От Pussy Riot до Femen: самые громкие протесты женщин из СНГ

Как в Pussy Riot оказалась девушка из полиции, за что до сих пор судят Femen во Франции и как протестуют женщины на Кавказе и в Центральной Азии. Русская служба Би-би-си пообщалась с несколькими активистками из разных стран постсоветского пространства.

Активистка Pussy Riot: оштрафована заочно

Разноцветные балаклавы, легкие платья и эпатажные выступления - впервые о Pussy Riot в России заговорили после "панк-молебна" в храме Христа Спасителя. Участницам акция обернулась колонией. Но Pussy Riot не распались.

Одна из новых участниц Pussy Riot Ольга Борисова рассказала Би-би-си, что примкнула к группе около полугода назад, но уже успела побывать в полиции и в суде.

Сейчас ее банковский счет арестован: суд заочно оштрафовал ее на 20 тысяч рублей. Узнала Борисова об этом, когда со счета исчезли все деньги, а карточку заблокировали.

"Обратилась в банк, там сказали, что было произведено снятие средств по решению суда. Сейчас счет заблокирован, минус 16 тысяч рублей", - рассказывает она.

Наказали, по словам девушки, за акцию, которую устраивали еще летом в Якутске.

"Мы решили сделать акцию в поддержку политзаключенного Олега Сенцова - из чувства солидарности с ним и с Александром Кольченко. Сделали баннер, собственно, это была простыня, написали Free Sentsov и вышли на мост в балаклавах. Подвесили этот баннер к мосту, зажгли цветной дым, постояли минут 20 и ушли. Никаких проблем у нас не было, никто не вызывал полицию. Но на следующий день нас задержали", - вспоминает Борисова.

Поначалу она была по другую сторону баррикад: в 18 лет Борисова поступила на работу в полицию. Но через полтора года разочаровалась в системе и примкнула к активисткам.

Протестовать в России сложно независимо от пола, считает активистка. Но к девушкам из Pussy Riot ощущается особо негативное отношение.

"Я не могу сказать в целом о ситуации в России по женщинам и мужчинам, но посмотрите, что говорили о деле Pussy Riot: что это какие-то проститутки, и прочее. Мол, вам нужно сидеть дома, чего вы протестуете, занимайтесь своей семьей. А Машу и Надю, поскольку у них есть дети, называли плохими матерями, - говорит Борисова. - Конечно, в этом большая разница: общество в России абсолютно консервативное и сексистское. Но мне кажется, что всегда лучше делать, чем не делать, и чем нас больше будет, тем лучше".

Femen: "Мы не всегда были топлес"

К эпатажным протестам приучили публику и девушки из Femen - украинского движения, которое впоследствии вышло за рамки страны. В отличие от Pussy Riot, они не прячут своих лиц. И не только лиц: девушки появлялись на разных политических событиях раздетыми до пояса.

"Когда движение только зарождалось, девушки протестовали не топлес, а полностью одетыми, - рассказывает Би-би-си Яна Жданова, стоявшая у истоков Femen, - но потом нашли свой стиль".

"Мы не придумали топлес-протест, такие протесты были и в 70-е годы. Много кто использовал свое тело в протесте, в частности, художники. Мы просто показали, как это можно делать системно, сформировали стиль протеста: голое тело, слоган на теле и достаточно смелые поступки со стороны девушки", - говорит Жданова.

Она примкнула к движению еще студенткой и утверждает, что с самого начала была согласна с его идеей о том, что нужно защищать женщин и бороться с несправедливостью по отношению к ним на Украине.

Самым громким своим протестом Яна называет акцию "Украина - не бордель".

"Там было около 100 девчонок, и я была в их числе. Мы просто выходили на площадь с ценниками, одетые как проститутки. И заявляли, что Украина - не бордель. Потому что каждая молодая украинка на тот момент - да, думаю, и до сих пор - сталкивалась с проблемой секс-туризма на Украине, с приставаниями на улице. И для меня тоже это было важно", - рассказывает Жданова.

Сейчас Femen продолжают устраивать акции, но, по словам Ждановой, эмигрировавшей во Францию, сама она теперь борется за права человека в другой форме: в качестве правозащитницы участвует в конференциях и событиях, посвященных феминизму, телу и перформансу.

Она даже пытается совместо с адвокатом добиться отмены во Франции статьи об эксгибиционизме, по которой уже более трех лет судят участниц Femen.

Несмотря на частые задержания, ни одна из участниц Femen на Украине серьезно не пострадала. Однако первому составу девушек пришлось покинуть страну. Как они заявляли ранее, в связи с преследованием.

В то же время, известны случаи, когда жертвами расправы на Украине оказывались менее эпатажные активистки. Среди таких примеров - избиение Татьяны Черновол и убийство правозащитницы Ирины Ноздровской.

Азербайджан: "Самое страшное - жить в страхе"

Протест активистки и журналистки Хадиджи Исмаиловой из Азербайджана кардинально отличается по форме от женских движений, описанных выше. Но не уступает им в громкости.

Расследования коррупционных схем вокруг семьи президента Азербайджана, которыми занималась Хадиджа, получили международный резонанс и ряд премий, в том числе от Human Rights Watch, PEN America, ЮНЕСКО и премию "За правильный образ жизни" шведского фонда Right Livelihood Award Foundation.

Но Хадидже это стоило свободы: полтора года женщина провела в тюрьме.

Бакинский суд по тяжким преступлениям 1 сентября 2015 года вынес Исмаиловой приговор сразу по нескольким статьям: присвоение и растрата, незаконное предпринимательство, уклонение от уплаты налогов и злоупотребление должностными полномочиями.

В мае 2017 года Верховный суд Азербайджана изменил меру пресечения с 7,5 лет лишения свободы на условное.

Как рассказала Русской службе Би-би-си Исмаилова, из журналистки ей пришлось стать активисткой: "Когда занимаешься журналистикой, своей работой, и пользуешься фундаментальными правами человека на свободу слова, президент и люди в правительстве считают тебя врагом. То есть, ты становишься стороной конфликта не по своему выбору: просто, когда говоришь правду, они объявляют тебя врагом".

Исмаиловой признается: "Мне никогда не хотелось надевать туфли активиста. Но здесь было время, когда ни один из правозащитников не был на свободе. То есть, не было ни одного института, в который можно было бы обратиться. Тогда мне пришлось взять на себя еще и работу правозащитников, помогать в составлении списка политзаключенных. И до сих пор я этой рабочей группе составления списка политзаключенных".

Трудно в Азербайджане активистам независимо от пола, считает Хадиджа. И женщинам и мужчинам препятствуют три проблемы: закрытый доступ к информации, неверие общества в возможность что-либо изменить и нетерпимость правительства к любой критике.

"Сейчас 11 моих коллег в тюрьме - блогеры, журналисты. Более 145 политзаключенных в стране. Там есть специальная секция - политические заложники. Это братья и родственники политических активистов, журналистов, которым не смогли заткнуть рот, поэтому подвергли репрессиям их родственников", - рассказывает она.

По сравнению с этим, по ее словам, другие проблемы меркнут - в том числе и проблема безденежья. Но самое страшное для нее, как она говорит, перестать заниматься расследованиями: "Страшно, наверное, всегда. Но страшно, что будет страшно. То есть, я очень боюсь того, что откажусь от своей работы, потому что будет страшно. Поэтому страх перед страхом - он больше самого страха".

Казахстан: женщинам легче?

Казахстанская правозащитница Бахытжан Торегожина больше всего боялась за своего ребенка.

"Однажды меня пугали, что что-то может случиться с моим сыном. Но они назвали не ту страну, в которой он находился, и я поняла, что меня обманывают", - рассказала она Би-би-си.

"Конечно, они, наша власть, способны брать в заложники детей, членов семьи. Это риски самые неприемлемые. Это, наверное, самое больное место всех правозащитников, когда шантажируют близкими: что их могут украсть, что у них могут быть проблемы. Но сейчас мой сын уже вырос, у него есть семья, он самостоятельный. Но тогда это было действительно страшно", - рассказывает Торегожина.

Она борется в Казахстане за свободу слова и мирных собраний, а также за освобождение политзаключенных. Занимается общественной деятельностью уже 20 лет, 17 из них руководит общественной организацией "Общественный фонд Ар. Рух. Хак".

Однако громкие по меркам восточного Казахстана акции выглядят не так, как это представляют в странах СНГ, находящихся ближе к Евросоюзу. Репрессии, неадекватное отношение полиции и безденежье - самые распространенные проблемы казахстанских активистов.

Однако женщинам бороться за свои права здесь не труднее, чем мужчинам, считает правозащитница. Скорее даже все наоборот.

"На востоке считается, что мужчина должен кормить семью. Женщинам в этом отношении легче - мы можем работать с минимальным доходом для себя, то есть деньги для женщин тут имеют последнее значение, - говорит Торегожина. - А мужчинам надо кормить семьи, поэтому мужчин-правозащитников у нас намного меньше".

Молдова: сексизм и тухлые яйца

Самым опасным своим протестом в Молдове Полина Частухина называет "Марш солидарности" 2015 года.

"После марша нас всегда эвакуировали в безопасное место. Но в этот раз, наш транспорт в последний момент уехал. Пришлось срочно искать, как перевезти 70 человек, - вспоминает активистка. - Я никогда не забуду, как полиция заталкивала нас в автобус, который мы умудрились найти, пытаясь вместить гораздо большее количество людей, чем то, на которое он был рассчитан. Тем временем агрессивные члены религиозных групп бросали тухлые яйца и кричали "позор".

Полина - председательница организации "Гендердок-М" и соосновательница "Группы Феминистических Интциатив" в Молдове.

По словам Частухиной, учившейся в Кембридже, активистов в Молдове часто называют "грантоедами" и считают, что все их действия - ради денег. Многие не верят, что кто-то может искренне помогать другим и бороться за права человека. Если активистка - женщина, ей придется столкнуться еще и с полным спектром сексизма.

"В 2014-м мы организовали небольшой марш против уличных домогательств. В результате, нам потом приходили онлайн комментарии, вроде: "Лучше сидите дома и готовьте", "Поприходили только самые страшные - видно, завистно и хочется внимания". А лично мне советовали бросить феминизм и активизм и найти парня. В Молдове ценность женщины до сих пор тесно связана с ее отношениями с мужчиной", - говорит Частухина.

При этом она не считает себя ключевой фигурой женского движения.

"Многие женщины каждый день прикладывают гораздо больше усилий, чем я. Например, одинокие матери, жительницы сельской местности и те, которые отправляются на заработки за границу, - рассказала Частухина Би-би-си. - Или пережившие домашнее насилие и сумевшие об этом открыто рассказать и многие другие. Думаю, что на международном уровне пора признать, что не всегда самых больших почестей заслуживают те, чей голос самый громкий".