Кинопремия "Ника": между самосохранением и ожиданием

Этот блог ведет кинокритик Ольга Шервуд.

В Москве прошла церемония объявления лауреатов "Ники". Двадцать восьмая. Не могу припомнить за последнее время ничего столь же печального и в то же время интересного.

Официально это награждение профессионалов по итогам предыдущего киногода - по версии Российской академии кинематографических искусств.

Старейшая российская премия также отдает дань истории - общему кинопространству, в основном, выпускников ВГИКа и Высших курсов сценаристов и режиссеров. Выбирает самый значимый фильм стран СНГ и Балтии (немалое число, кстати, прекрасных коллег из бывших советских республик находит работу в России).

А неофициально "Ника" всегда осознавалась как общность людей "своих". Людей, для которых свободное высказывание в искусстве если не важнее самой возможности работы, то является мечтой.

Обидные ошибки

Эти люди двадцать лет гордились тем, что "предвосхитили перестройку" на своем Пятом съезде, а страна, мол, потом к ним подтянулась.

Они реально создавали кинематограф новейшей поры и сохранили принципы "гамбургского счета".

Что не мешает им иной раз отчаянно и обидно ошибаться в оценках из-за своей (возрастной уже) лени и ложной корпоративности: нередко фильма не видели, голосуют "за товарища", "как обычно" или "за громкое имя".

И эти люди, собираясь раз в год, умели сказать, что думают о текущем моменте. Серьезными словами, дерзкими остротами, веселыми шутками, а также отлично поставленными трогательными - мемориальными - моментами самой церемонии.

Телепоказ "Ники" давно уже сильно цензурируется, но мы, пишущие о кино, все это цитировали и пересказывали своим читателям, убеждая их: курилка жив.

Закоулки потерявшейся души

Нынче не то. Нынче видно, что люди замерли между самосохранением и ожиданием перемен - не дай бог к худшему.

Парадоксальнейшим образом фильмы 2014 года - оказавшиеся в номинантах, а также оставшиеся в лонг-листе - уже все сами сказали о переживаемом времени на известном пространстве.

Высветили, как огромным кинопрожектором давних времен - ДИГом, кажется - каждый закоулок несчастного социума и потерявшейся души. В разных ракурсах и съемочных режимах. От бесхитростного, яростного "Дурака" Юрия Быкова до многомерного душного арканарского мира, буквально "вымученного" Алексеем Германом.

Пейзаж получился страшный. История новосибирского "Тангейзера", предварительный отсмотр театральных постановок, заявление о поддержке государством исключительно традиционного в искусстве... Такой контекст - фактическое введение антиконституционной цензуры вместо самоцензуры- добавил растерянности настолько, что о нем никто слова вообще не сказал.

Люди - как тучи

Лауреат "Ники" за честь и достоинство, бесстрашная Лия Ахеджакова была утоплена в чрезмерно долгих воспоминаниях Инны Чуриковой.

Почтённый "За вклад в кинематографические науки, критику и образование" Наум Клейман попросил не оставлять Музей кино поддержкой.

Лауреат "Ники" за вклад в киноискусство сценарист Юрий Клепиков - кстати, как "наша совесть", простите чуждый ему пафос, в 1989-м единодушно и безальтернативно избранный ленинградскими кинематографистами народным депутатом СССР, - почему-то не приехал в Москву.

А я особо ждала его речи: умеет формулировать во всех смыслах точно и безошибочно.

Именно по сценарию Клепикова поставил свой лучший фильм президент Академии Андрей Кончаловский - шедевр про Асю-хромоножку, запертый от народа на двадцать лет.

Кончаловский, зачитывая дежурное приветствие от имени президента (страннейшим образом подоспевшее лишь к финалу церемонии), смог над триколорной папочкой одно: интонационно не сдержать своего пренебрежения к сему анахронизму подобострастия.

О братской любви и братской войне

Вот и получилось, что главным "слоганом" нынешнего собрания кинематографического люда стала строчка из песни Алексея Кортнева "Я офигеваю, мама": "А на площади митинг идет, как положено нынче в стране, распалившийся братской любовью народ аплодирует братской войне".

Он пел, представляя таким образом "Левиафан" Андрея Звягинцева.

Что есть, безусловно, находка авторов церемонии, возродивших подцензурную публичную речь: не прямо, а с уловкой, которую не хочется называть фигой в кармане.

3 апреля, канал СТС показывает в отредактированном виде (закономерно сокращенную, пятичасовую в оригинале) запись вечера - из нее "нечего выбросить", кроме этой песни.

Еще, может быть, СТС сделает вид, что не было номинации, посвященной СНГ и странам Балтии.

Поскольку иначе придется сказать, что лучшим академики признали фильм "Племя" Мирослава Слабошпицкого. Который из своего Киева, понятно, не прилетел. Но прислал благодарственное письмо, где понадеялся, что в какой-то неотдаленный год приз сможет получить украинский режиссер Олег Синцов. Риторически, однако, более чем правильно.

Как таковой же телепоказ этого события киножизни - уже невыносимый компромисс. Думаю, требования канала трансформировали профессиональное собрание в концерт с дикими в данном контексте, да простят меня исполнители, песнями и фокусами.

Однако степень пошлости нынешнего "Кинокапустника" - традиционного блюда "Ники", обычно цензурируемого в первую очередь, - явно никем не была заказана, а этот выпуск годится только в канализацию. Они шутить сумели только мертво…

Окончательный диагноз

Словом, концы с концами не сошлись. Случился даже явный парадокс.

На экранчике "Сетевизора", транслирующего в интернете процесс оглашения лауреатов, до начала велось голосование: "Какой фильм соберет больше наград?". За "Левиафана" набиралось 58-60 процентов голосов, за "Трудно быть богом" Алексея Германа - 17-18. "Белые ночи почтальона Тряпицына" Кончаловского имели 8-10 процентов сторонников, "Дурак" - 12. Безупречное "Испытание" Александра Котта замыкало команду лучших картин года с двумя-тремя процентами включившихся в опрос неравнодушных к отечественному кино интернет-зрителей.

В итоге самый громокипящий фильм сезона "Левиафан" оказался отмечен лишь за главную женскую роль (Елена Лядова) и второстепенную мужскую роль (Роман Мадянов).

А не оставивший следа в оперативной памяти общества - ибо никто не хочет поверить в сбывшееся такое пророчество - крайне трудный для понимания, "элитарный" фильм Германа отмечен семь сказочных раз.

Легенда-рецепт

Лучшие - сама картина, режиссура, операторская работа (Владимир Ильин - посмертно, Юрий Клименко), работа художников (Сергей Коковкин, Георгий Кропачев, Елена Жукова) и художника по костюмам (Екатерина Шапкайц), звукорежиссура (Николай Астахов) и главная мужская роль (Леонид Ярмольник).

Так, судя по итогам, проголосовали академики "Ники". Не ради Германа, который умер и надо почтить. А потому, что он и сотоварищи создали легенду. Основанную на правде, известной ленфильмовцам прежней поры. Легенду о том, что фанатичный кинематографический труд позволит пережить любые времена и самосохраниться.

Теперь эта легенда может стать рецептом.

Но даже Ярмольник в него не верит. Есть ощущение, - так он говорил, - что Румат раньше было меньше, но у них что-то получалось А сегодня, может, их и больше, но ничего не выходит. И, в свою очередь, процитировал Жванецкого: "И самовары у нас электрические, и сами мы какие-то неискренние"...

Другие материалы в "Киноблоге":

STY37979869Киноблог: нам сейчас необходимы мультфильмыКиноблог: нам сейчас необходимы мультфильмыАнимация в России явно поднялась из руин, и очень кстати. Нашему российскому обществу – инфантильному и агрессивному - совсем не помешает доза гуманного и легко усваиваемого искусства. 2015-03-26T16:41:43+04:002015-03-26T17:38:18+04:002015-03-26T17:38:18+04:002015-03-26T19:44:00+04:00PUBLISHEDrutopcat2true

<bold><documentLink href="" document-type=""> Киноблог: первый фильм о Паралимпиаде</documentLink></bold>

<bold><documentLink href="" document-type=""> Киноблог: есть ли спрос на "Завтра"?</documentLink></bold>

<bold><documentLink href="" document-type=""> Киноблог: о фильме "Племя" - яростном и редком</documentLink> </bold>

<bold><documentLink href="" document-type=""> Киноблог: хлеба или зрелищ?</documentLink></bold>

<bold><documentLink href="" document-type=""> Киноблог: "Левиафан" и стадо "Белых слонов"</documentLink></bold>

<bold><documentLink href="" document-type=""> Кино помимо "Левиафана"</documentLink> </bold>

<bold><documentLink href="" document-type=""> Девятый вал "Левиафана": кино в России больше, чем кино</documentLink></bold>

<bold><documentLink href="" document-type=""> Фильм "Мы не можем жить без космоса" как итог киногода</documentLink></bold>

<bold><documentLink href="" document-type=""> "Артдокфест": противостояние реальности и образа</documentLink></bold>

<bold><documentLink href="" document-type=""> Культурный форум в Петербурге: толкового все-таки больше</documentLink></bold>

<bold><documentLink href="" document-type=""> "Артдокфест": плещут холодные волны…</documentLink></bold>

<bold><documentLink href="" document-type=""> Механика головного мозга</documentLink></bold>

<bold><documentLink href="" document-type=""> Матом по глянцу</documentLink></bold>

<bold><documentLink href="" document-type=""> Красивые девушки как условие хороших фестивалей</documentLink></bold>

<bold><documentLink href="" document-type=""> Реальность между жизнью и экспонатом</documentLink></bold>

<bold><documentLink href="" document-type=""> Фестиваль "Послание к Человеку": капля по капле</documentLink></bold>

<bold><documentLink href="" document-type=""> Фестиваль "Короче": будущее российского арт-мейнстрима?</documentLink></bold>