Питер Брук - режиссер для театральных гурманов, ставивший спектакли с кровью и специями

Умерший в субботу 2 июля на 98-м году жизни Питер Брук - крупнейшая фигура британского и мирового театра. Режиссер, совмещавший в своем творчестве классику и новаторство, внимательное изучение и следование великим традициям прошлого и дерзкое экспериментаторство.

Поиск своего пути

Брук жил так долго, что поистине слился с историей театра второй половины ХХ века. Он пришел в театр в 1943 году, в разгар Второй мировой войны, еще 18-летним студентом, поставив в лондонском театре "Факел" легендарного "Доктора Фауста" предшественника Шекспира Кристофора Марло.

Как и многие другие художники, ошеломленные ужасами войны ("Писать стихи после Освенцима - это варварство", - сказал в 1949 году немецкий философ и культуролог Теодор Адорно), Брук обратился после войны к тем формам театра, которые намеренно уходили от беспроблемности и красивости, воплощенных в классической традиции старого английского театра.

Его привлекал сложившийся еще в межвоенный период экспериментальный театр, занимавшийся поисками новой революционной формы: Всеволод Мейерхольд в России (тогда Брук об этом не знал, но в театре Мейерхольда работал его двоюродный брат, впоследствии главный режиссер московского Театра Сатиры Валентин Плучек), Бертольд Брехт в Германии, Гордон Крэг в Англии, Ежи Гротовский в Польше.

Но главным влиянием для него был сформированный этически ужасами Первой мировой войны и эстетически находками сюрреализма "театр жестокости" французского режиссера Антонена Арто. Влияние это сохранилось надолго: уже в 1964 году Брук сумел провести на сцене главной цитадели английской театральной традиции - Королевского Шекспировского театра в Стрэтфорде-на-Эвоне - специальный "Сезон театра жестокости".

Уход от традиции воплощался для него в радикальной трансформации, обнажении театрального пространства, избавлении его от ненужной, захламляющей глаз и восприятие мишуры.

Практику он подкреплял теорией. В опубликованном в революционном 1968 году одном из основополагающих для современного театра текстов, книге "Пустое пространство", он писал: "Я могу взять любое пустое пространство и назвать его обнаженной сценой. По этому пустому пространству идет человек, другой человек за ним наблюдает - это все, что нужно, чтобы состоялся акт театрального искусства".

Этому акту "театрального очищения" подвержен в его восприятии любой, даже самый классический драматический текст. Эпохальной в творческой биографии Брука считается его постановка "Сна в летнюю ночь" в том же Королевском Шекспировском театре в 1970 году. Навеянная идеями Мейерхольда, хореографией прославленного "Вестсайдской историей" американца Джерома Роббинса и уходящей вглубь веков, но мало известной в Европе эстетикой Пекинской оперы, постановка была осуществлена в белом кубе, единственной декорацией в котором был лес из стальной проволоки, актеры летали под потолком на трапециях и передвигались по сцене на ходулях.

Участвовавший в той постановке тогда еще молодой, 27-летний, а теперь и сам мэтр британского театра и кино сэр Бен Кингсли говорит о своем наставнике: "Хотя его уход оставляет огромную брешь в мире театра, его гений продолжает направлять тех из нас, кто имел счастье знать его, работать с ним и любить его".

Расширение пространства

Несмотря на заявленный в своем манифесте 1968 года приоритет "пустого пространства", Брук всю жизнь занимался расширением театрального пространства, освоением мест, изначально к театру не приспособленных, и сломом барьера между жизнью и искусством, слиянием их и для людей театра, и для зрителя.

Он ставил импровизированные спектакли в африканских деревнях, где его актеры вовлекали в действие местных жителей.

Наряду с таким "упрощением" он не боялся и самых сложных, непривычных для европейского зрителя сюжетов и подходов к ним.

Одной из самых грандиозных его работ стала девятичасовая версия древнеиндийского эпоса "Махабхарата", поставленная впервые в 1985 году в песчаном карьере в окрестностях французского города Авиньон, где с 1947 года проводится самый авторитетный в мире ежегодный театральный фестиваль - "театральный Гластонбери".

В постановке принимали участие около тридцати актеров и музыкантов из шестнадцати стран, и восторженный критик New York Times писал в своей рецензии, что спектакль "ни много, ни мало сумел преобразовать древний индуистский миф в универсальное искусство, доступное любой культуре".

Не был Брук чужд и актуальной политической тематике, поставив еще в 1966 году спектакль, направленный против только-только расширявшейся войны во Вьетнаме. Его английское название US можно истолковать двояко: и как "США", и как "Мы".

Интернационалист-космополит

Родившись в семье еврейских иммигрантов из Витебской губернии (его отец - Семен Матвеевич Брук, мать - Ида Юдельсон), Питер Брук, как это свойственно многим еврейским интеллектуалам, был с юности настроен на интернациональное, глобальное понимание мировой культуры.

Проявлялось оно не только в восприятии эстетических влияний русских, французских или польских режиссеров-новаторов.

Среди самых значимых его постановок, кроме уже упомянутой индийской "Махабхараты", - знаменитый спектакль-дискуссия "Марат/Сад" по пьесе немецкого драматурга Питера Вайса, "Визит старой дамы" швейцарца Фридриха Дюренматта, "Король Убю" француза Альфреда Жарри, "Беседа птиц" по стихам персидского суфийского поэта XII века Аттара и многие другие.

В 1968 году по приглашению выдающегося французского режиссера Жана-Луи Барро Брук переехал в Париж, где основал под эгидой ЮНЕСКО Международный центр театральных исследований и где и жил с тех пор. Умер он тоже в Париже.

В то же время Брук оставался верен и вскормившей его классической английской драматургии, в первую очередь Шекспиру.

Его шекспировские постановки с выдающимися мастерами-звездами - "Мера за меру" и "Зимняя сказка с Джоном Гилгудом, "Тит Андроник" с Лоренсом Оливье, "Гамлет" и Король Лир" с Полом Скофилдом вошли в золотой фонд английского театра и стали мерилом обращения к наследию великого барда.

Бруковский "Гамлет" с Полом Скофилдом стал в 1955 году первым западным спектаклем, привезенным в оттаивающий на заре послесталинской оттепели СССР. Тогда, собственно, Брук и познакомился со своим кузеном Валентином Плучеком.

Русско-еврейские корни не могли оставить его равнодушным и к великому наследию русской драмы и классической русской литературы.

Русского языка он, конечно, не знал, но говорил в 1985 году в интервью газете "Известия": "Русский язык кажется мне очень близким. Порой возникает ощущение, что я все понимаю, когда слышу, как говорят русские. Но это, конечно, иллюзия".

Еще в 1946 году 21-летний Брук поставил "Братьев Карамазовых" с Алеком Гиннесом в роли Мити Карамазова, а в 2004 году вернулся к роману Достоевского в спектакле "Великий инквизитор".

В 1964 году в Москве он представил спектакль "Король Лир", а в 1989-м в Москве, Ленинграде и Тбилиси - "Вишневый сад".

Кино

И хотя Питер Брук в первую очередь - режиссер театральный, невозможно обойти вниманием и его работу в кино.

И здесь не только блестящие экранизации собственных не менее блестящих спектаклей: "Марат/Сад" (1967), "Король Лир" (1971), "Махабхарата" (1989).

Невероятно интересен снятый в Афганистане его фильм "Встречи с замечательным человеком" (1979) о судьбе русско-армянского философа и мистика Георгия Гурджиева. Труды Гурджиева и его жизнь и по сей день остаются малоизвестными, но впервые переведенные на английский язык в 1963 году его сочинения и вдохновленный ими фильм Брука сделали Гурджиева культовой фигурой среди западных интеллектуалов и сыграли немалую роль в формировании контркультуры 60-х.

Ну и, конечно, "Повелитель мух". Считающийся сегодня одним из фундаментальных произведений литературы ХХ века роман Уильяма Голдинга вышел в свет в 1954 году, однако признание и слава пришли к нему не сразу. Немалую роль сыграла сделанная Питером Бруком в 1963 году экранизация, в яркой экспрессивной форме выразившая антиутопическую, философскую идею романа.

Фильм - увы, безуспешно - претендовал на "Золотую пальмовую ветвь" Каннского фестиваля 1963 года, и по сей день, несмотря на последующие две экранизации (1975-го и 1990-го), считается эталонной киноверсией великого романа.

Режиссер для гурманов

Выдающийся британский театральный критик Кеннет Тайнен писал о Бруке, что спектакли его сделаны для "театральных гурманов", потому что "готовит он их с кровью и специями".

А актер Адриан Лестер, игравший Гамлета в спектакле Брука в 2000 году, узнав о смерти режиссера, сказал: "Это был гигант в нашем деле. Своим искусством он ставил дерзкие вопросы и категорически отказывался мириться с посредственностью. Его влияние полностью изменило западный театр".