Как живется на свете без братьев и сестер?

Как живется в мире, где никто не имеет ни братьев, ни сестер? Действительно ли так важно, чтобы в семье были еще другие дети? Эти вопросы интересуют исследователей уже много лет, а ответ логично искать в Китае с его известной "политикой одного ребенка".

Ранее в китайских семьях было в среднем по четыре ребенка, но в 1979 году жизнь кардинально изменилась: был принят закон, согласно которому большинство родителей имели право только на одного ребенка. Недавно мы узнали, что политика, которая более 30 лет навязывалась самой густонаселенной стране мира, скоро будет смягчена.

"Над сельскими дорогами развешаны алые баннеры с призывами к народу иметь меньше детей и больше свиней , - художник и фотограф Фан Ши Сан делится воспоминаниями о недавней поездке в малообеспеченную провинцию Ганьсу. Фан, который и сам является единственным ребенком в семье, фотографирует единственных детей с репрезентациями братьев или сестер, которых у них на самом деле не было.

"Большинство людей, с которыми я работаю, не осознают, что их ситуация особенная", - объясняет он и добавляет, что многие родители уже даже не задаются вопросом о том, почему им не разрешается иметь несколько детей. Они забыли, что когда-то все было иначе.

В 1979 году, когда эту политику только ввели, она радикально изменила жизнь народа, привыкшего к большим семьям. Но дети, выросшие уже за ее действия, воспринимали все как должное. К тому же, первое (после введения новой политики) поколение родителей все еще происходило из больших семей - поэтому вместо родных братьев и сестер дети могли тесно общаться с двоюродными.

Социолог Ванесса Фонг из колледжа Амхерст, штат Массачусетс, с 1997 года наблюдает за выборкой из 2273 китайских "одиночек", как она их называет. Ежегодно она опрашивает от 600 до 1300 представителей этой выборки, анализируя, как повлияло на их жизнь уединенное детство.

Прежде всего, детям трудно понять сущность понятий "брат" и "сестра" - это осложняется привычкой китайцев называть этими словами своих кузенов. Даже говоря с подростками, исследовательница должна была объяснять им разницу между родными и двоюродными, поскольку они просто не знали, что такое родные братья или сестры.

"Мне говорили: "Да, у меня много братьев и сестер!" Я спрашивала: "Как такое может быть? Они мало у кого есть!" Тогда мне отвечали: "Ну, я имею в виду детей моей тети".

Первые одиночки, родившиеся по новой политике, ощутили на себе и другие изменения, кроме жизни без братьев и сестер.

"Вдруг у семей появились деньги, которые они могли тратить по своему усмотрению - на образование ребенка или материальные достояния", - объясняет Фонг. Средства, которые у прошлых поколений распределялись между несколькими детьми, теперь тратились на одного.

Как следствие, молодежь Китая стала образованнее, чем предыдущие поколения. Но и стоимость образования молниеносно выросла. В прошлом родители обычно поддерживали в получении образования только одного из своих детей. И после внедрения "политики одного ребенка" родительские амбиции по образованию легли на плечи каждого единственного потомка.

Е Янг, 32-летняя женщина, выросшая в Пекине, рассказывает, что неуклонное и безжалостное внимание со стороны ее родителей, водителя и бухгалтера, определило ход ее жизни.

"Если бы у моих родителей были еще другие дети, они бы уделяли мне меньше внимания; в таком случае я могла бы тратить больше времени и усилий на то, что интересно мне лично. Китайцы из поколения моих родителей любят планировать жизнь за детей", - объясняет она.

Е работает торговым представителем фармацевтической компании - стабильная работа для среднего класса. Но все могло бы быть иначе, рассуждает она, если бы у нее были братья или сестры, которые разделили бы с ней бремя родительских ожиданий. Возможно, она бы выбрала другую карьеру или переехала из Пекина.

"Если бы я имела шанс, может быть, работала бы в сфере туризма или жила бы в другом городе, - задумывается она. - Но, как единственный ребенок, теперь я должна ухаживать за родителями. Я не могу уехать. Мне нужно быть рядом с ними. Здесь уже ничего не изменишь".

Впрочем, она видит свое положение единственного ребенка в выгодном свете.

"Мне досталась нераздельная родительская любовь, - твердо говорит она. - Я бы не хотела делить родителей еще с кем-нибудь".

А как насчет "синдрома маленького императора" - представления о том, что китайские дети вырастают избалованными и самовлюбленными?

Этого очень боялись, но ряд исследований - многие из которых проведены китайскими учеными - не обнаружили никаких отрицательных черт, которые были бы характерны для китайского молодого поколения. Нет данных, которые бы указывали, что китайские одиночки как-то отличаются от других детей, утверждают некоторые исследователи.

Однако другие ученые с ними не согласны: китайские одиночки все-таки отличаются. В этом году были опубликованы результаты исследования, проведенного учеными из Австралии, они проводили игры и анкетирование среди единственных детей из пекинских семей. Целью исследования было описание подлинного характера этих детей, а в играх использовалось настоящее денежное вознаграждение, объясняет экономист Мельбурнского университета Нисван Еркал.

"Мы выяснили, что те, кто родился после внедрения этой политики и не имеет братьев и сестер, значительно меньше доверяют другим, а также меньше оправдывают доверие других, они склонны избегать риска и конкуренции, - говорит Еркал. - Из анкет мы видим, что они также более пессимистичны и менее добросовестны".

Те, кто родился на поздних этапах "политики одного ребенка", обеспечат еще более интересный материал для исследований. Если дети 70-80-х годов обычно были окружены широким кругом родственников, то нынешние подростки и дети, как правило, являются одиночками уже во втором поколении. У них меньше кузенов, дядь и теть, и они росли или растут в гораздо меньших семьях.

Кроме того, все более распространяется тенденция переезжать в поисках лучшей работы; в таком случае, дети теряют и тесные связи с бабушками и дедушками, а нередко и с друзьями детства, замечает социолог Ванесса Фонг.

"Китай сильно изменился, и отношения между людьми уже не так близки, как были когда-то, - объясняет она. - В прошлых поколениях люди не могли переезжать в другие города или страны. Теперь мы гораздо больше внутренних мигрантов, а также и тех, кто выезжает за пределы Китая".

Г-жа Ге также волнуется по этому поводу, ведь детство ее трехлетней дочери совсем другое, чем у предыдущих поколений.

"У моего ребенка будет мало постоянных друзей. Да, у него будут появляться новые друзья, но мало кто останется рядом на долгое время, на все детство", - говорит она.

По новым смягченными правилами китайской политики рождаемости, Ге с мужем имеют право на второго ребенка. Однако она решительно машет рукой. Второй ребенок слишком дорогой, объясняет она. Они не смогут обеспечить ему достойный уровень жизни.

"Не думайте, что мы не хотим больше детей. Но мы никак не сможем предоставить им достойные возможности. А если мои дети не будут иметь таких возможностей, думаю, они будут чувствовать себя неудачниками на фоне других детей", - говорит она.

Хотя многим китайским семьям все еще не разрешается иметь больше одного ребенка, вполне возможно, что в недалеком будущем о "политике одного ребенка" будут помнить только учебники по истории.

Даже если так, вопрос о вреде или пользе этой политики для поколения единственных детей может остаться открытым.