Кому принадлежит Антарктида? Это могут решить человеческие кости

Международное соглашение об обеспечении мирных исследований Антарктики подходит к концу через 30 лет, но многие страны уже сегодня предъявляют претензии на эту территорию. Как обнаруженные археологами артефакты и останки людей могут повлиять на судьбу континента?

В 1985 году на пляже Ямана у мыса Ширреф на Южных Шетландских островах в Антарктике обнаружили уникальный череп человека.

Он принадлежал коренной жительнице южной области Чили, которой было чуть за двадцать, когда она умерла между 1819 и 1825 годами.

Это - самые древние останки человека, обнаруженные в Антарктике.

Место находки было крайне неожиданным. Череп вместе с остатками бедренной кости женщины обнаружили на месте лагеря охотников на тюленей, разбитом в начале XIX века. Впрочем, в те времена было неслыханным, чтобы женщины ходили охотиться на тюленей.

Никаких документов, которые могли бы объяснить, как и почему молодая женщина оказалась в Антарктиде, не осталось.

Но теперь, почти 200 лет спустя, ученые считают, что обнаруженные останки совпадают с эпохой первых высадок на ледовый континент.

Череп на пляже Ямана - чрезвычайно важная находка. И не только для археологов.

Через 30 лет такие останки человека могут сыграть ключевую роль в территориальном распределении нетронутой снежной пустыни.

Многие государства, спокойно и не очень, готовятся заявить о своих правах на земли, практически непригодные для жизни.

"Мало кто понимает эту темную сторону Антарктики", - объясняет Клаус Доддс, профессор геополитики из Королевского университета Холлоуэя в Лондоне.

"На территории, которая многим кажется непригодной ни для чего, теперь разворачивается политическая борьба больших сил", - добавляет он.

Договор об Антарктике впервые был подписан в 1959 году, в 1998-м к нему добавили протокол о защите окружающей среды.

В нем указано, что Антарктида не принадлежит ни одной стране и должна оставаться "природным заповедником, посвященным миру и науке".

Протокол запрещает любые мероприятия с целью добычи минеральных ресурсов, кроме необходимых для научных исследований.

Впрочем, срок действия протокола ограничен.

В 2048 году - спустя полвека после его создания - договор должны пересмотреть.

В этот день запрет на разработку и добычу полезных ископаемых могут либо полностью отменить, либо изменить условия его действия.

"Опасения относительно 2048 года связаны с тем, что страны-участницы первоначальной сделки могут изменить свою позицию о запрете добычи минерального сырья. И ситуация станет кардинально другой", - отмечает Доддс.

"Охрана окружающей среды является одним из ключевых положений договора", - считает он.

На момент подписания соглашения территориальные претензии в Антарктике выдвинули семь стран: Аргентина, Австралия, Чили, Франция, Новая Зеландия, Норвегия и Великобритания.

Соглашение учло все эти требования и запретило предъявление новых. Кроме того, соглашение официально приостанавливает любые попытки расширения территориальных претензий в Антарктике.

"Иначе говоря, страны-претенденты до поры до времени держат свои территориальные требования в ящике, но отказываться от них полностью, конечно, не собираются", - объясняет Джилл Барретт, международный юридический консультант и приглашенный лектор по международному праву в Лондонском университете королевы Марии.

Впрочем, многие страны не прочь воспользоваться неоднозначностью этой части соглашения, говорит Доддс: "Среди главных игроков международной арены, которые ждут 2048 года и готовятся заранее - Россия и Китай".

Именно поэтому многие страны пытаются тем или иным способом "оставить свой след" на пока не определенной окончательно территории.

Они финансируют научные исследования, исторические исследования и строят научно-исследовательские базы в Антарктике.

"Это довольно однозначное послание миру: мы здесь, на всей территории", - говорит Доддс.

Важнейшую роль в попытках обозначить свое присутствие на континенте играет археология, считает Майкл Пирсон, консультант по вопросам антарктического наследия и бывший заместитель исполнительного директора Комиссии по вопросам наследства Австралии.

"Археологические раскопки делают серьезную ставку в будущих дискуссиях по территории Антарктики или коммерческой эксплуатации этих земель", - отмечает он.

Хотя археологические находки, например череп с пляжа Ямана, не имеют юридической силы, - женщина, которой он принадлежал, была скорее охотницей, чем должностным лицом, - они могут обжаловать нынешнюю хронологию освоения континента.

Если Чили сможет доказать, что ее народ жил в Антарктиде до того, как туда пришли представители других наций, которые теперь претендуют на земли континента, южноамериканская страна будет иметь весомый аргумент в будущих переговорах.

Археологические находки также заметно усиливают национальный интерес к определенным землям.

"Обнаружение останков людей или артефактов во льду сразу будоражит территориальный национализм, - добавляет Доддс. - Археология всегда играла важную роль в национальной политике".

Другие находки, например, остатки судов, могут играть не менее значимую роль, чем яманский череп.

В 1819 году испанский фрегат "Сан-Тельмо" потерпел крушение в проливе Дрейка, отделяющем южную оконечность Чили от Антарктического полуострова.

Археологи пытались отыскать следы того, удалось ли кому-то из членов экипажа выжить и добраться до берега.

"Остатки судна вынесло на побережье Южных Шетландских островов", - рассказывает Пирсон.

"Вполне возможно, что часть экипажа могла выжить на обломках фрегата", - добавляет он.

Если это действительно так, тогда испанцы ступили на землю Антарктиды раньше британцев.

Преимущества такого изучения очевидны. Усилия определенной страны в археологических исследованиях на территории Антарктики могут обнаружить находки, которые прольют свет на историю, и которые в противном случае никогда не были бы обнаружены.

"Национальные амбиции государств, откровенные или скрытые под исследовательскими мотивами, бесспорно приносят пользу", - отмечает Пирсон.

"Они финансируют и оказывают материально-техническую поддержку археологическим исследованиям, которые иначе было бы очень трудно провести", - добавляет он.

Что же касается чилийской женщины, чей череп был обнаружен на пляже Ямана, наиболее вероятным выглядит предположение, что она каким-то образом оказалась в группе антарктических охотников и погибла от холода или утонула.

Но ее кости остаются одной из важнейших археологических находок, когда-либо сделанных в Антарктиде.

Теперь они участвуют в большой политической игре, в которой с помощью "мягкой силы" государства пытаются отвоевать себе часть ледяного континента.

Прочитать оригинал этой статьи на английском языке вы можете на сайте BBC Future.

Хотите поделиться с нами своими жизненными историями? Напишите о себе на адрес [email protected], и наши журналисты с вами свяжутся.

Следите за нашими новостями в Twitter и Telegram