Эксперты о крушении А321: "Выдвигаемые версии неправомерны"

Самолет Airbus A321 компании "Когалымавиа", следовавший рейсом из курортного города Шарм-эш-Шейх на Красном море в Санкт-Петербург, разбился на Синайском полуострове ранним утром в субботу. Все 224 человека, находившиеся на борту лайнера, погибли.

Руководство "Когалымавиа" заявило, что потерпевший крушение в Египте самолет A321 не мог разрушиться в воздухе сам по себе - лайнер развалился, по <link type="page"><caption> мнению компании</caption><url href="http://www.bbc.com/russian/news/2015/11/151102_egypt_a321_crash_kogalymavia" platform="highweb"/></link>, от некоего механического воздействия внешней силы.

В свою очередь, агентство Рейтер сообщает со ссылкой на источник в группе экспертов, изучающих "черные ящики", что "аэробус" не подвергался внешнему воздействию, а пилот не посылал сигнал бедствия.

В авиастроительной комапнии Airbus отказались от комментариев в связи с ведущимся расследованием.

Русская служба Би-би-си попросила российских авиационных экспертов проанализировать версии этой катастрофы.

Сергей Мельниченко, генеральный директор МКАА "Безопасность полетов"

Можно сказать, что те версии, которые выдвигаются, они неправомерны, это уже точно. Проблема с топливом – вряд ли, то, что сбили из "Исламского государства" [организация признана в России экстремистской, ее деятельность на территории страны запрещена] - вряд ли. По поводу топлива – говорят, что в Самаре [заправлялся], в Самаре все заправлялись одним топливом, один самолет упал, почему не упали остальные? Почему остальные полетели, и все нормально? По поводу того, что "Исламское государство" или кто-то от его имени опубликовал видеозапись, это не выдерживает никакой критики - попробуйте снять самолет на мобильный телефон, который летит на [высоте] 9 тысяч метров – больше 9,5 [тысяч метров] и что-то там увидеть, это раз.

Во-вторых, сам угол, с которого проведена съемка, говорит о том, что если [самолет] летел на [высоте] 9,5 [тысяч метров], то снимавший должен был быть километров на 8-8,5. Тем, кто понимает в этом, сразу видно – какая это глупость. Мы тоже ждем расшифровки "черных ящиков", но думаем, что, может быть, и "черные ящики" ничего не покажут. Почему? Поскольку вчера министр гражданской авиации Египта заявил о том, что экипаж на связь не выходил и код бедствия тоже не включал, то это может говорить о том, что те события, которые происходили на борту воздушного судна, они были очень скоротечными и экипаж потерял возможность управления воздушным судном, а может – и сознание.

Сейчас "Когалымавиа" будет говорить, что они не виноваты, виноваты какие-то внешние факторы, Airbus будет говорить, что это самый хороший в мире самолет, и виноваты все другие, Ирландия будет говорить, что они прекрасно сделали тяжелую форму обслуживания, Тулуза будет говорить, что они отлично отремонтировали самолет после удара хвостом. Это все нормально, кто же скажет: "Да, это мы виноваты".

Так что я и говорю, тут нужно ждать результатов расследования, и даже не столько результатов расшифровки "черных ящиков", потому что я боюсь, что там мало что будет. Да, там будут какие-то факторы указаны, но давайте вспомним – недавняя трагедия с "боингом" под Донецком. Ведь тоже – как ждали результатов расшифровки "черных ящиков", а эта расшифровка только показала, что самолет упал – члены экипажа, естественно, не переговаривались, потому что они были мгновенно убиты, я бы не стал большой надежды питать именно на расшифровку "черных ящиков".

Летчик-испытатель Магомед Толбоев

Я сделал свое предположение – это внешнее влияние на самолет. Каким образом? Есть несколько способов – технических, минерных, саперных, что угодно, но самолет вышел из подчинения экипажа, полностью. Все спокойно на эшелоне, идет статический полет, все нормально – все параметры, двигатель работает на 15% ниже номинала – ну все хорошо.

Технически самолет должен быть исправен – раз его проверяют, выпускают в полет. Я доверяю тем, кто его проверял, я знаю, что этот самолет терпел аварию еще до попадания сюда в Россию, но это вопросы к "Росавиации".

Самолет вышел из подчинения экипажа за короткое время. Технически он не может так выйти, самолет сделан с четырехкратным резервированием – все системы имеют четыре канала управления, если один-два канала вышли, все остальные подключаются и работают – нормы создания самолета таковы, требования таковы. Если два двигателя – один двигатель обеспечивает безопасность, если четыре – два двигателя отказали, два обеспечивают безопасный полет. Так в самолете обеспечивается безопасность полета.

В данной ситуации речь идет о том, что самолет оказался отдельно от экипажа, экипаж ничего не мог сделать, и за короткое время. А за короткое время может быть только взрыв – больше ничего.

В кино же показывают, как подпиливают рычаги – рули управления машины, потом машина через 15 километров улетает в пропасть. Так же и там можно что угодно сделать. Есть технические люки, люки осматриваются наземными специалистами, в этот люк можно засунуть что угодно, 50 граммов динамита можно засунуть, химические реакции с задержкой на 30 минут, что угодно можно сделать – я же не минер, не сапер, я предполагаю, как летчик-испытатель, который испытывал и расследовал очень большое количество катастроф.