"Народ не понимает ход мыслей": что говорят в Ингушетии о переносе границы с Чечней

Тысячи человек вышли на протесты в Назрани во вторник, 27 ноября, когда Конституционный суд России рассматривал спорный вопрос об изменении границы Чечни и Ингушетии. Русская служба Би-би-си пообщалась с участниками митинга и спросила их о том, что будет после решения суда.

"Ни один ингуш не может согласиться с тем, что территория, на которой похоронены отцы и деды, в один час будет вот так передана… Вот представьте: вы живете в квартире, и ваш, допустим, отец говорит, что ванную из этой квартиры мы передадим соседу. Вы бы согласились? Это наша территория и наш дом", - объясняет Малика.

Во время протестного митинга у дома культуры в Назрани она с большинством других женщин стоит неподалеку от сцены отдельно от мужчин и рассказывает, что "с первого дня с народом" - присоединилась к протестам в начале октября.

4 октября, в день голосования в парламенте, тысячи жителей республики вышли на улицу в Магасе с требованием отменить соглашение, по которому Чечне, как считают активисты, несправедливо будут переданы земли в Сунженском районе.

За прошедшие с тех пор полтора с лишним месяца Конституционный суд республики успел назвать соглашение о границе с Чечней неправомерным, а подписавший это соглашение глава республики Юнус-бек Евкуров - обратиться в Конституционный суд России, заявив, что это он должен решать территориальный спор.

В отличие от первых акций, митинг 27 ноября был заранее согласован с властями - протестующим выделили небольшую огороженную площадь у Дома культуры.

Власти приняли серьезные меры безопасности: еще накануне вечером у ДК появились полицейские машины. Силовики дежурили на прилегающей территории и на самой площадке в течение всей акции. Как и во время предыдущих протестов самого утра в Назрани фактически был недоступен мобильный интернет.

"Для народа это решение ничего не значит"

Многие из тех, кто 27 ноября пришел на девятичасовую акцию протеста в Назрани, были уверены, что решение КС России ничего не изменит, поскольку право последнего слова в этом споре - за республиканским судом. КС Ингушетии 30 октября назвал соглашение антиконституционным и указал, что решения о границе должно приниматься на референдуме.

"По закону КС [России] не имел права принимать эту жалобу. От него ничего не зависит. Для народа это решение ничего не значит. Поддержит нас - хорошо, значит он на стороне правда, не поддержит - значит, мы живём в не очень правовом государстве" - считает лидер движения "Машр" Магомед Муцольгов.

"Какое бы решение Конституционный суд России не принял, есть решение Конституционного суда Ингушетии, над которым нет вышестоящей организации, - говорит член совета тейпов ингушского народа Тамерлан Абулиев, - Как бы оно ни было, ингуши будут придерживаться решения КС Ингушетии и никогда не согласятся с такой предательской передачей [территории]".

Пока в Назрани протестующие требовали провести общенародное голосование, адвокат Евкурова Александр Орлов в зале суда в Петербурге представлял позицию главы республики. Закон не предусматривает "учета мнения населения при установлении границ", а Конституционный суд Ингушетии вышел за пределы своих полномочий, вынося решение о легитимности соглашения, утверждал в суде представитель Евкурова.

Но едва ли не чаще, чем требование отменить соглашение о границе, звучал другой призыв - от Юнус-бека Евкурова требовали уйти в отставку.

"Отнимут земли, а потом скажут - давайте вас объединим"

Требование отставки главы республики прозвучало в первые же минуты митинга.

"Тяжело говорить, что глава нашей республики не считается с Конституцией, на которой он клялся, на которой он принес присягу своему народу!.. Он должен уйти в отставку со своими подчиненными!" - заявил со сцены один из лидеров протестных акций Ахмед Барахоев.

Призыв к отставке Евкурова вошел в резолюцию митинга - вместе с требованиями отмены соглашения о границе и исполнения закон о реабилитацией репрессированных народов. Принятый 26 лет назад документ оставляет за такими народами право на восстановление своей территориальной целостности, существовавшей до насильственного перекраивания границ.

"Хочется, чтобы он [Евкуров] не шел против своего народа, чтобы все-таки одумался. У него ещё есть возможность спасти свое лицо. На его месте я бы отозвал запрос. Одно решение которое он может принять - уйти в отставку", - размышляет адвокат Магомед Беков, который сейчас живет за пределами республики, но приехал, чтобы поддержать протесты против соглашения.

Не все участники были настроены так радикально. Микаил Хучиев в разговоре с Русской службой Би-би-си рассказывает, что три года в качестве чиновника работал с главой республики.

Он предполагает, что у Евкурова могли быть какие-то причины для подписания соглашения, которые "которые нельзя объяснить напрямую народу". "Я надеюсь, что он и народ найдут общий язык. Но народ не понимает сейчас его ход мыслей", - говорит Хучиев.

Договоренности, которые закрепят право Чечни на спорные земли в Сунженском районе, могут открыть дорогу для других территориальных претензий, опасаются противники соглашения.

Тамерлан Абулиев из совета тейпов ингушского народа опасается, что решение главы республики - "это первый шаг к развалу республики Ингушетия". Самого Евкурова он называет "политическим трупом".

"Там откусили, тут откусили… Отнимут [земли], а потом нам скажут - у вас нет земли, вы дотационная республика, давайте вас объединим… Это уже было [во время Чечено-Ингушской АССР], хотя самому чеченскому народу это не надо", - размышляет Абулиев.