Суд в Белоруссии решил депортировать книгу

Суд приграничного белорусского города Ошмяны признал запрещенной на территории страны книгу правозащитника Алеся Беляцкого "Асвечаныя Беларушчынай" и постановил вывезти издание за границу.

Последние главы книги, состоящей из литературоведческих эссе о судьбах белорусских писателей и белорусской литературы, Алесь Беляцкий писал в тюрьме.

Исследователь, известный также как лидер незарегистрированного в Белоруссии правозащитного центра "Весна" и вице-президент Международной федерации прав человека, <link type="page"><caption> приговорен к четырем с половиной годам лишения свободы</caption><url href="http://www.bbc.co.uk/russian/international/2012/01/120124_minsk_belyatski_sentenced.shtml" platform="highweb"/></link>.

Беляцкого обвинили в уклонении от уплаты налогов и отправили отбывать наказание в колонию усиленного режима в ноябре 2011 года.

Поводом для обвинения стали зарубежные счета Алеся Беляцкого, сведения о которых предоставили белорусским властям банки Литвы и Польши.

В суде лидер "Весны" не признал себя виновным и доказывал, что средства на зарубежных счетах не принадлежали ему лично, а использовались для правозащитной деятельности.

Коллеги и сторонники Беляцкого еще до завершения судебных разбирательств собрали и перечислили на госсчет около 90 тысяч долларов для компенсации предъявленной суммы неуплаченных налогов.

По решению суда было конфисковано имущество Алеся Беляцкого, в том числе офис правозащитного центра "Весна".

"Возможно, упоминание об этой истории и фраза о зависимости белорусского суда от воли властьимущих в предисловии к книге стали причиной для ее запрета", - говорит правозащитница Татьяна Ревяко, которую суд обязал вывезти из Белоруссии "вредную" литературу.

Бессмысленная экспертиза

40 экземпляров книги "Асвечаныя Беларушчынай" (название на русский дословно не переводится, но обещает рассказ о духовной приверженности белорусским корням, традиции и национальной идее) были задержаны таможенниками в Ошмянах.

Книги везла в Минск соратница Алеся Беляцкого по правозащитной деятельности Татьяна Ревяко.

"Книга до этого открыто презентовалась в Минске. Часть изданного в Литве тиража уже разошлась среди читателей, десятки экземпляров, как всегда мы это делаем, отправили в библиотеки. Что теперь с ними будет? Изымут и сдадут в какой-то спецхран?", - недоумевает правозащитница, напоминая, что судьба арестованного на таможне почти год назад альбома "Пресс-фото Беларуси" оказалось печальной: суд постановил фотоальбом сжечь.

"Мы рассчитывали, что суд, который признал не соответствующими закону проведенные над книгой Беляцкого экспертизы, признает незаконным и запрет таможни на ввоз книги в страну. Но судья заявила, что, принимая решение, руководствуется своим внутренним убеждением. Я такого выверта не ожидала! Вот, теперь обязана осуществить реэкспорт в Литву 40 экземпляров "опасной" литературы", - рассказывает Татьяна.

Тюремная литература

Эссе о судьбах белорусских писателей и белорусской литературы, собранные нынче под одной обложкой, писались Алесем Беляцким в течение двух десятилетий; большая часть из них публиковалась в свое время в белорусской газете "Літаратура і мастацтва" ("Литература и искусство") и белорусских журналах.

Новым в книге является раздел "Тюремная литература". Такая литература, впрочем, в последние годы стала популярной в Белоруссии.

Лидер оппозиционной Объединенной гражданской партии Анатолий Лебедько, попавший в камеру после президентских выборов 2010 года, в декабре вынес на суд публики свою книгу "108 дней и ночей, которая уже номинируется на литературные премии.

Широко известны тюремные дневники Игоря Олиневича, интеллектуала-компьютерщика и идейного анархиста, осужденного на восемь лет строгого режима и признанного белорусскими и международными правозащитными организациями узником совести.

Тюремная лирика Владимира Некляева - известного поэта и экс-кандидата в президенты, жестоко избитого в день президентских выборов 19 декабря 2010 года еще до закрытия избирательных участков, а затем подвергнутого уголовному преследованию, недавно переведена на шведский.

Посредством тюремной переписки публицистом Валерием Калиновским была создана книга и об авторе ныне запрещенных "Асвечаных Беларушчынай" правозащитнике Алесе Беляцком.

Находящегося в заключении правозащитника в сентябре прошлого года в Страсбурге по решению Парламентской ассамблеи Совета Европы наградили премией имени Вацлава Гавела.

Западные политики и международные правозащитные организации требуют от белорусских властей освобождения и реабилитации Алеся Беляцкого.

СССР возвращается?

Светлана Алексиевич, широко известная миру белорусская писательница, призналась, что встревожена и расстроена сообщением о суде над книгой Алеся Беляцкого.

"Я сразу вспомнила, как 10 лет назад - во времена, когда коммунизм отступал и нам казалось, что он отступает навсегда, - судили мою книгу "Цинковые мальчики". Это был настоящий суд, судили не только автора, судили книгу, как вредную тоже хотели изъять, - говорит Алексиевич. - Я думаю теперь: какие мы были в 90-е годы романтики! Как мы были уверены, что коммунизм побежден, что он отступает. Оказалось, совсем нет. Вся эта практика, вся эта идеология, особенно в Беларуси, где время остановилось, осталась. И опять книга гонима, книга виновата, опять книга - преступник".

В минувшую субботу на ХХІ Минской международной ярмарке Светлана Алексиевич представила белорусскому читателю свою последнюю книгу "Время second-hand".

На встречу с известной писательницей пришли сотни человек, но устроители выставки не предоставили для общения просторные конференц-залы.

Публика теснилась в закутке, по размерам не больше кухни в советской "панельке", выстраивалась многометровой очередью вдоль окрестных стендов, "висела" над стендами, пытаясь разглядеть-расслышать.

Вернувшись на родину из вынужденной "творческой эмиграции", Светлана Алексиевич признается: "Ощущение такое, что все эти обороты "времени "секонд хенд" - что в Белоруссии, что в России - становятся все больше, все больше набирают силу. Мы все больше становимся похожими на Советский Союз".

"Самое больное для меня в том, что народ молчит. Он все равно ведет себя так, что это все - не про него, без него, все это - судьба каких-то одиночек. "Что ж вы хотите, они ж пошли против власти", - говорят мне люди, с которыми я общаюсь на улице. То, что происходит, совершенно не затрагивает этого все еще советского человека", - замечает Светлана Алексиевич.