Газовый конфликт: до осени, до зимы или навсегда?

На следующий день после того, как Россия прекратила поставлять свой газ в Украину, премьеры обеих стран заочно обменялись очередными жесткими заявлениями, а ЕС озвучил несколько выводов из своих наблюдений за этим конфликтом. Эксперты с обеих сторон называют разные причины конфликта и выдвигают различные предположения относительно того, чем он завершится.

"Все поставки газа на Украину только после возврата долгов и предварительной оплаты. Халява закончилась!" - так прокомментировал прекращение поставок газа в Украину российский премьер Дмитрий Медведев на своей странице в Facebook.

То, что российский премьер называет "халявой", только с 2009 года стоило Украине 50 млрд долл., заявил в парламенте украинский премьер Арсений Яценюк.

"Украина является третьим крупнейшим рынком "Газпрома", перед нами Германия и Турция. В целом, с 2009 года Украина заплатила "Газпрому" 50 млрд долларов США", - сообщил Арсений Яценюк, объясняя причины безрезультатности газовых переговоров и дальнейшие планы правительства в энергетике.

В ЕС пока не испытывают каких-либо последствий российско-украинского газового конфликта, ведь все объемы российского газа, предназначенные для европейских потребителей, исправно транспортируются по территории Украины. Однако сам провал газовых переговоров воспринимают как свидетельство более глубокого конфликта, который уже влияет и на ЕС.

"На фоне того, что происходит сейчас в Украине, наиболее значительный риск для нас - раскол Европы. Все, что в последнее время сделали ЕС и ОБСЕ, свидетельствует, что в Европе далеки от политического консенсуса. На это указывают как проваленные переговоры по поставкам газа Украине , так и сбитый в Украине военный самолет", - заявил министр иностранных дел Германии Франк-Вальтер Штайнмайер в Таллинне после встречи с главами МИД стран Балтии.

Что происходит в украинско-российских газовых отношениях, ВВС Украина и Русская служба Русская служба Би-би-си спросили у экспертов в Москве и Киеве.

Михаил Гончар, директор энергетических программ центра "Номос"

ВВС Украина: Почему газовые переговоры завершились безрезультатно?

Михаил Гончар: На самом деле ответ очень простой. Хотя инициатива Еврокомиссии о трехсторонних газовых переговоров была своевременной и удачной, в ЕС допустили одну стратегическую ошибку. Российско-украинский газовый конфликт в Еврокомиссии рассматривали исключительно как бизнес-конфликт, тогда как газовый конфликт является одним из компонентов ведения гибридной войны против Украины. Неучет этого фактора и привел к фиаско. Потому что если бы речь шла только о рыночных реалиях, то странно говорить о каких-то 100-долларовых скидках до 385 долл. за тысячу кубов для Украины, при том, что спотовая цена газа на европейском рынке сейчас составляет 224 долл. за тыс. кубов, а средняя цена самого "Газпрома" для европейских компаний - 372 долл. за тысячу кубов.

ВВС Украина: Каким может быть выход из этой ситуации? Или стороны действительно зашли в тупик? Как учитывать политические факторы в газовых переговорах?

Михаил Гончар: Чисто в газовых переговорах сделать это невозможно. Еврокомиссия будет действовать по шаблону. И в России хорошо знают, что политические вопросы не входят в компетенцию европейского директората по энергетике и комиссара Эттингера. Поэтому с этой точки зрения ситуация, действительно, в тупике. Но Россия это использует для того, чтобы повернуть Еврокомиссию лицом к "Южному потоку", и заставили ее пересмотреть свою позицию по этому проекту под давлением обстоятельств, которую называют "кризис в Украине". Поэтому почвы для выхода я не вижу. Разве что будут какие-то движения, направленные на то, чтобы предложить новую схему газовых отношений между Россией и Украиной.

ВВС Украина: Если вернуться к официальным заявлениям, то получается, что Киев сейчас больше полагается на Европу, на то, что в правительстве называют "большим реверсом". Действительно ли этот вариант является реальной альтернативой импорту российского газа?

Михаил Гончар: С технической точки зрения это направление является вполне реальным. На территорию Словакии из Украины идут четыре трубы. Три из них имеют мощность в 30 млрд кубов, и одна - 20 млрд кубов. Если выделить для реверса одну из этих труб, то 30 млрд кубов в год полностью покрывают весь наш импорт. Это и называют "большим реверсом". То, что реализуется сейчас - "малый реверс" - даст возможность импортировать из Европы 8 млрд кубов газа в год, чего недостаточно.

"Большой реверс" зависит от европейской стороны, потому что есть определенная юридическая коллизия. "Газпром" зарезервировал все мощности словацкой ГТС согласно контракту и условию "транспортируй или плати". То есть, юридически они являются зарезервированными, но де-факто - не загружены на полную мощность. Украина и европейская сторона исходят из того, что свободные мощности есть, так же, как и должен быть свободный доступ к свободным мощностям, а "Газпром" говорит, что физически не загруженность трубопроводов является неважной, если они законтрактованы юридически. Казалось, что для Еврокомиссии это тупик. Но заявления президента Путина в Нормандии о том, что в случае, если ЕС будет способствовать реверсивным поставками газа в Украину, "Газпром" сократит поставки газа Европе, должны изменить отношение европейцев, потому что они восприняли эти заявления как ультиматум. И здесь речь идет уже не только об интересах Украины, а о том, сможет ли Еврокомиссия защитить те правила игры, которые она воплощала на европейском энергетическом рынке в течение многих лет.

ВВС Украина: Каковы перспективы рассмотрения этих двух встречных исков от Украины и России? Они могут как-то разрешить конфликт, или они также являются элементом какой-то широкой схемы?

Михаил Гончар: Если проанализировать те иски, которые выдвигали против "Газпрома" не только Стокгольмском арбитраже, но и, например, в Вене, то никакого успеха "Газпрому" они не принесли. Собственно, до финала, до арбитражного решения не доходило, потому что в процессе подготовки к рассмотрению "Газпром" включал "задний ход", и дальше стороны договаривались на условиях истца. В том случае, когда "Газпром" шел до конца, он проиграл чешской дочерней компании немецкой RWE. Конечно, ничто не гарантирует автоматического успеха "Нафтогаза" в Стокгольме, но его позиции выглядят весьма выигрышными. Если будет грамотная юридическая стратегия, то шансы на компромисс есть.

Однако я думаю, что ситуация разрешится или в этом месяце, или в следующем, потому что затягивание невыгодно самому "Газпрому". В соответствии с контрактом 2009 года, украинский рынок газа приносил "Газпрому" от 12 до 14 млрд долл. ежегодно. Для сравнения: громкий контракт с Китаем, когда соответствующий газопровод будет построен и он заработает на полную мощность, будет приносить около 13 млрд долл. Поэтому при всей высокомерной риторике, для "Газпрома" потеря украинского рынка будет очень болезненной, не говоря об угрозе потерь на европейском рынке.

С Михаилом Гончаром беседовала Анастасия Зануда

Алексей Белогорьев, заместитель директора российского института энергетической стратегии

Русская служба Би-би-си: Почему "Газпром" перешел на режим предоплаты?

Алексей Белогорьев: Я думаю здесь две причины. Первое в том, что это не сам "Газпром", а правительство России - традиционно использует газовую составляющую наших отношений в политических интересах. А политические интересы у нас очень широкие, они связаны и с тем, что происходит на востоке Украины, энерго- и водоснабжением Крыма. И в целом с экономическим давлением на новое украинское правительство.

Вторая причина состоит в том, что само правительство Украины, "Нафтогаз" очень далеко зашли с точки зрения невыполнения контракта. Даже с точки зрения, мне кажется, Стокгольмского арбитража, "Нафтогаз" ведет себя очень странно, не погашая долги, даже за те периоды, где цена на газ вполне согласована.

Очевидно, что правительство Украины решило использовать деньги, которые у нее есть, которые были выделены в начале мая МВФ в какой-то мере адресно для погашения долгов перед Россией за газ, на какие-то другие цели. Видимо это тоже в какой-то мере переполнило чашу терпения.

Русская служба Би-би-си: Какой может быть выход из сложившийся ситуации?

Алексей Белогорьев: В любом случае, мне видится, что это должная быть пакетная сделка со всех сторон, то есть это не только вопрос цены газа. Я думаю, что правительство Украины отчасти лукавит, когда говорит, что готово выплатить все долги в десятидневный срок по цене 268 долларов, мне кажется, что они просто сейчас подтягивают сроки, чтобы иметь в наличии свободные деньги, не направляя их в Россию.

Поэтому единственный выход – это все-таки согласование цены на условиях, на которые Россия уже пошла - зафиксировать цену в районе 385 долларов.

Понятно, что эта цена не 268 долларов. Конечно, Россия могла бы поставлять газ дешевле, 268, может быть, еще меньше, поскольку себестоимость добычи, газосортировки, пока это позволяет, но это же вопрос все-таки рыночных цен. Ни одна сторона, ни один другой источник не даст газ по цене ниже 380 долларов, хотя сейчас говорят 326, я в этом, честно говоря, сомневаюсь.

В любом случае это не 268 долларов, на которых без каких-либо экономических обоснований настаивает правительство Украины. Мой прогноз, что ситуация разрешится осенью, перед отопительным сезоном.

Русская служба Би-би-си: Возможно ли повторение кризиса 2008-2009 годов?

Алексей Белогорьев: Сейчас данное условие – лето, все-таки тепло, даже если транзитный кризис случится – Россия решит перекрыть совсем поставки через Украину, то это не будет так болезненно, как это было в январе 2009 года, в начале 2006 года. Это, с одной стороны, повышает риск такого кризиса, поскольку цена такого перекрытия транзита ниже для всех.

С другой стороны, делает менее вероятным, поскольку как институт давления он менее эффективен. Тем более, что Еврокомиссия в последние недели, как мне кажется из Москвы, в большей степени сблизилась с "Газпромом", чем с позицией "Нафтогаза".

То есть как инструмент влияния на наших европейских коллег это неэффективно. А на Украину, я думаю, это вообще не повлияет, потому что у них сейчас своя логика, свое видение развития событий, которое вряд ли изменится из-за перекрытия транзита. Тем более, что транзит предоплачен до начала 2015 года, то есть "Газпром" заплатил за него авансом.

С Алексеем Белогорьевым беседовала Ольга Алисова.