Россиянин Ярошенко пытается избежать наказания в США

Адвокат россиянина Константина Ярошенко уроженец Архангельска Алексей Тарасов подал ходатайство о проведении нового суда над своим подзащитным.

Ярошенко был осужден в Нью-Йорке 28 апреля 2011 года за сговор с целью транспортировки крупной партии кокаина и отбывает 20-летний срок в федеральной тюрьме Форт-Дикс в Нью-Джерси.

В регулярных протестах МИД России по поводу судов над россиянами, экстрадированными в США из третьих стран, обычно упоминаются двое: Виктор Бут, приговоренный к 25 годам за сговор с целью продажи оружия террористам, и Ярошенко.

После того как Бут потерял надежду на апелляционный процесс и отказался в октябре от услуг своего американского адвоката Альберта Даяна, у него не осталось в США никого, кто бы говорил от его имени и подбрасывал журналистам новостные поводы для новых публикаций.

Так Бут несколько отошел на второй план, а на первый, благодаря неутомимому Тарасову, выдвинулся Ярошенко, который регулярно снабжает через него российскую прессу жалобами на лишения в Форт-Диксе.

То Ярошенко самодиагностирует у себя предынфарктное состояние, а российская пресса сообщает, что это заключение неких "медиков", то Тарасов сетует от его имени, что администрация тюрьмы не пропускает присланные из России кинофильмы.

Сейчас Тарасов подал в федеральный суд Южного округа Нью-Йорка 43-страничное ходатайство с 11 приложениями. Молодой адвокат просит назначить новый суд над Ярошенко по вновь вскрывшимся обстоятельствам.

К ним, в частности, относятся недавние показания подельника Ярошенко нигерийца Чигбо Уме, который отбывает 30-летний срок и в середине апреля заявил Тарасову в тюрьме, что он не нуждался в Ярошенко, поскольку тот предлагал слишком дорогостоящий вариант тренспортировки наркотиков.

Буква закона

Это очень важный момент. Ярошенко договаривался о перевозе наркотиков с целым рядом людей и был осужден за преступный сговор. Но большинство из этих людей были тайными агентами DEA, американского управления по борьбе с наркотиками. По закону, вступить с ними в сговор невозможно.

Единственным настоящим преступником, с которым Ярошенко мог вступить в сговор, был Уме, чью фамилию Тарасов пишет по-русски "Умех". А сейчас Уме говорит, что мог прекрасно обойтись без Ярошенко и, соответственно, в сговор с ним вступать не собирался.

Тарасов также приложил к своему прошению официальные документы, полученные из украинской генпрокуратуры, которая отрицает, что дала американцам разрешение проводить операцию против Ярошенко в Киеве, куда его заманили тайные агенты DEA.

Это противоречит показаниям сотрудников DEA, которые утверждали, что такое разрешение у них имелось.

Если суд сейчас поверит документам генпрокуратуры, датирующимся прошлым годом, то получается, что эти сотрудники лгали под присягой. Более того: Тарасов доказывает, что, поскольку американцы действовали на Украине незаконно, суд должен отмести все собранные ими в Киеве доказательства вины Ярошенко.

А без них, говорит Тарасов, доказать его вину очень сложно.

Показания под присягой

Предыдущий адвокат Ярошенко ветеран Ли Гинзбург уже выдвигал аналогичные аргументы судье Джеду Рейкоффу, который председательствовал на процессе россиянина, и которого впоследствии лишили российской въездной визы. Рейкофф отклонил их на том основании, что американские суды не в состоянии следить за тем, как соблюдаются законы в других странах.

Тарасов также приложил к своему ходатайству данные под присягой показания ряда либерийцев, работавших в мае 2010 года либо в отеле Royal, у которого был задержан Ярошенко, либо в местной спецслужбе, которая его задерживала и допрашивала потом в своей штаб-квартире, где россиянина продержали двое суток перед отправкой в США.

Двое из них показали, что при задержании, команду на которое дал неназванный американец, либерийские силовики натянули Ярошенко мешок на голову, "избили" и затолкнули в машину.

Двое других ничего о битье не упоминают.

Сотрудник либерийской госбезопасности Отелло Матис показал, что он и его коллеги периодически сотрудничают с DEA, собирая по его просьбе оперативные данные и проводя допросы.

"Я помню россиянина Константина Ярошенко, которого американцы попросили нас забрать из отеля Royal в мае 2010 года, - заявил Матис. – Каждый из нас получил от американцев по 100 долларов за то, чтобы допросить россиянина, а впоследствии мы отвезли его в аэропорт, и американцы посадили его в самолет".

"Пытки за взятку"

ИТАР-ТАСС трактует его слова как то, что "агенты либерийских спецслужб пытали Ярошенко за взятку в $100 от американских коллег".

Доказывая, что Ярошенко не подвергся пыткам, прокуратура представила суду документы о его медосмотре после доставки из Либерии и фотографии, на которых, по ее словам, следов пыток не было. Корреспондент Русской службы Би-би-си присутствовал в суде, когда туда впервые привели Ярошенко, и их тоже не заметил.

В любом случае американские судьи в последние годы не раз заключали, что то, как обращались с обвиняемым при доставке в суд, не имеет отношения к вопросу о его виновности.

Как утверждает Тарасов в своем ходатайстве, американские следователи нарушили в Либерии так называемую поправку Мэнсфилда, запрещающую американским госслужащим "производить аресты в другой стране в рамках какой-либо полицейской операции по контролю над наркотиками".

Шансы на успех невелики. Американские суды обычно склоняются перед мнением присяжных, которые вынесли первоначальный вердикт, и назначают новые процессы лишь в исключительных случаях.