Слоновий оркестр: могут ли животные создавать настоящую музыку?

Что будет, если выдать группе слонов музыкальные инструменты? Какофония или оркестр? Как демонстрирует слоновий ансамбль из Таиланда, животные действительно могут создавать музыку. По крайней мере, так считают организаторы ансамбля.

Пуристы классической музыки могут сказать, что перкуссионная секция несколько перебивает другие, а также не все исполнители внимательны к указаниям дирижера. Но заметьте, что этот оркестр получает за работу одни орешки.

"Мэй Кой любит упорно бить в гонг. Чапати очень-очень ловка с тубой", - рассказывает Дэйв Солджер, один из основателей группы, весит втрое больше, чем Берлинская филармония.

"Когда Фонг берется за палочку, его не остановить. Лук Коп умел играть одновременно на трех барабанах, даже мог задавать ритм. Но он стал довольно агрессивным, поэтому пришлось попросить его из оркестра".

Тайский оркестр слонов - совместное творение Дэйва Солджера и Ричарда Лейра, американца по прозвищу "профессор Слон", руководителя центра живой природы в Лампанге на севере Таиланда, где обитают животные-музыканты.

"Мы подумали - а как слоны заиграют, если предоставить им эргономичные инструменты? - объясняет Солджер, профессиональный музыкант и композитор, который выступал и записывался с такими звездами, как Бо Диддли и Дэвид Бирн. - Мы решили разработать большие, а главное, несокрушимые инструменты, ведь даже легкий удар хоботом разбивает обычные инструменты в щепки".

Оркестр был основан в 2000 году, и теперь Солджер, который также преподает нейронауку в Колумбийском университете, исследует когнитивные и музыкальные способности слонов.

Что касается Лейра, он надеется, что популярность слонов-музыкантов принесет центру живой природы крайне необходимые деньги. Недавно правительство усилило контроль лесозаготовительной промышленности, в результате чего многие одомашненные слоны осталось без работы, а их погонщики должны с трудом добывать деньги на их содержание.

"Ричард пригласил меня в Таиланд, и я сделал в кузнечной мастерской огромные инструменты", - рассказывает Солджер. Сейчас в оркестре их 22. Все назначены, чтобы играть хоботом или палочкой, зажатой в хоботе.

Солджер знал, что слоны умеют различать простые мелодии, о чем свидетельствовало исследование Университета Канзаса. Но он думал, что научить их самостоятельно создавать музыку не просто.

"Я собирался давать им по бананe каждый раз, когда они попадут по инструменту, и по яблоку, когда будут брать правильную ноту, - говорит он. - Но оказалось совсем не так. Я играл мелодию, передавал им палочки - и все! Через несколько минут они уже играли".

"Говорят, это похоже на музыку, которая звучит в буддистских храмах", - добавляет он.

Погонщики всегда играли и пели для своих слонов, считая, что это навевает покой и счастье. Теперь они иногда аккомпанируют слонам пением или игрой на струнных инструментах.

Все специальные инструменты сделаны в тайском стиле, но слоны могут сыграть и на обычной губной гармошке.

"Азиатским слонам очень удобно держать гармошку, потому что конец их хобота имеет функцию пальцев, - объясняет Солджер. - Как-то на рассвете я пошел в джунгли и услышал, как десяток слонов вокруг играет на губных гармошках - они как раз сходились к реке на утреннее купание. Это ощущение не передать словами".

Оркестр имеет три записанных альбома. Некоторые номера импровизированные - погонщики только давали слонам сигналы к началу и завершению игры. Но есть и традиционные тайские мелодии, где по команде погонщика каждый слон играет определенную ноту.

Так можно ли считать тайских слонов настоящими музыкантами?

Звуки некоторых животных издавна считались музыкальными. Моцарт записывал в дневнике пение своего домашнего скворца. Вторая часть бетховенской Симфонии №6 включает отрывок, где три духовых инструмента имитируют пение птиц: соловья (флейта), перепела (гобой) и кукушки (кларнет). Композитор ХХ века Оливье Мессиан также регулярно заносил в свои произведения транскрипированное пение.

С 1970 года, когда ученый-океанограф Роджер Пейн выпустил альбом "Песни горбатого кита", звуки китов активно пропагандируются как "музыка для удовольствия и релаксации".

Однако это только воспроизведение природных звуков животных - в отличие от музыки тайских слонов, которые, по мнению Солджера, сознательно пользуются инструментами для создания новых мелодий и делают это по тем же мотивам, что и люди-музыканты, - потому что это им нравится.

"Слоны развиваются и учатся играть по-разному, - говорит Солджер, который убежден, что сейчас его воспитанники уже умеют ценить хорошо настроены инструменты. - Они самостоятельно находят, в каких условиях тот или иной инструмент звучит лучше, ведь никто им этого не показывал".

Солджер провел эксперимент, в котором расстроил одну ноту на ранати, тайском аналоге ксилофона. Тогда слон начал ее избегать, выбирая хорошо настроенные ноты.

Оркестр пользуется в основном звукорядом тайской народности Ланна, включающим пять нот.

В декабре прошлого года Солджер исследовал, можно ли выдать музыку слонов за "авторскую". Оркестр из Нью-Йорка исполнил одну из слоновьих композиций (в своей аранжировке). После этого слушателей попросили угадать автора композиции. На радость Солджера, среди догадок фигурировали имена Джона Кейджа, Алана Гованесса, Дворжака, Милицы Параносик и Чарльза Айвза.

- Проводя время со слонами, нельзя не удивляться глубинам их характера, - добавляет Солджер. - Даже не представляю, чтобы какие-то другие животные были способны на такое. Слоны демонстрируют чрезвычайно сложные модели поведения".

Солджер также провел проверочные тесты, чтобы определить, смогут ли другие животные играть на инструментах. Его вывод - да. Он разработал систему рычагов для зебровых амадин в неволе; когда птичка клюет рычаги, играют разные мелодии. Птичкам не предлагали других вознаграждений, кроме звуков.

В другом эксперименте карликовые шимпанзе из зоопарка в Сан-Диего получили ручные колокольчики - и с удовольствием экспериментировали с извлечением звуков.

Впрочем, Солджер признает, что некоторые относятся к его теориям скептически, но он убежден, что что-то все-таки они доказывают.

"Я лишь предлагаю включить воображение, когда мы задумываемся о наших отношениях с другими животными, - говорит он. - Судя по всему, любовь к искусству и музыке простирается далеко за пределы человеческого рода".