"Из проема нога торчала". Как начался суд над фигурантом "московского дела" Малышевским

Тверской районный суд Москвы начал рассматривать по существу дело Эдуарда Малышевского, обвиняемого в применении насилия к полицейскому на акции 27 июля.

47-летнему рабочему из Удмуртии вменяют то, что уже после задержания он выдавил ногой окно автозака, которое упало на полицейского и причинило тому боль.

После этого суд назначил Малышевскому 13 суток административного ареста по статье "мелкое хулиганство" (часть 1 статьи 20.1 КоАП). Мужчина тогда настаивал, что по стеклу в автозаке бил не он.

Больше чем через месяц после акции Малышевского снова задержали и предъявили обвинение по статье о применении насилия в отношении представителя власти (часть 1 статьи 318 УК РФ).

В конце сентября Следственный комитет завершил расследование в отношении Малышевского, говорил его адвокат Александр Альдаев.

"Получается, оно упало"

Тверской суд начал рассматривать дело с часовым опозданием. 47-летний Эдуард Малышевский в футболке с надписью "Русич" начал поздравлять прессу с Днем народного единства. "Россия будет свободной и единой, спасибо, что пришли", - благодарил он снимающих его фотографов и операторов. Его постоянно прерывала пресс-секретарь суда: "Здесь не пресс-конференция".

Поддержать Малышевского пришли несколько десятков человек - в зал поместились не все. Женщины в коридоре суда громко ругались и просили, чтобы их пустили в зал "хоть постоять", но своего не добились. Малышевский же перед началом заседания узнавал у журналистов, кто ещё из известных арестантов находится в "Бутырке" и в каких колониях сидят другие фигуранты "московского дела".

Заседание началось с того, что адвокат просил освободить Малышевского из аквариума, чтобы он сидел за столом рядом с адвокатом и мог слышать, что говорится в зале суда. Но судья в этом отказал.

В обвинительном заключении говорится, что Малышевский выбил стекло автозака весом 5 килограммов. Стекло упало на сотрудника полиции Дмитрия Астафьева и причинило ему физическую боль. Малышевский действовал умышленно и знал о том, что совершает преступление, настаивает обвинение.

Малышевский вину не признал. "Там бандиты избивали людей на улице", - заявил он после того, как прокурор зачитала обвинительное заключение.

Сотрудник второго оперативного полка полиции Дмитрий Астафьев во время дачи показаний заявил, что во время митинга 27 июня на Тверской он наблюдал "негативно настроенную толпу, которая осуществляла прорыв" на Тверской улице. В это время Астафьев осуществлял меры правопорядка, когда почувствовал "удар в голову".

"Я повернулся и увидел, что у служебного транспорта отсутствует стекло. Получается, оно упало. С той стороны стоял человек, ругался матом, махал руками и вёл себя агрессивно. Помню, что из проема, где было стекло, нога торчала", - так полицейский описал события 27 июля.

Тем не менее, по словам Астафьева, он не получил никакого вреда от падения стекла, "даже синяка".

Астафьев заявляет, что из окна автозака было явно видно, что около него стояли сотрудники полиции. Выбитое стекло не могло не попасть никуда, кроме как в одно из сотрудников полиции, сказал он. Полицейский вспоминает, что Малышевский "оскорбительно кричал" из автозака на правоохранителей и вёл себя агрессивно: "Пазик изнутри громили".

Полицейский также заявил, что ни он, ни его коллеги не провоцировали митингующих, а физическую силу к ним применяли в соответствии с законом "О полиции".

По словам Астафьева, он сначала не запомнил человека, который выбил окно, но затем видел видеозапись произошедшего, на которой опознал Малышевского.

Адвокат Малышевского пытался спросить полицейского, что сам Астафьев подразумевает под фразой "применение насилия к сотруднику полиции" и насколько серьезный вред его подзащитный получил от падения стекла, но суд снял эти вопросы. Сам Малышевский стал заявлять, что он не матерился из окна автозака, но судья его прервал.

Следом выступал коллега Астафьева. Полицейский Роман Шупилов 27 июля работал в "группе доставки" на автозаке, в котором было выбито стекло.

"Приводили задержанных, были агрессивные граждане, что-то орали. Я запомнил человека, потому что он начал себя неадекватно вести. Потом толпа начала прорываться в сторону Кремля, и ребята из моего полка начали перекрывать проход барьерами, по громкоговорителю стали говорить: "Расходитесь". Но толпа не слушала, начали прорывать барьер. Я вышел из автозака и стал ногами держать барьер. Тогда я увидел, что из автозака выпало стекло и упало в область плеча [Астафьева]", - рассказал Шупилов.

Он отметил, что запомнил Малышевского из-за того, что он был в шортах, рубашке и солнцезащитных очках.

Малышевский снова стал спорить с полицейским. "А вы не догадываетесь, что перекрывать дорогу автозаками - это провокация?" - начал он. "Вопрос у вас какой?" - прервал его судья. "А зачем вы мирных граждан перекрывали", - продолжал Малышевский. "Вопрос какой?" - "Да нет у меня вопросов".

"Приказы немножко незаконные"

Следующего свидетеля обвинения, полицейского Козуилова 27 июля попросили зайти в автозак и проверить, что там случилось после того, как было выбито стекло. Козуилов ответил, что служит с Асташевым в одной роте.

"Я зашел к задержанным и спросил, что случилось. Гражданин, похожий на подсудимого, ответил мне, что все нормально", - сказал Козуилов. Он рассказал, что, как и его коллеги, запомнил человека, одетого в шорты и рубашку.

Малышевский предложил судье закончить процесс без других омоновцев. "Зачем они нужны? Они же не виноваты в том, что им приказы давали немножко незаконные", - начал говорить Малышевский.

"Стекло я выбил, я признаю, но дело-то не в этом..." - подсудимый пытался объяснять судье, что это полицейские незаконно перекрывали улицы и разгоняли протестующих, но снова был прерван.

Защита вызвала своего свидетеля - 16-летнюю дочь Малышевского Екатерину, которая специально приехала из Ижевска, чтобы дать характеристику. Екатерина вошла в зал суда в чёрном платье. "Что ж ты как на похороны", - посетовал ее отец.

Екатерина живет с матерью, у которой сейчас "проблемы". "Она никак не может меня содержать сейчас, поэтому до задержания он полностью обеспечивал и меня, и свою вторую гражданскую жену, и ее двоих приемных детей", - отметила она.

Дочь Малышевского заявила, что общается со второй гражданской женой своего отца, которая тоже ее поддерживает материально.

Малышевский стал возражать против того, чтобы адвокат задавал его дочери личные вопросы: "Не надо выставлять это все напоказ". Но Екатерина рассказала, что ей приходилось работать летом, чтобы купить учебники и одежду. Если не будет помощи, ей придётся бросить учебу, чтобы зарабатывать деньги, сказала школьница.

На этом суд отложил заседание, чтобы дослушать ещё троих свидетелей обвинения. Малышевский расстроился - он хотел уже сегодня услышать свой приговор.