Надежда на благосостояние

Правительство России практически завершило распределение средств Фонда национального благосостояния (ФНБ) между финансовым сектором и инфраструктурными проектами.

В отличие от 2008-2009 годов, когда ставка правительства на V-образную траекторию развития кризиса в целом оправдалась, сегодня речь идет о создании долгосрочных механизмов роста экономики, а не о точечных портфельных инвестициях.

Пропорционально размеру ставок увеличились и риски, что заставляет Минфин и Минэкономразвития быть более избирательными при удовлетворении заявок претендентов. Главной интригой стало рассмотрение проектов нефтегазовых компаний.

Тот факт, что за исключением пенсионных накоплений и аккумулированных государственной казной резервов, иных источников "длинных" денег в России нет, был признан правительством еще в прошлом году.

Сейчас ситуация лишь усугубилась: в силу санкций ряд крупнейших компаний и банков потеряли доступ к зарубежным рынкам капитала, а ставки на внутреннем рынке выросли до уровня, уничтожающего экономический эффект от любых долгосрочных вложений.

Изначально ФНБ имел сходную природу с пенсионными накоплениями – целью его создания было обеспечение софинансирования добровольных пенсионных накоплений и покрытие дефицита бюджета Пенсионного фонда РФ.

Проблема хронического недостатка средств на выплаты действующим пенсионерам была решена путем временной приостановки передачи накоплений негосударственным фондам и управляющим компаниям.

Ежегодный объем софинансирования пенсий по предварительной оценке не превысит нескольких десятков миллиардов рублей. Эти изменения позволили правительству окончательно переопределить роль ФНБ, объем которого к началу декабря достиг 4 триллионов рублей.

Пять лет назад основными бенефициарами государственной поддержки стали металлургические компании, финансовый сектор и машиностроители. Ключевой причиной проблем реального сектора в тот период были завышенные ожидания относительно роста экономики и сырьевых рынок, спровоцировавшие раздувание инвестиционных программ и дорогостоящие покупки.

Ухудшение финансового положения заемщиков автоматически создало напряженность в банковском секторе, полностью устранить последствия которой к настоящему моменту не удалось.

Анализ складывающейся отраслевой структуры распределения средств ФНБ показывает, что финансовый сектор (учитывая Внешэкономбанк) может получить более половины бюджетной помощи. Вторым по величине реципиентом (оценочно – около 30%) станет транспорт – поддержку получат железнодорожные стройки в Сибири и на Дальнем Востоке, а также дорожная и авиационная инфраструктура в Московском регионе.

Поддерживая перечисленные отрасли, правительство стремится получить мультипликативный социально-экономический эффект. Поэтому зафиксированная невысокая (но все же превышающая долгосрочный прогноз по инфляции) средневзвешенная доходность вложений ФНБ – 4,5-5,5% годовых в рублях не должна вводить в заблуждение. Ведь фонд по-прежнему остается не более чем частью федерального бюджета, который в перспективе может рассчитывать как инвестиционный доход, так и дополнительные налоговые поступления.

Необходимость поддерживать бюджетными инвестициями нефтегазовые компании куда менее очевидна. Скептики могут усмотреть в таком решении намерение правительства законсервировать сырьевой характер российской экономики.

Но разве решение поддержать за счет бюджета расширение грузовых перевозок БАМа и Транссиба и строительство железной дороги от угольных месторождений Тувы вместо прокладки современных высокоскоростных пассажирских магистралей свидетельствует об ином?

Тем, кто сомневается в коммерческой целесообразности инвестиций в добычу и переработку углеводородов при нынешней динамике цен на нефть, стоит обратить внимание на устойчиво слабую ценовую конъюнктуру на рынке металлургического сырья. Уже в прошлом году сроки окупаемости проекта по разработке Элегестского каменноугольного месторождения оценивались в 20 лет. В силу изменений текущего года они, скорее всего, удлинились. Но это не помешало правительству поддержать средствами ФНБ строительство железной дороги Элегест – Кызыл – Курагино.

Таким образом, положительный финансовый результат – всего лишь одно из многих измерений понятия "национальное благосостояние". Очевидно, что если тот или иной проект сулит хорошую прибыль, бизнес возьмется за него независимо от наличия государственной поддержки.

И, напротив, в мировой практике есть достаточно примеров, когда правительства материально стимулируют граждан и компании к освоению на первый взгляд коммерчески бесперспективных территорий.

Сегодня неблагоприятные внешние условия диктуют сырьевым компаниям необходимость урезать инвестиции, сосредоточиться на проектах с быстрой отдачей. Правительство, безусловно, может смириться с ситуацией. Однако приняв эту точку зрения, ему с высокой вероятностью придется выстраивать иные, возможно, более затратные и менее эффективные механизмы развития отделенных регионов.