Ушедший созыв: как изменилась Госдума за последние 4,5 года?

24 июня Государственная дума шестого созыва завершила свою законодательную деятельность.

На последнем пленарном заседании депутаты приняли так называемый <link type="page"><caption> "антитеррористический пакет" законов.</caption><url href="http://www.bbc.com/russian/news/2016/06/160624_duma_antiterror_laws_approved.shtml" platform="highweb"/></link> Это один из многочисленных запретительных документов, которые вышли "из-под пера" парламентариев за 4,5 года работы.

Русская служба Би-би-си спросила парламентских корреспондентов российских СМИ, чем им запомнится уходящий созыв Госдумы.

Александр Коренников, главный редактор "Парламентской газеты":

Я бы в первую очередь выделил появление Совета непарламентских партий. Мы помним, как после выборов 2011-го года во многих российских городах бурлили массовые протесты, а оппозиция жаловалась, что ее не допускают к принятию решений на государственном уровне, что она отстранена, в том числе от законотворческой деятельности. Хочу отметить, как логично и изящно руководство нижней палаты парламента нашло выход из этого положения, нашло ответ на претензии оппозиции, пригласив ее представителей в здание на Охотный ряд.

Одним из главных достижений Совета непарламентских партий я бы назвал то, что он действовал именно при председателе Госдумы. То есть парламент ни в коей мере не дистанцировался от представителей политических сил, которые не были избраны в нижнюю палату. Напротив, Госдума дала им выговориться, внести свой вклад в законотворческую повестку. Непарламентские партии получили возможность участвовать в работе Госдумы, высказывать критику напрямую депутатам. И, насколько я знаю, при внесении поправок такие замечания учитывались.

Из любопытных наблюдений я бы отметил, что в стенах самой ГД культуры в этом созыве стало заметно больше. Стали проводиться поэтические вечера, стали выступать деятели кино и театра. Все это связано с именем Джахан Поллыевой [руководитель аппарата Госдумы]. Как вы знаете, он сама пишет стихи, выступает на сцене, и именно ее приходом в Госдуму я объясняю то, что депутаты тоже стали раскрываться в творческом плане и для журналистов, и друг для друга.

Мы привыкли видеть их в зале пленарных заседаний, выступающими с трибуны, дискутирующими на круглых столах, спорящими о содержании законопроектов. А вот человек с депутатским значком, читающий любимые стихи или прозу, обсуждающий кино или театральную постановку, ломает этот шаблон. Благодаря этому мы понимаем, что они такие же обычные люди, как мы с вами.

Виктор Хамраев, парламентский корреспондент газеты "Коммерсант":

Первый казус этой Госдумы в том, что впервые избранный на пять лет созыв эти пять лет так и не отработал. Поправка о переносе выборов была внесена в нижнюю палату давным-давно и лежала без движения. Ее, когда понадобилось, вытащили на божий свет, напихали туда нового и приняли.

Вообще заметно понизился уровень правовой, юридической компетентности депутатов. Несмотря на это, законов в Госдуму вносилось много. Но из примерно 6 тысяч внесенных только 2 тысячи были приняты. Остальные - обоснованно или нет - ушли в никуда. А власть освоила многоходовые комбинации, оборачивая оппозиционные законопроекты против их авторов.

В этом созыве обрели завершенный вид тенденции, которые только намечались в предыдущих созывах. Все встало на свои места: партия власти перестала с кем-либо считаться; оппозиция из-за этого окончательно потеряла вкус к законотворчеству. Все это - следствие той политики, которую годами проводила власть в отношении Госдумы.

В результате все четыре фракции в глазах общественности слились воедино. Процесс этого слияния был постепенным и хорошо прослеживается в том, как постепенно ухудшалось отношение Госдумы к Западу.

Сначала приняли так называемый "закон Димы Яковлева". Потом закон об "иностранных агентах" (его, кстати, сначала подавали вовсе не как "запретительный", но потом постепенно ужесточили). Наконец, после событий в Крыму стерлись между властью и оппозицией последние различия. И сегодня только специалист, который каждый день бывает в здании на Охотном ряду, может заметить различия в риторике фракций.

Мария Макутина, парламентский корреспондент РБК:

Моим главным, пожалуй, разочарованием в этом созыве Госдумы стало согласие нижней палаты и, в первую очередь, ее председателя Сергея Нарышкина с переносом даты выборов. Еще в 2014 году он публично выступал против сокращения полномочий парламента. А через год уже поддерживал эту инициативу. Для меня это стало показателем того, что Дума не смогла отстоять свою позицию перед другими ветвями власти даже в таком принципиальном моменте, как срок собственных полномочий.

Еще один пример несамостоятельности Госдумы - это история с законом о запрете эвакуировать автомобили из-под запрещающих знаков. Такой проект внес депутат Вячеслав Лысаков (он вообще последовательно отстаивает права автомобилистов, не боится в этих вопросах идти на конфликт).

Профильный думский комитет был готов его поддержать, но вмешалась мэрия Москвы, и несколько месяцев шла законодательная война вокруг этого закона. В итоге пришли к компромиссу и решили, что будут вешать таблички с надписью "Работает эвакуатор". Тогда это воспринималось как маленькая победа. Хотя на самом деле этот пример показал, что на Думу может давить не только пресловутый Кремль, но и московская мэрия.

Конечно, были в Думе и другие принципиальные депутаты. Когда палата принимала решение по поводу присоединения Крыма, "против" проголосовал 1 человек - Илья Пономарев. После этого коллеги устроили на него настоящую травлю. Сейчас, как мы знаем, Пономарев уже лишен депутатских полномочий и скрывается от уголовного преследования за рубежом. Но школьникам, которые приходят в Думу на экскурсии, до сих пор рассказывают, что был такой "депутат-отщепенец".

Ольга Павликова, бывший парламентский корреспондент Slon.ru:

Для меня, как для журналиста, переломным моментом в работе Госдумы стал так называемый "закон Димы Яковлева". Еще за день до его принятия некоторые депутаты, например, Николай Валуев, говорили нам, что, конечно, не будут голосовать "за".

Я помню, как мы подходили к депутату Валентине Терешковой - первой женщине-космонавту - и спрашивали: "Вам-то уж точно нечего бояться, неужели вы поддержите этот закон?" А она, не моргнув глазом, отвечала, что не понимает, о чем мы говорим.

Потом, когда закон приняли, депутаты, которые проголосовали "за", в неформальных беседах жаловались, что якобы на них оказывали давление - в администрации президента проверяли, кто как голосовал.

Но здесь нужно понимать, что журналисты, которые работают в Госдуме, фактически там живут, проводят по 12 часов день в этой атмосфере. И корреспонденты с депутатами иногда пьют кофе, иногда обедают вместе, иногда беседуют с ними в их кабинетах.

А после принятия закона мне и многим моим коллегам (мы это обсуждали) было очень тяжело подходить за комментариями к этим людям, как ни в чем не бывало. Трудно было после этого сохранить объективное отношение к депутатам. И пришлось в каком-то смысле даже переламывать себя, чтобы общаться с ними нормально, дружелюбно.

Это был для меня один из самых неприятных моментов работы в Госдуме, можно сказать потрясение. И я знаю, что после этого некоторые журналисты сделали вывод, что не хотят больше работать в парламенте.

Инесса Землер, журналист радио "Эхо Москвы", бывший парламентский корреспондент:

Для меня переломной точкой в этой Думе стала так называемая "итальянская забастовка". Когда принимался закон о митингах, шествиях и демонстрациях, не имеющая никакого большинства в Думе оппозиция, в том числе "Справедливая Россия", пошла от противного, стала строго следовать процедурам.

Чтобы максимально растянуть это, скажем так, сомнительное удовольствие по принятию закона, несколько человек в строгом соответствии с регламентом выносили на отдельное голосование каждую поправку и сумели затянуть голосование до глубокой ночи. В конечном итоге закон принимался уже после полуночи.

Но после этого в Думе гайки стали закручиваться куда интенсивнее и куда беспардоннее. Были приняты изменения в регламент, которые уже не позволяли провести вот такие процедуры с затягиванием.

Надо напомнить, что "Справедливая Россия" изначально пришла в Думу на волне оппозиционных настроений, набрав больше, чем ЛДПР в 2011 году. Ровно потому, что за нее голосовали как за единственную возможно оппозиционную силу в будущей Думе. А после "итальянской забастовки" из фракции и из партии исключили Гудковых, Пономарев ушел, Валерий Михайлович Зубов умер. И все.

Остался сейчас один Дмитрий Гудков, который единственный против ветра плюет там. Вся фракция стала такой же, как все остальные.

Игорь Севрюгин, парламентский корреспондент телеканала "Дождь":

Меня удивляет, как за последние годы наша нижняя палата срослась корнями с церковью. Это, конечно, удивительный феномен, который мы в этом шестом созыве наблюдали. В фойе Государственной думы проходили различные выставки и продажи церковной утвари - крестов, икон. Но апофеозом всего стал визит патриарха Кирилла, которому дали микрофон и который выступил с трибуны, чтобы он, можно сказать, благословил депутатов на их работу.

Такого количества представителей церкви никогда до этого не было на Охотном ряду. Конечно, появлялись в Думе и представители других конфессий, проходили различные заседания. Но, естественно, доминирующая религия - православие - имеет большей вес среди депутатов.

Кстати, в Думе есть так называемая депутатская группа по защите христианских ценностей, которую возглавляет депутат-коммунист Сергей Гаврилов. И, конечно, удивительно, что на все эти думские мероприятия, которые посвящены церкви, приходят, в том числе и коммунисты.

Довольно интересно, например, было наблюдать, как в фойе Госдумы выставили икону Сергия Радонежского с частицей мощей. Некоторым депутатам было явно не по себе. А некоторые молились перед иконой, крестились, прикладывались, целовали.

Выглядело этого немного странно, когда парламентарии прикладываются к иконе в Государственной думе. С удивлением наблюдал за происходящим, например, вице-спикер Александр Жуков и даже улыбался, глядя на коллег. И смех, и грех в общем.