Может ли футболист-насильник вернуться в большой спорт?

Играть или не играть? Так, почти по-гамлетовски, встал сегодня вопрос перед британским футболистом Чедом Эвансом, пригласившим его в свою команду клубом "Олдхэм" и чуть ли не всей Британией, живо обсуждающей судьбу спортсмена-преступника.

Три года назад Эванс был приговорен судом к пятилетнему тюремному заключению за изнасилование. В канун Нового года, проведя за решеткой полсрока, он был освобожден и сразу получил приглашение от "Олдхэма".

Решение клуба встречено бурей протеста со стороны многих болельщиков, спонсоров, полиции и даже парламентариев. Что это - обоснованное неприятие насильника в роли публичной фигуры? Или же запрет на профессию, граничащий с травлей отбывшего наказание человека?

Обсудить эту тему ведущий "Пятого этажа" Александр Кан пригласил частого гостя программы, человека, остро чувствующего пульс британской общественной и политической жизни, референта палаты лордов Хелен Самуэли.

Александр Кан:

Хелен Самуэли: Это потому, что он футболист, им вообще уделяется чрезмерное внимание, как бы они себя ни вели. Чед Эванс - уже осужденный преступник, но и других, не преступников, которые тоже плохо себя ведут, обсуждают с той точки зрения, какой пример они показывают молодым людям. Мало кто из футболистов подает хороший пример. Как сказал один бывший политик и бывший осужденный, отсидевший свой срок, Джонатан Эйткен, футбол в нашей стране – это религия. Но футболисты - не священники, и не стоит ожидать от них, что они будут примером. Кроме того, в "Твиттере" начались две кампании. Сначала против того, чтобы он вернулся в свою предыдущую команду, "Шеффилд Юнайтед", а потом – чтобы его не взяли в "Олдхэм". Минут 20 назад они заявили, что еще не готовы дать окончательный ответ, возьмут ли они его или нет.

А.К.:

Х.С.: Он не совсем освобожден.

А.К.:

Х.С.: Но "Олдхэм" вряд ли будет выезжать из страны.

А.К.:

Х.С.: По поводу Эда Миллибенда, которого этот вопрос не касается: не надо забывать, что у нас в мае будут выборы. Примерно пять месяцев все политики будут выступать по всем вопросам. Дэвида Кэмерона тоже спросили, и он сказал, что "Олдхэм" должен хорошо подумать, что они будут делать, но определенно не высказался. Все началось с кампании в "Твиттере", была подана петиция, собравшая 21 тысячу подписей…

А.К.:

Х.С.: Это потому, что все газеты стали писать об этих подписях, и люди еще стали подписывать. Это много людей, хотя не знаю, проверяет ли кто-нибудь, не ставят ли некоторые подписи по нескольку раз. Это много, но все же не большинство. Кампанию начала женщина, радикальная феминистка, которая считает, что мужчины, осужденные за изнасилование, не должны возвращаться в публичное пространство. Конечно, он должен получить работу, но нигде не говорится, что он должен вернуться в футбольную команду. Вопрос такой: правда ли то, что если человек был осужден за насилие и не признает свою вину…

А.К.:

Х.С.: С другой стороны, закон говорит, что если человек отсидел свое, а он отсидел частично, то тогда всё - он может вернуться обратно к нормальной жизни.

А.К.:

Х.С.: Даже не совсем морали. Можно ли такие вопросы решать в "Твиттере"? Люди отказываются иметь дело с "Олдхэмом", потому что боятся, что и против них начнут кампанию. Здесь еще один неюридический вопрос: что делать с человеком, который отказывается признать свою вину в довольно страшном преступлении? С другой стороны, можно ли решать серьезные вопросы таким образом, ведя кампанию в "Твиттере", на "Фейсбуке" и т. п.?

А.К.:

Х.С.: Очень многие это и говорят, что дело не в том, виноват он, или нет - суд его приговорил, он просидел в тюрьме. Но можно ли вести такую общественную травлю, нападать в "Твиттере" на человека, на футбольную команду, на любой бизнес, который хочет его нанять. Другой вопрос, как в наше время от этого отказаться?

А.К.:

Х.С.: Вопрос все тот же: судьба человека не должна решаться людьми, которые анонимно травят его в "Твиттере". Девушка, конечно, многое пережила. Кстати, на нее опять нападают – считают, что она виновна в том, что его травят.

А.К.:

Х.С.: Я думаю, "Олдхэм" от него откажется. Дело слишком много обсуждается. На этом оно закончится, а против несчастной девушки опять будет кампания. Когда он свой пятилетний срок досидит дома, а деньги у него есть, он поедет за границу и будет играть там. Конечно, вы через полгода можете мне сказать: "Как вы были неправы!"