Как украинцев преследовали "за Шевченко"

Для Украины Тарас Шевченко всегда был больше, чем поэтом. Символом нации, олицетворением ее стремления к свободе.

Могила в Каневе стала местом паломничества. Празднование шевченковских годовщин очень часто перерастало в политические протесты и сопровождалось стычками, драками и арестами. Запреты доходили до полного абсурда.

Имперские традиции

Преследования оказывались одинаково строгими как в дореволюционные царские, так и в советские времена.

В предвоенный 1914-й празднование столетия со дня рождения запретили.

Священный Синод Русской православной церкви не разрешил даже отправления панихиды.

В Киеве конная полиция нагайками разгоняла огромные толпы на Крещатике, Владимирской улице, возле Софийского собора.

Черносотенцы громили украинские книжные магазины и клубы.

Оппозиционная большевистская партия тогда ловко заработала себе политические дивиденды. Заклеймила преступное правительство, превознесла революционного пророка. Но когда пришла к власти, отношение к нему быстро изменила.

Для канона "украинских советских классиков" Шевченко подходил очень плохо. Его антироссийская, антиколониальная позиция - безупречно последовательная, Москва и Петербург заклеймлены им как чужие и отталкивающие. Богдана Хмельницкого он называет "пьяным" и "неразумным" за его непростительную политическую ошибку в выборе союзника и протектора.

Но запретить поэта полностью не получалось. Слишком много он значил для украинцев, слишком много его портретов висело даже в простых крестьянских домах

Скандальный юбилей

Изменение советского политического курса, в основном, так или иначе затрагивало и Шевченко. 150-летие пришлось как раз на момент свертывания хрущевской десталинизации.

И юбиляр сразу стал опасным и нежелательным.

История с разбитым шевченковским витражом вошла в реестр самых позорных культурофобских действий режима.

Авторы витража сделали все возможное и невозможное, чтобы успеть к большой дате. 9 марта 1964 года комиссия должна была принять работу и дать разрешение на открытие.

Над витражом "Шевченко. Мать" в вестибюле красного корпуса Киевского университета работали талантливые художники того времени - Алла Горская, Опанас Заливаха, Людмила Семыкина, Галина Севрук, Галина Зубченко.

Изображение Украины было стилизованным под иконопись. Мать будто искала защиты у своего сына-поэта.

В этом увидели страшную крамолу. И намек на образ Богоматери (и это в стране победившего и повсеместно вроде бы утвержденного атеизма!), И "двусмысленную", как написано в решении цензоров из Союза художников Украины, цитату из Шевченко "Возвеличу малых тех рабов немых, я на страже возле них поставлю слово".

Да еще и старославянской вязью!

К несчастью, спеша к юбилею, делали имитацию витража, когда стекло разрисовывалось с обратной стороны, а потом монтировалось в деревянные квадраты оправы. Так, бдительная комиссия увидела в этом намек на невольницкую, порабощенную Украину.

Произведение тут же начали демонтировать. Но то, что в официальных документах элегантно называлось демонтажем, на самом деле выглядело полным вандализмом.

Стекло пробовали вынимать из рамок, получалось долго, тогда просто били в щепки. Тогдашний ректор университета Иван Швец даже не отказал себе в удовольствии потоптаться ногами по куче обломков.

Репрессии

Все попытки защитить художников оказались напрасными, хотя в конфликт вмешались авторитетные писатели-депутаты, вхожие во властные коридоры.

Опанас Заливаха вскоре получил пять лет мордовских лагерей строгого режима. Несмотря на тяжелую работу, украдкой рисовал. Экслибрисы, плакаты, в том числе для шевченковского праздника в самом лагере. Живопись признали нарушением того самого всеобъемлющего и всевластного режима - и отобрали краски.

Волевая и непокорная Алла Горская, несмотря на осознание, что свидания не дадут, все же поехала на мордовскую зону. И долго стояла на границе возле лагеря. Как писал впоследствии Заливаха, им, увлеченным и очарованным, согретым этим удивительным появлением, казалось, что это княгиня приехала в свое имение, но потеряла ключи и не может зайти. Это была по крайней мере демонстрация намерения во что бы то ни стало стало плыть против течения.

В 1968 году за защиту диссидентов исключили из союза художников Людмилу Семыкину и Галину Севрук. Их подписи стояли под "письмом 139" - протестом украинской интеллигенции против репрессий. 28 ноября 1970 года убили Аллу Горскую.

Тихое сопротивление, между тем, не прекращалось.

Юбилейным шевченковским торжествам в мае 1964 года предшествовал еще один зловещий акт вандализма.

24-25 мая горела Публичная библиотека Академии наук Украины. Сгорели как раз фонды украиники.

Несмотря на это, чествование поэта все же произошло многолюдно и достойно. Даже многочисленные зарубежные гости восхищались тогда умением украинцев отдать должное своему национальному гению.

Вдоль всего пути из столицы в Канев автобусный кортеж то и дело останавливался, устраивались встречи и художественные импрезы.

***

Следите за нашими новостями в Twitter и Telegram.