Ходорковский: компромисс с Кремлем невозможен

<bold/>Бывший глава нефтекомпании ЮКОС Михаил Ходорковский в интервью Би-би-си заявил, что его заочный арест, о котором <link type="page"><caption> объявил в среду российский следственный комитет</caption><url href="http://www.bbc.com/russian/news/2015/12/151223_khodorkovsky_arrest_warrant" platform="highweb"/></link>, означает для него невозможность компромисса с российской властью.

Ходорковского <link type="page"><caption> обвиняют в убийстве мэра Нефтеюганска Владимира Петухова</caption><url href="http://www.bbc.com/russian/news/2015/12/151211_khodorkovsky_indictment" platform="highweb"/></link>, произошедшем в 1998 году, а также в покушении на убийство Вячеслава Кокошкина, который сопровождал Петухова, и в двух покушениях на бизнесмена Евгения Рыбина, во время одного из которых погиб его охранник.

Экс-глава ЮКОСа сказал в интервью Би-би-си, что считает Путина инициатором своего очередного уголовного преследования.

Пресс-секретарь российского президента Дмитрий Песков <link type="page"><caption> ответил на это, что Путин не имеет отношения</caption><url href="http://www.bbc.com/russian/news/2015/12/151223_kremlin_khodorkovsky_comment" platform="highweb"/></link> к решению российского суда.

С Михаилом Ходорковским беседовали корреспонденты Би-би-си Ольга Ившина и Ричард Галпин.

Би-би-си:

Михаил Ходорковский:Для меня это означает разрыв всяких возможностей для компромисса с российской властью. Президент Путин счел, что усилия акционеров, требующие от России 50 миллиардной компенсации за разграбление ЮКОСа, координируются мной. И он счел, что это для него опасно. Также очевидно, что он счел опасными мои возможные действия в рамках предвыборной кампании в Госдуму 2016 года.

Би-би-си:

М.Х.: Сегодня режим Путина столкнулся с целым рядом угроз. Это события в Украине и не совсем ясные действия России в Сирии, и провал внутренней экономической политики. В этом отношении я стал представлять для Путина гораздо большую угрозу, чем в более благоприятные годы.

Би-би-си:

М.Х.: Сегодня задача сменить режим кажется слишком оптимистичной. Но я уверен, что не пройдет и 10 лет, как этот режим сменится. И мои усилия в этом направлении сыграют не последнюю роль. Моя задача сейчас – помочь молодым политическим активистам в России набрать необходимый опыт и представить обществу себя как альтернативу нынешнему режиму.

Би-би-си:

М.Х.: Революция – процесс довольно непредсказуемый. Он выдвигает много новых имен. Я не готов предсказывать сегодня, как будет развиваться процесс. Тем более, что впереди годы и годы подготовки. Но то, что я буду участвовать в этом – это несомненно. Отсиживаться в кустах я не намерен.

Би-би-си:

М.Х.: Несомненно, это рассматривается мною как одна из возможностей. Но сегодня я еще не готов рассказать о своем решении общественности.

Би-би-си:

М.Х.: На длинном пути, конечно, нужны единомышленники. Но по мере того, как режим будет двигаться к своему краху, количество перебежчиков будет увеличиваться. И отталкивать этих людей, я думаю, неправильно. Россия – огромная страна. У нас бюрократический класс довольно велик. А с учетом еще и членов семей – это существенная часть общества. И вытолкнуть эту часть российского общества за пределы новой страны – это неправильный подход.

И я в этом отношении все время спорю с нашими радикалами. Мы должны, естественно, работая с единомышленниками, находить место и время, чтобы взаимодействовать с сегодняшним бюрократическим классом. Режим должен смениться, но не завтра. Я думаю, что на это уйдет от пяти до восьми лет.

Би-би-си:

М.Х.: За последние 5-7 лет реализовались многие прогнозы, которые я давал. Неплохо сходится. Хотя были и вещи, в которых я ошибся. Да и сейчас я ясно вижу, что будет делать наша власть в течение одного года, двух-трех лет. В частности, то политическое обострение, которое сейчас происходит, я о нем год назад говорил. И все люди, которые принимают участие в работе "Открытой России", были готовы к такой ситуации.

Мне кажется, я достаточно адекватно воспринимаю большие федеральные политические процессы. Конечно, то, что происходит в российских регионах, хотелось бы знать лучше и больше. Но этого представления нет не только у меня, его нет и у российского правительства. Здесь мы с ними на одной волне.

Би-би-си:

М.Х.: Современный опыт революционных процессов показывает, что, в отличие от прошлого и позапрошлого века, не происходит такого длинного выстраивания революционной пирамиды. Степь возгорается мгновенно и по всему пространству. А до этого идут какие-то подспудные процессы, которые не всегда легко заметить. Иногда они прорываются.

Чем был и остается важен протест дальнобойщиков? Во-первых, это коренной путинский электорат. Во-вторых, важно то, что новый сбор является лишь поводом. Очевидно, что их грабили до этого неоднократно, и это лишь маленький довесок был. Но именно этот довесок и взорвал ситуацию.

Значит, именно в этом сегменте путинской поддержки уже тлел пожар, о котором никто не знал. И сколько еще таких пожаров тлеет – никто не знает. ФСБ боится докладывать Путину о реальных проблемах. Собственно, именно так все тоталитарные режимы и заканчиваются.

Би-би-си:

М.Х.: Да, именно. Люди сами про себя этого не знают. Вот ходит, ходит человек на работу, соглашается со всем этим давлением, он даже дома ворчит как бы в пространство, а не на кого-то конкретно. А потом он берет и взрывается в один момент.

Би-би-си:

М.Х.: Конечно изнутри, мы ориентируемся на свои внутренние проблемы. Но целый ряд внешних проблем мы при этом считаем своими внутренними. Например, происходящее на Украине мы считаем своей внутренней проблемой.

Текст публикации был изменен 24 декабря. Ответ Ходорковского на первый вопрос был уточнен в соотвествии с записью интервью.