Дракон, слон и медведь обмениваются визитами

Глава правительства России Дмитрий Медведев 21-23 октября совершает визит в Китай. Одновременно в Москве гостит премьер-министр Индии Манмохан Сингх.

В конце 1990-х годов тогдашний российский премьер Евгений Примаков выдвинул идею "оси Москва-Пекин-Дели". Спустя 15 лет из этого ничего не вышло.

Однако крупнейшие державы Азии являются друг для друга важными партнерами. Их объединяют общие задачи модернизации и неприятие однополярного мира. В отличие от Запада, у Москвы нет с ними идеологических, а с Индией и геополитических противоречий.

Обозреватель Русской службы Би-би-си Артем Кречетников поговорил о состоянии и перспективах отношений в великом азиатском треугольнике с российскими экспертами по Китаю и Индии - профессором Финансового университета при правительстве России Николаем Котляровым и главным научным сотрудником ИМЭМО РАН Андреем Володиным.

"Длинный юань" и "шелковый путь"

Би-би-си:

Николай Котляров: Создание "оси" было с самого начала маловероятным, и специалисты-синологи это понимали. Китай принципиально не вступает в военно-политические блоки. Отношения с Москвой он и дальше будет развивать на двусторонней основе, а также в форматах ШОС и БРИКС.

Би-би-си:

Николай Котляров: Безусловно, все эти факторы имеют место. Оформленный политический альянс с какими-то взаимными обязательствами никому не нужен. В отношениях превалирует экономика.

Би-би-си:

Николай Котляров: В принципе, совершенствовать структуру экспорта желательно, но это вопрос не отношений с Китаем, а успехов российской модернизации, и, в любом случае, дело не завтрашнего дня.

Полагаю, надо смотреть на вещи реально, использовать свои естественные конкурентные преимущества и торговать тем, что имеем.

Было бы правильно и справедливо, если бы значительная часть валютной выручки от продажи в Китай сырья шла на развитие Сибири и Дальнего Востока, поскольку это сырье там, в основном, и добывается.

Би-би-си:

Николай Котляров: Китайцев не устраивают цены, предлагаемые "Газпромом". Они получают дешевый газ из Туркмении, добывают много угля. По оценочным запасам сланцевого газа Китай на первом месте в мире.

Конъюнктура мирового газового рынка для нас не очень благоприятна. В нулевые годы широко обсуждались проекты поставки сжиженного газа из России в США, теперь выяснилось, что в связи с перспективой разработки сланцевых месторождений он американцам не нужен.

Ситуация неоднозначная. Себестоимость добычи в Туркмении объективно ниже, чем в Сибири. Нельзя торговать себе в убыток. Но я думаю, ради завоевания огромного и перспективного рынка можно пойти на снижение цены. Возможно, во время визита Медведева будет обсуждаться, в том числе, и данная тема.

Би-би-си:

Николай Котляров: Вряд ли один визит кардинально изменит ситуацию. Москве нужны инвестиции в высокотехнологичные отрасли, а китайцы хотят вкладываться в добычу полезных ископаемых, куда Россия вообще не очень охотно пускает иностранцев.

Что касается среднего и мелкого бизнеса, мешает отсутствие инфраструктуры, неблагоприятный правовой климат и криминальная обстановка.

Российских предпринимателей в Китае тоже не очень привечают. Я бы сказал, с обеих сторон не видно заинтересованности на государственном уровне.

Би-би-си:

Николай Котляров: Отнюдь, хотя и по иной причине. Китай за последние 30 лет совершил гигантский рывок, их элита и общество больше не воспринимают Россию не только как "старшего брата", но и как равного партнера.

Би-би-си:

Николай Котляров: Мировая практика показывает, что маленькие государства обычно стараются маневрировать между центрами силы. Однозначно утверждать, что Центральная Азия уходит под Китай, на мой взгляд, преждевременно. У китайцев больше денег, в пользу России говорят общие исторические и культурные корни. Как все реально сложится, сложно сказать, но, думаю, равновесие в регионе сохранится надолго.

Би-би-си:

Николай Котляров: На подобные мысли наводит элементарное цифровое сопоставление: в приграничных регионах России живут менее пяти миллионов человек, а с китайской стороны свыше ста миллионов. Но реальной угрозы нет.

Китайцев на Дальнем Востоке не так много, порядка 300 тысяч. Они туда особо и не рвутся. Зарплаты сравнялись, китайцы сегодня больше зарабатывают дома. В основном Китай глядит в сторону Юго-Восточной Азии, где теплее и цивилизационно ближе.

Экспорт оружия и реформа ООН

Би-би-си:

Андрей Володин: Не думаю. Это скорее вопрос внутреннего графика Манмохана Сингха. В 2014 году в Индии предстоят всеобщие выборы, скорее всего, победу одержит оппозиция во главе с Индийским национальным конгрессом. Вероятно, это последний визит Сингха в Россию в роли премьер-министра, и он во многом носит прощальный и протокольный характер.

Би-би-си:

Андрей Володин: За Китаем не угонишься, но 11 миллиардов для таких стран, как Россия и Индия, маловато. По моей оценке, реальный потенциал - от 20 до 30 миллиардов.

Би-би-си:

Андрей Володин: С советского времени российско-индийские экономические связи строились на гигантских спонсируемых правительствами проектах, вроде строительства металлургического комбината в Бхилаи. Совершенно не задействованы возможности малого и среднего бизнеса, который друг о друге просто ничего не знает.

Что касается энергетического сотрудничества, неверно сводить все к пресловутой "трубе". Речь может идти о создании на Сахалине и в Приморье совместных предприятий по производству сжиженного газа, и о российском участии в проектах по газификации угля на индийской территории.

В Индии необычайно бурно идет урбанизация, по прогнозам, к 2030 году число городов-миллионеров достигнет 60. Их нужно снабжать газом и электричеством.

Би-би-си:

Андрей Володин: Здесь есть над чем задуматься, но никакой трагедии нет, это бизнес. Невозможно выигрывать все тендеры. Жесткая конкуренция, в конечном итоге, на пользу российскому ВПК.

Би-би-си:

Андрей Володин: Россия воспринимается индийским массовым сознанием как страна, где царят коррупция и нуворишеская разнузданность, которая только вывозит ископаемые и ничего не производит. Надо сказать, что и в России современную Индию представляют во многом в искаженном виде.

Би-би-си:

Андрей Володин: Использовать надо и положительный, и негативный опыт. У индийцев есть чему поучиться в плане поддержки малого бизнеса и инноваций, коммерциализации знаний, разумного сочетания государственного интервенционизма и свободного рынка. С другой стороны, реформы там ведут к огромному социальному расслоению.

Последнее время темпы роста в Индии снизились. Правительство, как и в России, винит глобальный кризис, у оппозиции, естественно, иное мнение.

<italic><bold>Би-би-си:</bold> Россия с 1988 года занимается сначала строительством, затем расширением <link type="page"><caption> АЭС в Куданкуламе</caption><url href="http://www.bbc.co.uk/russian/rolling_news/2013/10/131021_rn_putin_kudankulam.shtml" platform="highweb"/></link>. При этом Индия - одна из немногих стран, не подписавших Договор о нераспространении ядерного оружия. </italic>

Андрей Володин: Отказ Индии присоединиться к договору не должен мешать сотрудничеству. США, при всей жесткости их позиции по нераспространению, в 2005 году открыли Дели доступ к рынку своих ядерных технологий. Мировое сообщество делает для Индии исключение, потому что это большая и важная страна и по причине доверия к ней как демократическому государству со стабильной политической системой и предсказуемым руководством.

Би-би-си:

Андрей Володин: Определенные сложности есть, но в последние годы давние китайско-индийские противоречия нивелируются, в том числе на почве экономики. Для России это хорошо.

Сейчас появилась новая точка совпадения интересов - Афганистан. Общая проблема может способствовать китайско-индийскому сближению, а Россия, при правильной постановке дела, может сыграть роль объединителя.

Би-би-си:

Андрей Володин: Насколько мне известно, соответствующие консультации идут без шума и огласки, и позиции близки. Думаю, стороны, помня исторический опыт, не хотят слишком уж глубоко влезать в афганские дела. Кроме того, основную ответственность за Афганистан взяли на себя США и их союзники. Логично подождать их предложений, а потом как-то реагировать.

Би-би-си:

Андрей Володин: Совет Безопасности ООН справляется со своими задачами максимум на одну десятую. Мир изменился, требуется новый консенсус, пять стран не могут быть вершителями судеб. Но если расширить состав при сохранении права единоличного вето, он станет совсем неуправляемым. Значит, надо либо отказываться от него и принимать решения большинством голосов, либо делить членов Совбеза на "первый" и "второй" сорт. Сложно все это.

Би-би-си:

Андрей Володин: Несомненно. Но Россия не единственный постоянный член Совбеза, для которого этот статус является небольшой компенсацией за утраченное величие. Кроме того, против приема Индии может возразить Китай. Поскольку ООН так или иначе не является мировым правительством, никто не хочет создавать проблемы на пустом месте.