Четырех исполнителей нападения на «Крокус Сити Холл» приговорили к пожизненному заключению

Во втором Западном окружном военном суде вынесли приговоры фигурантам дела о нападении на «Крокус Сити Холл», где погибли по меньшей мере 147 человек. 15 подсудимых приговорены к пожизненному заключению, еще четверо получили сроки от 19 до 22 лет.

Суд также согласился с оценкой следствия, что четверо непосредственных участников нападения — Далерджон Мирзоев, Саидакрами Рачабализода, Шамсидин Фаридуни и Мухаммадсобир Файзов — были членами группировки «Исламское государство — Вилаят Хорасан»*.

Закрытый суд

За те шесть с половиной месяцев, которые шел процесс по делу о терроризме, россияне не имели возможности услышать показания сторон, увидеть экспертизы или документы — слушания проходили в закрытом режиме, поэтому в прессе появлялись только комментарии адвокатов потерпевших и официальные формулировки следствия.

До сих пор остается не известным точное число жертв нападения на концертный зал. Гособвинение в суде говорило о 147 погибших, в то время как Следственный комитет — о 149, а в последнее время в СМИ утверждается, что погибли 150 человек. В сентябре прошлого года умер музыкальный продюсер Дмитрий Сараев, получивший во время стрельбы в «Крокусе» ранение в спину и проходивший длительный курс лечения.

В тот день, 22 марта 2024 года, события развивались так: зрители (а было продано более шести тысяч билетов) собирались на концерт группы «Пикник». Около восьми вечера четверо осужденных подъехали на автомобиле к павильону выставочного центра «Крокус Экспо», вошли в здание, начали стрельбу по охране и людям у входа, затем прошли в концертный зал, открыли огонь по публике и подожгли кресла. Вся атака заняла 18 минут: в 20:15 нападавшие покинули место преступления, после чего огонь быстро охватил здание. По числу жертв нападение стало одним из самых смертоносных в новейшей истории России, уступая лишь теракту в Беслане 2004 года.

Далерджон Мирзоев, Саидакрами Рачабализода, Шамсидин Фаридуни и Мухаммадсобир Файзов признаны судом виновными в прохождении обучения в целях осуществления террористической деятельности, незаконном обороте оружия, участии в деятельности террористической организации и совершении теракта.

При этом в их биографиях нет явных маркеров радикализации: трое старших имели семьи, работу (в такси, на заводе и стройке), младший, Файзов, был барбером в Ивановской области и отправлял деньги семье в Таджикистан.

Пособники

Суд также подтвердил вину еще 15 человек, которых следствие считало пособниками. Как и просило обвинение, одиннадцати из них назначили пожизненное лишение свободы, а еще четверо получили сроки от 19 до 22 лет.

В обвинительном заключении обвиняемые разделены на несколько групп. Двух фигурантов из Ингушетии обвиняли в переделке охолощенного оружия в боевое. Еще пятерых — в доставке автоматов и боеприпасов исполнителям (их задержали в Дагестане вскоре после атаки). Четверых обвинили в финансовом обеспечении, в том числе переводах на оплату съемной квартиры. Отдельные фигуранты, по версии следствия, обеспечивали связь и переводы (включая конвертацию криптовалюты в рубли).

Часть обвиняемых в этой группе частично признала вину.

Среди этих пятнадцати — владелец квартиры, который, по версии следствия, понимал, для чего ее снимают, и семья, продавшая за несколько дней до атаки на «Крокус» автомобиль «Рено», на котором скрылись предполагаемые исполнители: они сами пришли в полицию, узнав машину по телевизору, но затем всех троих обвинили в пособничестве. При этом еще до приговора всех обвиняемых уже внесли в перечень террористов.

Ответственность за нападение на «Крокус» сразу взяла на себя группировка «Исламское государство — Вилаят Хорасан»: связанное с ИГ* агентство Amaq назвало атаку «актом возмездия» против «неверных».

Для «Вилаята Хорасан» это была первая атака на территории России, но ранее его боевики уже нападали на российские цели за рубежом — в 2022 году атаковали посольство России в Кабуле. Идеологи «Исламского государства» последовательно изображали Владимира Путина «врагом ислама», перечисляя набор исторических и политических претензий — участие СССР в войне в Афганистане, обе чеченские кампании, операции России против ИГ в Сирии и странах Западной Африки.

Отдельным раздражителем для сторонников ИГ стали контакты Москвы с «Талибаном», которого они считают одним из своих главных врагов.

Версия о наркотиках

Несмотря на то, что суд проходил в закрытом режиме, кое-что журналистам все же сообщали. Так, на заседаниях огласили показания секретного свидетеля, лично знакомого с Шамсидином Фаридуни.

Свидетель утверждал, что сам Фаридуни якобы признался ему, что с ним связался «куратор» из Турции, предоставивший контакты уроженца Кыргызстана Алишера Касимова, который должен был сдать ему в аренду квартиру в Подмосковье, где и проживали нападавшие.

Сам Фаридуни признал свою вину в ходе суда, но сказал, что не осознавал, что делал.

В январе ТАСС со ссылкой на материалы дела сообщил, что Фаридуни якобы тайно подсыпал наркотики другим исполнителям перед нападением, чтобы управлять ими и контролировать действия.

«Почему Фаридуни единственный, у кого в крови не обнаружили наркотик? Да потому что именно он и подсыпал мефедрон остальным троим в бутылки с водой и сказал им ее пить, в том числе непосредственно перед нападением на посетителей "Крокуса" в Красногорске», — рассказал источник агентства, присутствовавший на суде.

Официальных заявлений о том, считается ли это доказанным в суде, не поступало.

То же самое касается и «украинского следа». До марта 2025 года «украинская версия» не фигурировала в процессуальных документах и звучала только в заявлениях чиновников, но затем ее формально включили в материалы дела. В них, как передают СМИ, утверждается, что исполнители действовали «в интересах высшего руководства Украины», а ячейка ИГ якобы координировалась с украинскими спецслужбами. Украина и западные страны это отвергают.

Отреагировали даже в ИГ: боевики заявили, что, перекладывая вину на Запад и Украину, Россия просто признала неспособность предотвратить удар, нанесенный «Исламским государством».

В деле есть протоколы допроса одного из возможных исполнителей, который, если верить ТАСС, говорит: «Я понял, что нас используют в интересах другой страны, то есть Украины, которая никакого отношения к мусульманскому миру не имеет, а решает какие-то свои задачи на территории России чужими руками».

К этим показаниям правозащитники относятся скептически: на первом судебном заседании после задержания подозреваемые появились с серьезными травмами, что позволило сделать вывод о применении к ним насилия. Расследование пыток и действий силовиков никто так и не инициировал.

*«Исламское государство» и его филиалы признаны в России и других странах мира террористической организацией.