Грузия: пограничная деревня и руины августовской войны

Жители сел около отколовшейся от Грузии Южной Осетии сегодня не слышат ни выстрелов, ни разрывов снарядов. Но руины и обугленные стены разрушенных домов в деревне Эргнети напоминают о потерях Грузии в войне 2008 года.

После августовской войны 2008 года в Грузии появились более 200 офицеров миссии наблюдателей Европейского cоюза.

Закончив традиционный утренний брифинг, группа наблюдателей направляется в деревни у административной пограничной линии, которую Цхинвали называет государственной границей, а Тбилиси - линией отделяющей территорию Грузии от регионов, оккупированных Россией.

Однако для тех, чьи дома находятся рядом с отколовшимся от Грузии регионом, августовская война разделила не только территорию. Жизнь местных людей сегодня тоже делится на "до" и "после" августа 2008 года.

В то время как люди, живущие рядом с границей, пытаются начать новую жизнь, до 26 тысяч бывших жителей Южной Осетии, по данным правительства, не могут вернуться в свои дома, которые они покинули во время войны.

Пепел войны

В Эргнети - одной из деревень, расположенных у границы с Южной Осетией - сегодня спокойно. О войне напоминают только длинные ряды сгоревших домов.

Мери Двалашвили с дочерью и зятем сегодня живет в однокомнатном коттедже в 24 кв. метра. Такие коттеджи многим в Эргнети заменили двухэтажные дома, которыми они владели до августа 2008 года.

Мери видела через узкий проем, как горел ее дом 12-го числа. В течение пяти дней она со своим мужем пряталась в темной пекарне.

"Когда они пришли из нижнего района на нашу улицу, я вывела мужа из комнаты и сказала, что осетины пришли, и здесь они, может, и не найдут нас. Когда они зашли в наш двор, мы увидели военную форму. Спасибо Всевышнему, они не открыли эту дверь", - рассказывает Мери.

Дмитрий Доиджашвили вспоминает, как он вглядывался c крыши своего дома в очертания Цхинвали, пытаясь увидеть дом свой сестры.

Через два дня выстрелы были слышны уже и в его деревне. Он тогда запер свой дом в надежде вернуться туда через пару дней.

"Я думал, лишь бы дом сожжен не был, а так все пусть уносят. Но когда вернулся – дом был сожжен, машины и тракторы унесли”, - вспоминает Дмитрий.

Дом Дмитрия считался одним из самых роскошных в деревне. Однако, как он и сам говорит, это не самая большая потеря в результате августовской войны.

"Самое дорогое, что я потерял – это дружественные отношения с соседним народом. Это было самое дорогое, - объясняет Дмитрий. - Если даже был бы сейчас мой дом, какой смысл в моем пребывании здесь, если нет этих отношений?”

"Остались одни старики"

По словам европейских наблюдателей, ситуация в регионе продолжает стабилизироваться, а население сегодня озабоченно, скорее, вопросами, связанными с экономической ситуацией, а не с безопасностью.

"Мы не сталкиваемся с большими проблемами безопасности. Конечно, определенные ежедневные проблемы имеют место - в ином случае нашей миссии бы здесь не было, но, в общем, ситуация, с точки зрения безопасности, довольно стабильная", - говорит Томас Боттерман, глава одной из групп миссии наблюдателей ЕС.

На наблюдателей в синих жилетах местные жители смотрят с надеждой, то рассказывая им о проблемах с водоснабжением, то прося о помощи в восстановлении разрушенных домов.

Владельцы домов, которые были полностью разрушены в августе 2008 года, получили компенсацию в размере 15 тысяч долларов. По данным местных властей, такая сумма была выдана всем тем, чьи дома не подлежат восстановлению.

Тем людям, чьи дома можно было спасти также помогло государство и международные организации, говорит Натия Омадзе, представитель пресс-центра администрации губернатора района Шида-Картли. В этом крае уже было восстановлено более 12 тысяч зданий, а к осени в деревне Эргнети отремонтируют еще 50 домов, пострадавших от войны 2008 года.

Однако многие в Эргнети продолжают ютиться в однокомнатных домиках. Компенсация в 15 тысяч долларов, по словам местных жителей, спасла их от голода в первый год после войны, но не решила жилищных проблем. Люди остались в тот год без урожая, и многие так и не вернулись в деревню, некогда славившуюся своими яблоками.

"Здесь уже только старики остались. Сейчас еще лето, а зимой – кричи, сколько хочешь, никто не услышит, - говорит Нана Хаташвили. - Если хотя бы крыши нам сделают, тогда люди вернутся. Но если государству будет все равно, тогда деревни здесь уже скоро не будет, все уйдут отсюда".