В ожидании принца: шесть часов в медийном цирке у роддома герцогини

Иду я на работу, и тут в моем телефоне появляется срочная новость: у нее - речь идет о герцогине Кембриджской - начались роды. Так, думаю, начинается, теперь понятно, где и как пройдет мой рабочий день!

И действительно, не успеваю я прийти на работу, как мне дают задание: отправляйся к больнице Сент-Мэри в Паддингтоне и жди, когда на свет появится третий ребенок герцога и герцогини Кембриджских.

Я успеваю нахватать полезных фактов и цифр, беру оператора и продюсера и, что самое важное, приличный запас зарядок для телефонов: они нам очень пригодятся.

Мы добираемся до больницы, и я не могу поверить в такое везение: нам выделают место прямо напротив выхода из Линдо Уинг - частной клиники, где, как потом выяснится, несколькими минутами ранее Кейт уже родила мальчика.

Увесистый ребенок - 3,8 кг - сразу подвинул принца Гарри на шестое место в очереди к престолу и стал шестым по счету правнуком королевы Елизаветы II.

Нам выделили два квадратных метра асфальта между съемочными группами американской Эй-би-си Ньюз и немецкого телеканала One.

Атмосфера напряженная, несмотря на то что это уже третий ребенок Уильяма и Кейт.

Корреспондент из Германии по-немецки сух: "Я здесь была при всех их родах, так что устраивайтесь поудобнее - никто не знает, когда это может случиться".

Как потом выяснилось, указания на то, как развиваются события, и когда родители с ребенком появятся на крыльце, имелись (их нужно было только заметить).

Сначала нужно было понять, когда объявят о рождении, ведь нам нужно было начать трансляцию в Facebook, как только об этом официально станет известно.

Корреспондент Эй-би-си Ньюз уже был в эфире, когда его продюсер вдруг буквально подпрыгнул и сунул ему в руку телефон.

"И вот нам сообщают, что Кенсингтонский дворец…" - произнес он в прямом эфире.

Тут уже все телефоны начинают пищать, и на них приходит официальное сообщение из дворца: время родов (11:01), вес ребенка (3,8 кг), ну и самое главное - это мальчик!

Я быстро подчеркиваю в своих записях информацию, касающуюся пола ребенка (понятно, что я был готов к обоим вариантам), и мы начинаем трансляцию.

Ситуация весьма забавная: в больнице ничего не происходит, никто не выходит на крыльцо, двери не открываются, принцы и принцессы не предстают перед объективами мировых СМИ.

Но царящая вокруг суета заставляет корреспондентов улыбаться. Может кто-то и закатит по этому поводу глаза, мол, ну и что, очередная женщина рожает очередного ребенка, - такие комментарии часто встречаются в соцсетях.

Но собравшиеся здесь журналисты отлично понимают, что мировой интерес к этой истории означает огромное количество зрителей и читателей. Хотите вы того или нет, но это довольно значимое событие в истории монархии.

Большинство репортеров решили ухватиться за тот факт, что родился именно мальчик. Но для меня вся суть истории в другом: новый закон 2013 года о первородстве означает, что новорожденный принц не сможет обойти принцессу Шарлотту в очереди к престолу.

Через полчаса оживленных репортажей в прямом эфире страсти улеглись, и корреспонденты вновь принялись повторять свою мантру: "Мы находимся возле больницы Сент-Мэри на западе Лондона в ожидании…"

Мы, пользуясь возможностью, выбираемся из своего узкого загончика: для нас это единственный шанс взять интервью у поклонников королевской четы, толпа которых постепенно растет.

Везде мелькают британские флаги и королевские регалии. По улице взад-вперед катается черный кэб с восковой фигурой королевы в полный рост, которая выглядывает из окна.

Подозрительное затишье продолжается. Корреспонденты заключают пари о том, как долго придется ждать появления королевской четы. "Это уже ее третий, так что появится быстренько", - хихикают между собой две корреспондентки.

Затишье нарушается новостью о том, что больницу покинула визажистка Кейт. Значит ли это, что дело движется, и Кейт уже сегодня выйдет из клиники?

Хотя представители Кенсингтонского дворца помогают с координацией, добиться от них четкого ответа на вопрос о том, что и когда произойдет, невозможно. Самая точная информация поступает от фотографов.

Пока мы томимся в ожидании, букмекеры, у которых сегодня настоящий праздник, рассказывают фотографам, какие ставки они принимают на разные имена для его королевского высочества принца Кембриджского, и бесплатно раздают игристое вино репортерам и съемочным группам, добавляя событию блеска и гламура. Мне от второго бокала пришлось все же отказаться!

Вдруг полиция в голубых фуражках начинает прочесывать прилегающую территорию с собаками, а фотографы со своими огромными линзами толпятся за спиной у операторов.

"Смотрите, идет проверка, так что уже скоро. Потом перекроют дорогу и подгонят машину Уилла", - громко говорит один папарацци другому.

Уилл - именно так зовут принца Уильяма фотографы, причем громко, чтобы он посмотрел в объектив - и получился отличный снимок. Принц, похоже, уже привык и не обижается.

Кстати, чтобы привлечь внимание Кейт, ей кричат "Ма-ам!"

Немецкий репортер подхватывает: "Потом он съездит за Джорджем и Шарлоттой и вернется вместе с ними". Сразу понятно, что они уже здесь бывали. Все происходит точно, как они предсказывают.

Перед тем, как объявить о появлении принца Уильяма, пресс-секретарь Кенсингтонского дворца подходит к полицейскому, стоящему у дверей, и что-то шепчет ему на ухо.

На лице у констебля появляется хитрая улыбка, и репортеры не упускают этот момент: среди съемочных групп проносится смешок.

Сначала приезжает принц Уильям с детьми (Шарлотта прелестно машет ручкой толпе, Джордж более сдержан), затем принц выходит на крыльцо вместе с Кейт и новорожденным, которому еще не дали имя.

Уильям возвращается в больницу за детской корзинкой и вновь выходит вместе с Кейт (Шарлотта и Джордж к тому времени уже вышли из клиники через запасной выход). Потом Уильям везет свою жену и новорожденного ребенка домой в Кенсингтонский дворец.

Это был чудный день. Один новорожденный, двое счастливых родителей, трое уставших коллег с Русской службы Би-би-си, четыре прямые трансляции, шесть часов на ногах и, быть может, еще один маленький бокал игристого.