Блог психолога: Сизифов камень свободы

Если спросить любого, свободным ли человеком он себя считает, подавляющее большинство, не понимая, ответит, что да, конечно, да еще и удивится вопросу.

Это же унизительно - чувствовать себя рабом. И формально, согласно декларации прав человека, все мы действительно свободные люди.

Но это формально-юридически, а психологически, выдавая желаемое за действительное, на самом деле боимся быть такими, ошибочно отождествляя свободу с собственной ненужностью.

Почему же это естественное человеческое состояние временами превращается в тяжелое бремя, от которого непременно хотят избавиться?

"Да" и "нет" не говорить

Когда люди пытаются дать определение свободе, используют обычно апофатические выражения, то есть делают это путем отрицания. Среди признаков называют материальную независимость, отсутствие финансовых и супружеских обязательств, безответственность, свободу ничего не делать, ни перед кем не отчитываться.

Очень напоминает описание Бога в апофатической теологии: у него нет ни имени, ни присущих ему черт, можно только сказать, чем он не является. Итак, кажется, что такая желанная и якобы имманентно присущая от рождения свобода - это одновременно и все, и ничего. Ее невозможно увидеть и почувствовать c помощью сенсорных органов чувств, зато все сразу ощущают ее потерю.

Немного предыстории. Ощущение свободы является исключительно человеческой, и то достаточно поздней эволюционной способностью. Поэтому чувствовать ее присутствие или отсутствие человек начал только тогда, когда столь высоко поднялся по лестнице Ламарка, что вместо выполнения только обусловленной биологическими инстинктами программы самовоспроизведения впервые задумался о смысле жизни. А произошло это потому, что он был единственным из всех живых существ, кто осознал, что умрет, и с этим нужно было как-то жить дальше.

Так же дети, развитие которых, как мы знаем, является маленьким повторением развития человечества, лет в шесть-семь, столкнувшись со смертью кого-то из родственников, впервые испытывают аналогичный экзистенциальный ужас, мол, так что же когда-то и меня не будет?

Так зачем же тогда это все, если оно закончится? Тогда же ребенок, кстати, впервые осознает себя во времени.

Я до сих пор отчетливо помню такой свой день, когда мама, как могла, успокаивала меня, говоря что это случается с кем-то другим, мы же будем жить вечно.

Обе мы в это не верили, сошлись на том, что "что-то плохое", по крайней мере, будет не скоро, и к тому времени врачи изобретут волшебное средство, "таблетку от смерти". Или от жизни.

Некоторые в период развития человечества с юношеским максимализмом пытались противостоять неизбежному фатуму, но вышло только хуже. Все мы знаем миф о Сизифе, который выкатывает на гору камень, который каждый раз, достигнув вершины, скатывается вниз, и так - до бесконечности. Это было ему наказанием от лишенных милосердия древнегреческих богов за желание обрести вечную жизнь. И крайняя жестокость заключается даже не в тяжести этого "упражнения", а в том, что Сизиф заранее знает, что камень упадет. Вот и решайте, что лучше - конечная и яркая или вечная и бессмысленная жизнь.

Тигр не может "разтигрится". А человек?

Казалось бы, как связано осознание человеком конечности его жизни с ощущением свободы? А просто-таки - напрямую. Уж если у нас нет выбора, рождаться или нет, мы можем по крайней мере свободно распорядиться отмеренным нам временем, самостоятельно придать смысл своей, к сожалению, не вечной жизни. Это и является нашей свободой, с которой мы иногда не знаем, что делать, "легкость" бытия подчас весит так же, как камень строптивого Сизифа.

Все мы помним отчаянное головокружение, когда стоим над пропастью или на балконе какого-то надцатого этажа.

Для самоуспокоения называем его страхом высоты. Артур Шопенгауэр говорил, что в таких случаях он боится не того, что его кто-то столкнет, а того, что он сам может прыгнуть в эту пустоту. То есть боится себя, своей свободы, которая заключается и в том, чтобы таким образом проявить себя.

В реальной жизни мы каждый день сталкиваемся с множеством ситуаций выбора, когда, образно говоря, можем прыгнуть или нет. То есть решаем, по-человечески поступить или ошибиться.

"Человеческий" путь обычно оказывается более сложным, но большинство все же выбирает именно его. Так, Жан-Поль Сартр считал, что смысл жизни человека заключается в том, что ему, в отличие от животного, снова и снова приходится доказывать, что он является человеком.

Вот тигр, говорил он, не может "разтигрится", он выполняет биологическую программу и является равным себе. Например, убивает других существ не ради удовольствия, утверждения своей власти или из-за садистских наклонностей, а ради еды. Так и хочется добавить уже от себя - в отличие от человека. Животные, как и маленькие дети, не отделяет себя от окружающего мира, потому и живут в гармонии с ним.

Но с появлением у человека собственного Я, моральных принципов и ценностей, связанных с ними мотиваций и установок, у него появляется свобода выбора, а заодно и ответственность за свои поступки. Чем менее наполненной и зрелой является личность, тем меньше такой свободы ей нужно.

Инфантильные люди, которые живут, так сказать, не приходя в сознание, бессознательно стремятся к закрепощению: школа - вуз (армия) - женитьба - служба - пенсия - промежуток между датами рождения и ухода. А что? Типичные жизненные вехи типичного представителя homo-sapiens, независимо от пола, партийной принадлежности и вероисповедания.

Невыносимая легкость бытия

Более того, жизнь "как у всех" поощряется политикумом, потому что именно такие "добрые люди" удобны в использовании и обычно являются той железобетонной прослойкой, которая выбирает "стабильность" и "семейные ценности".

Только почему потом так обидно слышать в свой адрес определение типа "биомасса" и "электорат одноразового использования".

Парадоксально, но и 70-летний опыт убивания инициативы и уравниловки не стал для них негативным опытом.

Зато хватает еще, к сожалению, относительно молодых людей, которые хотят, чтобы кто-то ДАЛ им работу, зарплату, жилье, СДЕЛАЛ низкими цены, а они будут послушно жить, выполняя биологическую программу и снова голосуя по принципу "потому что больше не за кого". У таких всегда много оправданий собственной несвободы.

Обычно кардинально изменить жизнь мешают жена, дети, пожилые родители. А еще - нехватка денег. Хотя это все - лишь отговорки. Это особенно касается денег, потому что они - отдельное испытание и являются особо коварной ловушкой для незрелой личности. Ведь только взрослый человек понимает, что деньги - лишь средство, а не цель, и они сами по себе не приносят счастья, а всего-навсего успокаивают нервы.

Деньги открывают еще одну степень свободы, которой нужно уметь правильно воспользоваться.

Разве не достаточно мы знаем примеров, где неразвитую личность наличие больших денег вгоняло в состояние скуки, когда "не к чему стремиться"? И люди из-за собственной духовной нищеты, не зная, как справиться с новыми горизонтами свободы, быстро входили в алкогольную, наркотическую или консьюмерскую зависимость. А они, как все виды искусственных допингов, лишь на некоторое время снимали напряжение от ощущения личной пустоты, затем она с еще большей силой давала о себе знать.

И все же не может не радовать, что в последнее время все больше людей приходят к пониманию, что только они могут наполнить свою жизнь наиболее приемлемым для себя самих смыслом.

Они меняют работу, профессию, бросают насиженные места, избавляются от иллюзии собственной "нужности" вполне себе взрослым и работоспособным членам семьи в пользу собственного призвания. Возможно, иногда это бывает трудно, возможно, кое-кто понимает, что ошибся. Но, поверьте моему опыту психолога, лучше жалеть о том, что что-то сделал не так, чем о том, что так ни на что и не решился в жизни.