Почему карикатуры оскорбляют стольких россиян?

Опубликованная британским сатирическим журналом Vive Charlie карикатура на няню Гюльчехру Бобокулову, <link type="page"><caption> обвиняемую в жестоком убийстве</caption><url href="http://www.bbc.com/russian/news/2016/03/160303_police_awards_moscow.shtml" platform="highweb"/></link> своей подопечной в Москве, вызвала крайне резкий отклик в российских политических кулуарах - как и <link type="page"><caption> работы французского издания Charlie Hebdo</caption><url href="http://www.bbc.com/russian/society/2015/09/150915_tr_charlie_boy_outcry.shtml" platform="highweb"/></link> ранее.

Среди оскорбившихся - депутат Госдумы от "Единой России" Ольга Баталина, петербургский депутат Виталий Милонов, получивший скандальную известность благодаря своей борьбе с геями, и ряды разномастных консерваторов.

"Это целенаправленное раскачивание нравственных основ общества, стремление укоренить в сознании людей, что моральное уродство – это нормальная форма самовыражения", - <link type="page"><caption> пишет</caption><url href="https://www.facebook.com/permalink.php?story_fbid=1020059278073997&id=100002098025127&pnref=story" platform="highweb"/></link> возмущенная Баталина в "Фейсбуке".

"Если это хулиганство, грубо говоря, одного или группы нечистоплотных и сумасшедших карикатуристов, то вопрос, имеют ли они отношения к официальной позиции Британии по этому вопросу, но мы её можем запросить, и вот исходя из этой реакции можем уже делать виды", - <link type="page"><caption> поделился желанием</caption><url href="http://rusnovosti.ru/posts/411084" platform="highweb"/></link> направть соответствующий запрос в МИД Британии думский единоросс Роберт Шлегель в эфире "Русской службы новостей".

Интересно, что этих же людей объединяет и нелюбовь к работам французского издания Charlie Hebdo, публиковавшего карикатуры на утопшего сирийского <link type="page"><caption> мальчика-беженца</caption><url href="http://www.bbc.com/russian/society/2015/09/150915_tr_charlie_boy_outcry.shtml" platform="highweb"/></link>, крушение <link type="page"><caption> российского авиалайнера</caption><url href="http://www.bbc.com/russian/international/2015/11/151107_charlie_hebdo_a321_cartoons.shtml" platform="highweb"/></link> с туристами в Египте и карикатуры на <link type="page"><caption> пророка Мухаммеда</caption><url href="http://www.bbc.com/russian/russia/2015/01/150120_respublika_roskomnadzor_warning.shtml" platform="highweb"/></link>.

При этом на массовые митинги против оскорбления пророка в Чечне <link type="page"><caption> выходили сотни тысяч человек</caption><url href="http://www.bbc.com/russian/russia/2015/01/150119_grozny_rally_cartoons_muslims" platform="highweb"/></link>, а, согласно опросам, <link type="page"><caption> 30% россиян не одобряли</caption><url href="http://www.bbc.com/russian/russia/2015/01/150126_charlie_hebdo_survey_russia.shtml" platform="highweb"/></link> творческую деятельность редакции Charlie Hebdo, чью редакцию частично <link type="page"><caption> расстреляли джихадисты</caption><url href="http://www.bbc.com/russian/international/2015/01/150109_france_terror_operation.shtml" platform="highweb"/></link> в январе прошлого года.

Есть ли у сатиры этические рамки?

Как <link type="page"><caption> говорил</caption><url href="http://www.lefigaro.fr/bd/2015/07/21/03014-20150721ARTFIG00109--charlie-hebdo-riss-ne-dessinera-plus-mahomet.php" platform="highweb"/></link> издатель Charlie Hebdo Лоран Суриссо, известный под псевдонимом Рисс, его коллеги рисовали пророка Мухаммеда ради принципа, по которому рисовать можно что угодно и когда угодно.

Британская Vive Charlie возникла в прошлом году как посвящение погибшим сотрудникам французского журнала: карикатуры в ней рисуют двое художников, скрывающихся под псевдонимами "Джихадист Джо" и "Шумный кафир" (кафирами в исламе называют всех приверженцев другой веры или атеистов). Все номера издания <link type="page"><caption> выкладываются</caption><url href="http://www.joomag.com/magazine/vive-charlie-issue-25/0645289001455338245?short" platform="highweb"/></link> в онлайн-доступе, а колонки для издания пишут общественные деятели, выступающие против радикального ислама, и разнообразные комики.

Редакция особо подчеркивает, что стоит на страже свободы слова во всех проявлениях.

"Мало того, что обиженные психи с автоматами убивают людей, но и соцсети вроде "Твиттера" и "Фейсбука" активно цензурируют и отправляют пользователей в бан за свободу самовыражения", - отмечено в кредо Vive Charlie.

Карикатуристы различных изданий объясняли смысл своих работ именно так: карикатура не всегда должна быть сатирой именно над тем, что на ней изображено.

Еще в военное время советское трио карикатуристов под псевдонимом Кукрыниксы <link type="page"><caption> рисовало</caption><url href="http://www.davno.ru/assets/images/posters/kukryniksy/big/kukryniksy-40.jpg" platform="highweb"/></link> погибших детей с окровавленной одеждой.

На взрывы в московском метро в 2010 году несколько изданий отозвалось карикатурами, среди них - и южнокорейская <link type="page"><caption> Korea Times</caption><url href="http://www.bbc.com/russian/russia/2010/04/100406_korea_times_cartoons_scandal.shtml" platform="highweb"/></link>, индонезийская Jakarta Post и бельгийский журнал <link type="page"><caption> Knack</caption><url href="http://www.bbc.com/russian/russia/2010/04/100420_knack_cartoon_apology" platform="highweb"/></link>.

Русская служба Би-би-си попыталась выяснить, с чем связана готовность некоторой части российского общества воспринимать карикатуры как оскорбление.

Елена Петровская, старший научный сотрудник Института философии РАН, лауреат Премии Андрея Белого:

Не все карикатуры вызывают нейтральные чувства. Конечно, карикатуры - это род высказывания, но тут слово "карикатуры" - неправильно употребляемое; это скорее как в английском cartoon - картинка, такое высказывание на злобу дня.

Естественно, в нем присутствует определенный тон, и его часто можно воспринять как иронию, что, кстати говоря, и задевает, поскольку карикатуры воспринимаются в основном иронически. Хотя часто это не столько ирония, сколько род возмущения и неприятия.

Должна сказать, что некоторые карикатуры бывают сделаны в дурном вкусе. У меня, например, одна из карикатур Charlie Hebdo - не по недавним событиям - вызвала некоторое недоумение.

Но я бы не стала относиться к этому жанру с таким драматизмом, потому что сейчас очень много такого рода визуальной продукции, которую можно условно назвать комиксом. Это и рисованные романы, которые повествуют об очень тяжелых событиях - о холокосте, или о пребывании в лагере [речь о графическом романе Арта Шпигельмана "Маус", который в прошлом году <link type="page"><caption> изымали из книжных магазинов</caption><url href="http://www.bbc.com/russian/russia/2015/04/150427_moscow_holocaust_book_recall.shtml" platform="highweb"/></link> Москвы]. Ничего особенного в таком типе высказывания самом по себе нет.

Я думаю, что наши люди реагируют так потому, что у нас нет привычки к такого рода изображениям и высказываниям. Однако каждый раз нужно смотреть конкретно, как это сделано, потому что в самом изображении может быть бестактность, или отсутствие чуткости к истории, которая там рассказывается. Но это уже отдельный разговор.

Сергей Ёлкин, карикатурист:

В Европе своя традиция сложившаяся и культура, а у нас она отличается. Всё что не нравится, будет восприниматься как насмешка и что-то неправильное.

Есть такая нетерпимость к любой информации, которая неудобна и не нравится.

В Чечне свой менталитет и культура, они так это воспринимают. Сейчас глобализация - сталкиваются культурные векторы, западные с восточными, и получаются такие вот завихрения.

Виталий Куренной, заведующий отделением культурологии Высшей школы экономики:

Я бы не сказал, что это какая-то аномальная реакция. В какой-то момент у нас карикатуры превратились в генератор медиасобытий. Собственно, то что мы сейчас об этом говорим, является комментарием события исключительно медийного.

Повестка дня у нас в каком-то сегменте немножко ложная - это не в порядке критики, а в порядке факта. Происходит какое-то медийное событие, выходит карикатурный журнал, а дальше наши медиа начинают закручивать вокруг этого историю, что вызывает дополнительный резонанс.

Не думаю, что есть особая чувствительность российской публики к карикатурам, но совершенно точно есть особая чувствительность наших медиа: то есть, это события, которые возбуждают сами себя. Это, в свою очередь, определенным образом фокусирует общественное мнение и становится темой для разговора.

В значительной степени это вопрос склада национальной культуры. В Соединенных Штатах историками культуры серьезно обсуждался вопрос допустимости изображения холокоста в комиксе [как в вышеупомянутом графическом романе Шпигельмана]. Есть в этом смысле культуры, где пристойные нормы более широкие. У нас она менее широкая, но отнюдь не девственно-невинная.

Эта реакция - все же эффект медиа, а не какой-то нашей специфической девственности восприятия карикатурной культуры.