Листая газеты рокового августа 1939-го

21 августа 1939 года газета "Известия" поместила на одной из внутренних полос – между материалом о фуражных коровах и сообщением о совещании работников юстиции - небольшую заметку под заголовком "К советско-германским отношениям".

Всего несколько строк, но они произвели эффект разорвавшейся бомбы по всему миру. Вот она, от первого до последнего слова.

Странная стилистика. Нагромождение всего в нескольких предложениях повторяющихся слов "отношений", "политические", "напряженность". Не слишком грамотный оборот "обмен мнений" (вместо "мнениями").

То есть, видна чрезвычайная спешка, и очевиден статус диктовавшего, которого никто не осмелился править. Но еще любопытнее смысл краткого сообщения.

<bold><link type="page"><caption> Ваше мнение</caption><url href="http://newsforums.bbc.co.uk/ws/ru/thread.jspa?forumID=9654" platform="highweb"/></link></bold>

Перед советской прессой стояла нелегкая задача – объяснить общественному мнению поворот на 180 градусов – от громогласного антифашизма к дружественным отношениям с нацистами.

Еще совсем недавно слова "изверги", "нравственные уроды", "негодяи" служили обязательными эпитетами к именам "фашистских главарей". Теперь же их предстояло научиться называть уважительно. Для психологической подготовки оставалось совсем немного времени – Гитлер определил 23 августа как абсолютно крайний срок для прибытия Риббентропа в Москву и заключения пакта. Что же касается остального мира, то уже 22 августа он пребывал в состоянии, близком к шоку.

Газета "Вашингтон пост" на первой своей странице объявила: "в мировых столицах - единодушное изумление и замешательство в связи с предстоящим заключением германо-советского пакта о ненападении…".

Со ссылкой на представителей правительств Англии и Франции газета называла предстоящее подписание документа "гигантской дипломатической победой Гитлера" и высказывала предположение, что появление такого документа чревато "непредсказуемыми последствиями для центральной и восточной Европы". Что касается французов, то они, по словам газеты, "рассержены и поражены… они опасаются, что вероятность "нового Мюнхена" стала более реальной".

Читайте также: <link type="page"><caption> Зачем Сталин заключил союз с нацистами?</caption><url href="http://www.bbc.co.uk/russian/russia/2009/08/090812_ussr_germany_pact_reasons.shtml" platform="highweb"/></link>

Близкие отношения с соседями В ночь с 23 на 24 августа, со среды на четверг, договор был подписан. И четверговый номер "Известий" открывался передовой редакционной статьей без подписи. "В своем историческом докладе на XVIII съезде ВКП (б) товарищ Сталин, подводя итоги международно-политической части доклада, указал, что "мы стоим за мирные, близкие и добрососедские отношения со всеми соседними странами", писала газета, объясняя заключение договора.

Обращало на себя внимание зачисление Германии в число соседних стран (как будто Польши уже и не существовало, а суверенитет оккупированной Чехословакии не имел значения), заявление о стремлении к установлению не просто добрососедских, но и "близких" отношений с государством, которое недавно еще провозглашалось исчадием ада. Ночью, видимо, набиралась и утренняя "Правда". По крайней мере, газета в номере от 24-го августа не только успела сообщить о подписании договора, но и провозгласила его большой победой советской внешней политики.

"Заключение договора между СССР и Германией является несомненно фактом крупнейшего международного значения", написала "Правда" в тот же день в передовой статье. (И мой компьютер подчеркивает это предложение, находя порядок слов в нем ненормальным).

О спешке свидетельствуют и другие странноватые формулировки, то и дело встречающиеся в тексте передовицы. Например, все то же "крупнейшее значение", видимо, одобренное и продиктованное впопыхах, появляется не раз, в том числе и при описании статьи IV договора.

Статья эта "налагает на договаривающиеся стороны обязательство не участвовать в какой-нибудь группировке держав, которая прямо или косвенно направлена против другой страны". И снова неточное употребление слова, на этот раз "какой-нибудь", (следовало написать: "какой-либо").

Можно подумать, что текст договора срочно переводили с немецкого... Но смысл на всех языках получался примерно одинаковый. На Западе статью IV поняли примерно так: СССР принял на себя обязательство ни при каких обстоятельствах не участвовать в коалициях и союзах, направленных на сдерживание германской экспансии.

Экстаз в Германии. Тревога в Британии

В Германии все газеты приветствовали подписание пакта со столь же официальным энтузиазмом. Они тоже объявили его заключение большой победой – но не советской, а, разумеется, германской дипломатии.

Объяснять немцам, каким образом страна, названная в "Майн кампф" главным врагом и объектом будущих завоеваний, вдруг превратилась чуть ли не в союзника, было нелегко. И ведь даже намекнуть на тактическую хитрость толком нельзя – ведь намеки увидят и в СССР!

Разве что написать, как сделала это нацистская "Фелькишер беобахтер", что договор с Москвой - это "принципиальная политика, смысл которой состоит в том, чтобы сохранять хорошие отношения между народами, которые не разделены никакими противоречиями". То есть, видимо, имелось в виду, пока еще не разделены! Успеем разделиться, когда противоречия интересов выявятся.

Немецкие газеты упирали, впрочем, не на укрепление международного мира, а на "защиту жизненных национальных интересов" – ведь до нападения на Польшу начала боевых действий и Второй мировой войны оставалась всего неделя. А ведь еще надо было успеть договор ратифицировать!

А как реагировала британская пресса? 24 августа "Дейли телеграф" писала на первой странице о "международном консенсусе" относительно того, что советско-германский пакт "сделал войну более вероятной". И сообщала, что советские официальные лица "демонстрируют удивление", когда им об этом сообщают.

"Неприятный сюрприз", цитировала та же газета днем позже премьер-министра Чемберлена – классический английский "understatement", недосказанность, сдержанность.

Чего нельзя сказать о заявлении одного из известных лидеров тори Генри Пэйджа Крофта, опубликованном газетой "Манчестер Гардиан" (ныне просто "Гардиан") 29 августа. "Мы ничего не потеряли в результате коварства России, а, напротив, в моральном отношении оно только усилит нас", заявил Крофт, объяснив, что его сильно смущала перспектива сражаться за свободу на одной стороне с "государством, которое уничтожило все свободы".

В том же номере газета напечатала карикатуру, на которой изображены Гитлер, Геббельс, Геринг и другие нацистские лидеры, одетые в косоворотки и танцующие вприсядку. Называется карикатура "Русский танец", а подпись под рисунком гласит: "Общество друзей Советского Союза, берлинская секция".

Однако подавляющему большинству газет было явно не до смеха, и все их публикации носят куда более тревожный характер. Оптимизм Генри Крофта мало кто разделял.

После пакта: пора готовиться к бомбежкам

Советские газеты опубликовали многочисленные (хоть и тщательно отредактированные цензурой) иностранные отклики на заключение советско-германского договора.

В основном говорилось об "огромном впечатлении", которое произвело заключение пакта в мировых столицах (и это правда – впечатление без сомнений было огромным, просто даже шоковым).

Но среди этих откликов "Правда" 24 августа поместила следующую заметку ТАСС из Лондона: "Все муниципальные советы Англии получили инструкции, в которых предлагается осуществить ряд мер по светомаскировке улиц. Лондонская полиция предупредила частные фирмы и владельцев кинотеатров о том, чтобы они в случае необходимости гасили свет. Вчера в центральной части Лондона в ресторанах, магазинах и издательствах было резко сокращено количество световых точек. На улицах развешаны инструкции, разъясняющие населению сигналы воздушной тревоги".

Такой вот отклик. Возможно, не лишенный злорадства – вот что теперь ИХ ждет. А могло бы ждать НАС. Вот почему мы договор с Гитлером, дескать, подписали.

ТАСС в своем сообщении из Лондона, видимо, не соврал: британские газеты также сообщали о подобных приготовлениях. А субботняя "Дейли телеграф энд Морнинг Пост" от 26 августа напечатала подборку фотографий под общим заголовком: "Русско-германский договор о ненападении подписан". Сверху – Сталин, Молотов, Риббентроп. А под ними – мешки с песком, которыми обкладывают резиденцию лорда-мэра лондонского Сити и проволочные сетки на окнах в доме напротив Собора Святого Павла.

Видимо, газета увидела прямую связь между верхними и нижними снимками, между тем, что произошло в Кремле и тем, что последовало за этим на лондонских улицах.

Напряженность разрядилась – началась война

Сталин обещал Гитлеру, что ратификация договора произойдет до 1 сентября и выполнил свое обещание. Для этого было срочно созвана внеочередная, Четвертая сессия Верховного Совета СССР, на которой договор был единогласно ратифицирован 31 августа. (Рейхстаг проделал то же самое).

Сообщения об этом "Известия" и "Правда" опубликовали на следующий же день, но многие региональные газеты не успели, и материалы были напечатаны с опозданием на несколько дней, то есть в то время, когда Вторая мировая война уже вовсю началась. В Польше рвались немецкие бомбы и снаряды, а Великобритания и Франция объявили Германии войну.

На этом фоне особенно ярко читались, наверно, слова главы правительства и министра (наркома) иностранных дел Вячеслава Молотова, разъяснявшего политический разворот Москвы на сессии Верховного Совета.

"Мирный акт, - сказал он, - каковым является договор о ненападении между СССР и Германией, несомненно, будет способствовать облегчению напряжения в международной обстановке, несомненно поможет разрядить эту напряженность".

Но вообще-то, похоже, без некоторой путаницы, не обошлось. Не совсем понятно, почему депутаты встретили смехом заявление Молотова о том, что в Германии сделали "практические выводы" из слов Сталина о возможности добрососедских отношений между двумя странами.

Мало того, смех этот зарегистрирован во всех официальных публикациях. Может, это и была пресловутая "фига в кармане" (вернее, между строчками)? Тут же, правда, на всякий случай следует "бурная овация" в знак признания "исторического предвидения товарища Сталина, которое блестяще оправдалось".