Некоторые из них думают о смерти. Украинцев в тюрьмах Крыма и России становится все больше

Автор фото, letmypeoplego.org.ua
- Author, Светлана Дорош
- Role, ВВС News Украина
За полтора года количество граждан Украины, удерживаемых в тюрьмах России и Крыма, а также тех, которых Киев считает политическими заключенными, увеличилось вдвое. Если в декабре 2016-го украинский МИД заявлял о 30-ти, то сейчас их более 60 человек.
Как утверждают в МИД, 22 гражданина Украины находятся в тюрьмах и СИЗО России, более 40 - в аннексированном Крыму.
За последние годы украинское внешнеполитическое ведомство направило более 300 дипломатических нот в адрес российского МИДа, об освобождении преследуемых российским правосудием постоянно говорит руководство страны на международных встречах.
Однако начиная с 2014 года, когда стало известно о первых арестах, Россия освободила только семь человек, еще один арестант, по его собственному утверждению, сбежал.
Здоровье многих заключенных вызывает обеспокоенность у родных и близких. По данным правозащитников, в наиболее критическом положении сейчас находится крымчанин Владимир Балух, который в знак протеста 19 марта объявила голодовку в СИЗО Симферополя, а также Станислав Клых, психическое состояние которого уже длительное время вызывает беспокойство у адвоката и родных. 15 апреля стало известно, что он частично отказался от еды.
Представители ФСБ и Следственного комитета России неоднократно отрицали политические мотивы преследования украинских граждан, утверждая, что следствие руководствуется не мотивами, а фактами, которые необходимо расследовать.
"Хочется выть от бессилия"
Двоюродная сестра украинского режиссера Олега Сенцова Наталья Каплан убеждена, что судьбой украинских политзаключенных в структурах власти должен заниматься отдельный человек.
"Так и подошли к цифре 60, и я уже не могу назвать поименно каждого, просто не могу. Теперь вопрос, а сколько их надо, чтобы в Украине таки был уполномоченный по их освобождению? Никакой стратегии, никого, кто отвечал бы за этот вопрос, ничего нет. (...) Печально, позорно, хочется выть от бессилия и непонимания, что еще нужно сделать, чтобы достучаться до тех, у кого есть власть, рычаги и возможности", - написала Наталья Каплан в Facebook еще почти полгода назад.
В экстрадиции отказано
В августе исполняется три года с того момента, как российский суд приговорил Олега Сенцова и Александра Кольченко к 20 и 10 годам колонии строгого режима соответственно. Они признаны виновными в создании террористической организации и подготовке терактов в Симферополе.
Украина неоднократно обращалась к соответствующим органам России с просьбой экстрадировать их Украину, а также Геннадия Афанасьева и Юрия Солошенко. Двое последних вернулись домой, но в экстрадиции Сенцова и Кольченко Россия отказала. В октябре 2016 года минюст РФ причиной отказа назвал их российское гражданство, хотя сами они этот факт отрицают.
Олег Сенцов отбывает наказание в Ямало-Ненецком автономном округе РФ, Александр Кольченко - в Челябинской области.
Еще один осужденный по тому же делу "крымских террористов" Алексей Чирний был приговорен к семи годам лишения свободы и отбывает наказание в Ростовской области.
"Заснуть и не проснуться"

Автор фото, Ukrinform
Еще двое украинцев, которые были осуждены в Чечне, Николай Карпюк и Станислав Клых, получили 22,5 и 20 лет тюрьмы по обвинению в убийстве российских военнослужащих во время российско-чеченской войны в 90-е годы.
Николай Карпюк сейчас находится в тюрьме города Владимир, Станислав Клых отбывал наказание в Чечне, затем его перевели в Челябинскую область.
15 апреля стало известно, что он частично отказался от еды. В письме, опубликованном в российской "Новой газете", Станислав написал, что требует перевода в другую тюрьму.
"Хочется заснуть и не проснуться, смерть становится желанной. Некоторую разрядку дает чтение писем - они дают ощущение надежды", - цитирует газета Станислава.
Он также выразил недовольство усилиями Киева по его освобождению: "Как я могу быть доволен их "усилиями", если я до сих пор не дома?"
А также рассказал неожиданные подробности о своей жизни в тюрьме. В частности, он указывает, что не считает себя политическим заключенным, поскольку до задержания был членом Партии регионов, лояльно относился к руководству России и вообще был "аполитичен".
Сергей Литвинов был приговорен к восьми годам и шести месяцам тюрьмы за разбойное нападение в составе группы вооруженных лиц на гражданина России на территории Луганской области, а также завладение двумя автомобилями.
Однако изначально причиной его задержания и ареста было обвинение в убийствах и изнасилованиях на территории Донбасса. Впоследствии российский Следственный комитет снял эти обвинения за отсутствием состава преступления.
Сергей Литвинов находится в Батайске Ростовской области, там же, где и Алексей Чирний.
Заместитель министра юстиции Украины Сергей Петухов заявил, что Россия без объяснения причин отказалась передать Украине Станислава Клыха, Николая Карпюка и Алексея Чирния.
Павел Гриб - самый молодой украинец, заключенный в России. Когда в августе 2017 года он исчез в Беларуси, ему было 19 лет. Как утверждают его защитники, Гриб был против своей воли вывезен из российского Краснодара, где сейчас находится в СИЗО. ФСБ обвиняет его в "терроризме" - якобы он готовил взрыв в одной из школ Сочи. Отец узника жалуется на то, что у парня проблемы с желудком, есть угроза кровотечения.
За Евромайдан?
Владимира Балуха осудили на 3 года и 7 месяцев колонии общего режима за "хранение оружия", а также "применение насилия к представителю власти".
Однако правозащитники убеждены, что это - расправа за его проукраинскую позицию. Владимир поднял над своим домом украинский флаг, а на стене прикрепил табличку "Улица Героев Небесной сотни".
19 марта он объявила голодовку в знак протеста против действий российского правосудия.
Архиепископ Симферопольский и Крымский УПЦ (КП) Климент, который неоднократно посещал Балуха в тюрьме, утверждает, что тот подвергается издевательствам в СИЗО. По словам священника, Владимир не намерен прекращать голодовку, а состояние его здоровья тяжелое.
Александр Костенко был осужден к трем годам и 11 месяцам лишения свободы в мае 2015 года, отбывает наказание в Кирово-Чепецке Кировской области. Его обвинили в нанесении телесных повреждений сотруднику "Беркута" во время событий на Майдане в 2014 году.
В Крыму по схожим обвинениям был осужден 22-летний Андрей Коломиец. В настоящий момент находится в тюрьме в Краснодаре. Согласно информации общественной организации "Let my people go", он получил шесть лет колонии строгого режима за то, что якобы бросал "коктейли Молотова" в "беркутовцев" во время Евромайдана в Киеве. Его также признали виновным в хранении наркотиков, что добавило четыре года к уже существующему тюремному сроку.
Крымские татары
По данным МИД Украины, на территории аннексированного Россией Крыма удерживаются по политически мотивированным обвинениям "в организации и участии в массовых беспорядках", "экстремистской деятельности" и "диверсионной деятельности" более 40 граждан Украины, преимущественно крымские татары.
Али Асанов и Мустафа Дегерменджи - фигуранты так называемого "дела 26 февраля" за участие в митинге против оккупации 2014 года. Тогда произошли столкновения между защитниками территориальной целостности и пророссийскими активистами. Еще двух лидеров крымских татар, Ахтема Чийгоза и Ильми Умерова, в октябре 2017 года освободили после акта помилования.
По делу о деятельности исламского движения "Хизб ут-Тахрир" уже осуждены или находятся под следствием более 20 крымских татар.

Автор фото, Ukrinform
"Диверсионная деятельность" в Крыму
Обвинения ФСБ России в шпионаже и диверсионной деятельности - одна из наиболее часто инкриминируемых статей украинским гражданам. Самые громкие из них - дела Романа Сущенко и Евгения Панова.
Роман Сущенко, корреспондент агентства "Укринформ" во Франции, был задержан в Москве по подозрению в шпионаже. Российские спецслужбы утверждают, что Сущенко является полковником, кадровым сотрудником ГУ разведки Минобороны Украины и был задержан во время проведения "шпионской акции".
Евгения Панова и Андрея Захтея обвиняют в "организации незаконного вооруженного формирования или участия в нем".
В декабре 2016 года Панов направил письмо в Следственный комитет РФ с жалобой на пытки: по словам Евгения, его били железной трубой в области головы, спины, почек, рук, ног, подвешивали в воздухе за наручники, пытали электрическим током.
В Кирово-Чепецке Кировской области уже более двух лет находится Валентин Выговский, который в декабре 2015 года был приговорен к 11 годам тюрьмы за шпионаж. Его задержали в Крыму, и обвинили в том, что он через интернет вербовал сотрудников российского оборонно-промышленного комплекса, чтобы те собирали для украинских спецслужб секретные данные.
Также осуждены:
Николай Шиптур был задержан в Севастополе, приговорен к 10 годам заключения по обвинениям в незаконной перевозке оружия и покушении на убийство должностного лица.
Виктор Шур осужден к 12 годам лишения свободы за шпионаж в пользу Украины, а именно, сбор сведений о режимном объекте Минобороны России.
Алексей Стогний признан виновным в незаконном обороте и изготовлении оружия, получил 3,5 года тюрьмы.
Дмитрий Штыбликов - в прошлом военный эксперт аналитического центра "Номос" - приговорен к пяти годам колонии строгого режима за "подготовку диверсии и хранение боеприпасов".
Еще около 10 человек, имена которых не так часто звучат в прессе, содержатся в следственных изоляторах Крыма по подозрению в содействии "Правому сектору" (организация признана на территории России экстремистской и запрещена), участии в "диверсионно-террористической группе", "изготовлении и перевозке взрывчатых веществ".
Все они отвергают обвинения в свой адрес. А из-за непризнания Украиной аннексии Крыма и созданных там "государственных" российских структур украинские официальные лица и правозащитники лишены возможности контактировать с ними. Фактически единственная связь с удерживаемыми в Крыму - это их адвокаты.
Если исходить из того, как были освобождены граждане Украины в предыдущие годы, возвращение домой возможно лишь в случае вступления в силу приговора суда и принятия президентом РФ акта помилования - после договоренностей на высшем уровне.










