вкладывать и просто использовать активы, которые достались им во время того, что в народе называют "прихватизацией", - украинские олигархи и накопили свои состояния...

Мишель Терещенко: Ну, если так, то не думаю, что основатели династии Кеннеди или какой-либо другой известной богатой американской семьи абсолютно законно заработали свои первые деньги. К сожалению, практически всегда приходится проходить через процесс перераспределения. И, как правило, в такие времена ловкие получают больше, чем другие.

Я уверен, если оставить на острове 30 человек и вернуться через год, то трое из них будут управлять, двадцать будут работать на них, а еще семь будут жить в нищете и жаловаться на жизнь. Это человеческая природа. Первые трое должны быть такими олигархами, о которых мы говорили в начале разговора. Они должны осознавать ответственность за богатство. Но одни люди всегда будут бежать быстрее других. Не думаю, что это можно как-то изменить.

Но я убежден, что капиталы смогут сохранить лишь те их потомки, которые поймут, что нужно ими делиться с обществом. А кто не поймет этого - их богатства просто будут украдены кем-то другим.

Я был удивлен, когда в июне 2009 года сотрудники отделения детской кардиохирургии, которое возглавляет профессор Илья Емец, решили установить памятник моему прапрадеду Николаю Терещенко, который за свой счет и за счет своей жены Пелагеи построил эту больницу (ныне - научно-практический центр детской кардиохирургии и кардиологии МЗ Украины. - Ред.) в 1894 году.

Позже профессор Емец пригласил меня познакомиться с сотрудниками отделения, а также с членами Опекунского совета больницы. И я был потрясен теми суммами, которые выделяют на поддержку больницы некоторые из этих людей, выделяют анонимно и регулярно.

Поэтому меня не покидает надежда, что в Украине могут появиться олигархи в положительном смысле этого слова.

Без претензий на имущество предков

ВВС Украина: В вашей второй книге "В поисках сокровищ семьи" вы пишете о встрече с Виктором Ющенко в его усадьбе, когда он был президентом и когда он пообещал вам дать украинское гражданство "на следующий день, как попросите". У вас уже есть украинский паспорт?

Мишель Терещенко: Как я и написал в книге, это был лишь разговор. Он варил уху в своем саду, мы разговаривали, и я просто спросил об украинском гражданстве, а он так же просто ответил, что "для вас я сделаю это за 5 минут". Но мы никогда больше не встречались после этого ужина с супом.

Я совсем не против получить украинское гражданство. Но в этом вопросе я несколько сентиментален. Я не хочу просить. Если оно придет, то придет. Я каждый год подаю заявление на рабочую визу в Украине, и даже с этим возникают некоторые проблемы.

Кроме того, есть еще одна проблема с украинским гражданством. Если я его получу, то я должен буду отказаться от французского гражданства. Я никогда не держал бы два паспорта. Но тогда мне придется просить визу для того, чтобы посетить семью во Франции. Возможно, я подожду до времени, когда украинцы смогут попадать в Западную Европу без визы. А я верю, что такое время придет уже скоро.

ВВС Украина: Я знаю, что вам не нравится, когда вас спрашивают о том, претендовали вы на имущество Терещенко, если бы была какая-то реституция, если бы вы могли повернуть все эти заводы, землю, имения, музейные коллекции...

Мишель Терещенко: Я бы растерялся. Мой дед умер, когда мне было 2 года, и я его совсем не помню. Моя бабушка никогда, кроме самого последнего времени перед ее смертью, не рассказывала мне о том, чем владела семья в Украине или в России.

Когда я был еще школьником, я записался на курсы русского языка. В тот вечер я пришел к бабушке и сказал, что вскоре смогу говорить по-русски. На это бабушка сказала, что если бы об этом узнал мой дед, то умер бы во второй раз. У нее были прекрасные голубые глаза, но когда она говорила мне, они стали просто черными. И долгое время я не мог понять, почему они никогда ничего мне не рассказывали, почему я не должен был учить русский? Теперь я понимаю, что они не хотели, чтобы мы воспитывались в ностальгии. Они не хотели, чтобы у нас был некий дух реванша, мести, жалости.

Когда они покинули Украину, им было около 30 лет, они были очень богатыми, и они все потеряли. Они приняли то, что они должны были прожить две разных жизни. Но чтобы жить новой жизнью, нужно перевернуть страницу, и они сознательно сделали это. Мой отец рассказывал мне, как они с дедом часто ходили в Лувр, но никогда мой дед не упоминал, что он был владельцем 15-и тысяч шедевров.

То есть, я считаю все разговоры о возвращении имущества совершенно неуместными. Конечно, если закон изменится, если внук сможет унаследовать что-то от своего деда, у меня не будет оснований отказываться. Но сейчас закон другой, и говорить об этом нет смысла. Я даже не думаю об этом.

ВВС Украина: Да, но меня больше интересовало, что вы чувствуете, когда просто гуляете по Терещенковской улице, где расположены все эти дома, построенные Терещенко?

Мишель Терещенко: Большую радость. Я часто и всегда с большим удовольствием посещаю эти музеи, основу коллекций которых составляют произведения, собранные моими предками. Разве что о Варваре Ханенко я всегда думаю с грустью, потому что она единственная из семьи не покинула Украину, хотя имела все возможности.

Когда я думаю обо всех этих людях, которым пришлось жить с тоской до конца жизни в эмиграции, или страдать от того, что они решили остаться, и знать, что сейчас я могу когда угодно просто пройтись по комнатам этих домов, я должен быть счастливым - и за себя, и за них. И также я очень благодарен людям, которые все это сохранили, особенно, если вспомнить, какой трагической была история Украины в ХХ веке.

С Мишелем Терещенко беседовала Анастасия Зануда