Британские критики: "Война и мир" – триумф Би-би-си

"Все кончилось?! Нет! Верните их! Пусть Пьер вновь отрастит свою ужасную бороду! Верните Элен - я хочу посмотреть, какой ужасной матерью она станет! Не могу смириться с тем, что все кончилось! Но как кончилось!!!"

Таким возгласом ужаса и восторга начинает обозреватель Guardian рецензию на завершившийся в воскресенье телевидением Би-би-си показ <link type="page"><caption> шестисерийной экранизации "Войны и мира"</caption><url href="http://www.bbc.com/russian/society/2016/01/160106_war_and_peace_kan.shtml" platform="highweb"/></link>.

Начавшаяся сразу после Нового года трансляция телеверсии толстовского романа, как и предсказывалось, полюбилась зрителям – и своим грандиозным (пусть и несравнимым с киноэпопей Бондарчука) размахом, и обаянием проникшихся характерами героев актеров, и насыщенностью переплетения сложных сюжетных линий, заставляющих пристально следить за динамикой действия, и экзотикой огромной, страстной и непостижимой России.

Семь миллионов человек – для британского телевидения с его десятками и сотнями каналов цифра внушительная – каждую неделю исправно возвращались к телеэкранам, чтобы вновь окунуться в казалось бы предельно чуждый для них мир России XIX века.

Да, придирчивый зритель может сказать, что философская глубина романа оказалась разжижена, что сложные диалоги и долгие рассуждения сокращены и упрощены, и что присущая телеэкранизациям тяга к мелодраматизму снижает содержательность толстовской мысли.

Но придирчивый зритель на то и есть, чтобы придираться, и при желании придраться можно к любому шедевру.

И пусть пока объявлять шедевром новый телефильм никто не спешит, оценки британской критики (по определению, по традиции и по служебным обязанностям придирчивой) более чем благосклонны.

"В зависимости от вашей позиции – пишет рецензент сайта British Telecom – сериал стал либо одной из тех мощных теледрам, производить которые в состоянии только Би-би-си и которые оправдывают нашу обязательную оплату ежегодной телелицензии на существование Би-би-си; либо была упрощенной, популистской и нарочито щекочущей нервы ("войнушка и мир") версией классического романа".

"После показанной в воскресенье заключительной серии сторонники первого лагеря явно чувствуют себя победителями", - делает он свой однозначный вывод.

"Ужасная концовка" Толстого и хеппи-энд Эндрю Дэвиса

Как бы отвечая тем, кто упрекал создателей телефильма в упрощении философской насыщенности романа, обозреватель газеты Daily Mail Кристофер Стивенс в восторге от решения сценариста Эндрю Дэвиса не включить в экранизацию "ужасную" концовку Толстого – худшую, по его мнению, из всех великих книг мировой литературы

И дело даже не в том, что последние 100 страниц романа представляют собой дюжину глав вымученных рассуждений о философии истории и "незначительности" великих людей.

Гораздо больший протест критика вызывают те сцены, в которых Толстой описывает жизнь своих героев спустя восемь лет после изгнания Наполеона из России.

Николай Ростов изображен в виде грубого помещика, постоянно ссорящегося с женой и избивающего крестьян. С ним живет его выжившая из ума мать и так и оставшаяся старой девой любовь юности Соня.

Сын Андрея Болконского превратился в постоянно дергающегося неврастеника.

Но наибольшее сожаление вызывает судьба Наташи Ростовой. Толстая сварливая баба, постоянно ревнующая мужа Пьера из-за его частых отлучек из дома и начисто забывшая о том, что когда-то она умела петь и танцевать. Жизнь ее крутится вокруг четырех избалованных детей. А ей всего 28.

"После того, как зритель сострадал этим героям на протяжении тысячи страниц и искренне полюбил их, читателю не остается ничего, как воспринимать эту концовку как идиотскую насмешку и просто игнорировать ее", - пишет Кристофер Стивенс и добавляет: "Именно так, слава богу, и поступил автор экранизации Эндрю Дэвис".

Он оставляет нас с Наташей и любимыми ею людьми на залитом солнцем русском пейзаже, где Пьер не отрывает от нее восхищенного взгляда, дети их гоняются по траве за бабочками, а воздух звенит от радостного смеха Николая.

"И пусть в такой концовке слишком много от традиционного голливудского хеппи-энда, у меня нет сомнений в том, чему именно я отдаю предпочтение", – пишет Кристофер Стивенс.

Экранизация не стала совершенством. Даже и близко. Но несовершенен и роман, хотя он остается одной из величайших книг мировой литературы. Точно так же телеверсия "Войны и мира" стала одной из лучших работ британского телевидения за всю его историю – к такому выводу приходит рецензент Daily Mail.

На первый план выходит режиссер

Если до выхода телеверсии "Войны и мира" на экраны главное внимание (помимо актеров, разумеется) уделялось автору экранной версии сценаристу Эндрю Дэвису, то теперь все больше и больше пресса пишет о молодом режиссере Томе Харпере.

Пресса захлебывается от восторга, фильм называют "жемчужиной воскресного вечера" и триумфом, но сам молодой режиссер признается, что вплоть до трансляции последней шестой серии "ужасно нервничал" и до сих пор не может прийти в себя от того внимания, которое вызвал его фильм".

"За время работы ты настолько срастаешься с материалом, что объективно воспринимать его больше не в состоянии. Многие рецензии оказались куда лучше, чем я рассчитывал" – признается Том Харпер.

Основа для нынешнего взлета 36-летнего режиссера была заложена на факультете драматического искусства Манчестерского университета, среди выходцев которого исполнитель роли отца Наташи Эдриан Эдмондсон и знаменитый "Шерлок", Бенедикт Камбербэтч.

В 2006 году его короткометражка об охоте на лис в окраинных районах Лондона была номинирована на главную британскую кинопремию BAFTA. С тех пор он принимал участие в работе над несколькими телефильмами - в том числе и получившем широкое признание зрителей и критики телесериалом "Это Англия". В 2014 его фильм "Книга войны" был показан на Лондонском кинофестивале.

Но ничто, конечно же, не могло сравниться с той напряженностью и ответственностью, которая сопровождала съемки "Войны и мира".

"Я очень горжусь тем, что получилось. Мне нравится фильм, но нередко во время работы меня охватывал ужас. Особенно страшно мне было по мере приближения конца работы. "Бог мой, не разрушу ли я очарование романа для его многочисленных поклонников", – эта мысль не покидала меня. Главная задача состояла в том, чтобы перенести оригинал на экран, но вместе с тем передать мое собственное видение великой книги".

Судя по всему, ему это удалось.

"Если вы не посмотрели фильм, то у вас есть счастливая возможность окунуться с головой во все шесть серий, которые выложены сейчас на сайте Би-би-си", – таким советом завершает свою рецензию критик Guardian.