После попытки суицида заключенного в Калмыкии судят тюремщика

В Элисте 20 ноября начался судебный процесс по делу младшего инспектора исправительной колонии №1 в Калмыкии. Его обвиняют в том, что он душил и избивал одного из заключенных, который вскоре после этого совершил попытку самоубийства. Два года назад в этой колонии после пыток умер один из осужденных, после чего началась акция протеста заключенных.

В конце ноября 2016 года Елене Сагиповой позвонили из исправительной колонии №1 в Элисте. Звонил сын Елены Артем (имена женщины и ее сына изменены по их просьбе), который в начале года был осужден на два года и отправлен отбывать наказание в Калмыкию.

"Мама, ты знаешь, здесь у меня произошли неприятности, ты только не волнуйся", - вспоминает начало этого разговора Сагипова. Сын рассказал ей, что несколькими днями ранее один из сотрудников колонии завел его в кабинет, начал душить, а потом избивать.

"Неизвестно, чем бы это закончилось, мне пришлось [совершить попытку суицида], только после этого все остановилось", - пересказывает слова Артема Сагипова его мать. Она утверждает, что молодой человек обращался к руководству колонии и пытался сообщить об избиении, но никакой реакции на свои письма не получил.

"Ночью я села и стала писать. Я понимала, что я бессильна", - рассказала Сагипова Русской службе Би-би-си. Вскоре после разговора с сыном она отправила жалобы в прокуратуру Калмыкии и Федеральную службу исполнения наказаний (ФСИН).

"Че сомневался, что я тебя изобью"

Алексей Мутулов, дело которого начал рассматривать суд в Элисте, служил в исправительной колонии №1 в Калмыкии младшим инспектором отдела безопасности.

16 ноября 2016 года Мутулов вместе со своим коллегой Джангром Манджиевым должны были сопровождать заключенных одного из отрядов на обед. Среди этих заключенных был Сагипов.

Как позже рассказывал на допросе заключенный, на ведущей к столовой аллее к нему подошли Манджиев и Мутулов и стали придираться к его внешнему виду.

Сагипов попросил сотрудников ФСИН оставить его в покое, на что Мутулов "ему пояснил, что он много разговаривает и ведет себя дерзко", пересказывал беседу заключенный.

После перепалки Мутулов с Манджиевым отвели осужденного в кабинет отдела безопасности. В это время там находились их коллеги, в том числе инспектор Арлтан Шоваев.

Как следует из материалов дела, в кабинете Мутулов набросился на заключенного со словами: "Че, сомневался, что я тебя изобью?" Затем он начал душить Сагипова.

Шоваев и Манджиев находились рядом и поначалу не пытались остановить своего коллегу. Они оттащили Мутулова, лишь когда осужденный начал хрипеть, рассказал Сагипов следователям.

По словам заключенного, освободившись, Мутулов снова принялся его избивать и дважды сильно ударил в челюсть.

После того, как сотрудники колонии отпустили заключенного Сагипова, тот ненадолго вышел из помещения отдела безопасности, но вскоре вернулся и на глазах сидящего за столом Шоваева попытался совершить самоубийство.

Судя по рассказу заключенного, Шоваев попросту выгнал его из кабинета, а затем вместе со своим сослуживцем Манджиевым попытался убедить никому не говорить о произошедшем, не обращаться в медицинскую часть и самостоятельно перебинтовать руку.

Когда через два дня медики сделали рентгеновский снимок, оказалось, что заключенному сломали челюсть.

Профилактическая беседа

Младший инспектор отдела безопасности Мутулов, которого обвиняют в избиении осужденного, своей вины не признает.

Во время следствия он утверждал, что конфликт возник по вине заключенного: Сагипов якобы нарушил режим, поскольку шел на обед один уже после того, как туда отправился его отряд. По дороге в столовую, настаивал Мутулов, осужденный сломал ограждение на одном из участков тюремной территории.

По версии сотрудников ФСИН, Мутулов вместе с сослуживцем Манджиевым сделал заключенному замечание, в ответ на которое тот сразу стал угрожать самоубийством. Тогда младшие инспекторы предложили Сагипову пройти в служебный кабинет "для проведения профилактической беседы", говорится в материалах допроса Мутулова.

В кабинете Сагипов якобы "выражался нецензурной бранью" и "предъявлял, что он [Мутулов] специально до него "докопался". Профилактическая беседа продлилась 10-15 минут, после чего осужденного отправили в отряд, говорил на допросе обвиняемый в избиении.

Помимо самого Мутулова в помещении отдела безопасности во время происшествия находились еще четыре человека. Однако лишь один из них дал показания против коллеги. Остальные же либо настаивали, что ничего не видели, либо подтвердили слова Мутулова.

Так, например, Манджиев и Шоваев рассказали следователям схожую версию событий: с Сагиповым они только поговорили, тот ушел в свой отряд, а позже вернулся в отдел безопасности и попытался совершить самоубийство.

Главный инженер колонии Чингиз Харкебенов описал обстоятельства "профилактической беседы" так: войдя в кабинет, младшие инспекторы и заключенный стали оскорблять друг друга. "Услышав это, Харкебенов сразу понял, что происходит конфликтная ситуация, и поэтому он решил выйти из кабинета, так как их конфликт ему был не интересен", - говорится в материалах дела.

По словам сослуживцев Мутулова, поддерживающих его версию, следом за главным инженером из кабинета вышел и начальник пожарной части колонии Алексей Семенков. Но именно он подтвердил следователям, что в его присутствии Мутулов душил и избивал осужденного.

О том, занимался ли кто-то помощью заключенному, которого после попытки суицида необходимо было доставить в медицинскую часть, никто из присутствовавших в кабинете сотрудников ФСИН, судя по материалам дела, вспомнить не смог.

"Ситуацию фактически поправили"

Исправительная колония №1 - "под пристальным вниманием надзорных органов" и правозащитников, сказал Русской службе Би-би-си уполномоченный по правам человека Калмыкии Евгений Емельяненко.

За год до конфликта сотрудника ФСИН Мутулова с заключенным Сагиповым - в ноябре 2015 года - в той же колонии №1 был насмерть забит заключенный Дмитрий Батырев. Ему нанесли около 60 ударов.

Врач исправительного учреждения присутствовал при избиении, видел, как заключенный несколько раз терял сознание, но не пытался ничего предпринять.

В 2015 году уже после смерти Батырева замначальника колонии Баатр Дорджиев собрал у себя подчиненных и согласовал с ними общую версию событий 20 ноября 2015 года: они стали утверждать, что заключенный напал на них с лезвием.

На следующий день около 400 заключенных колонии №1 устроили массовую акцию протеста. Они объявили голодовку, некоторых из осужденных зашили себе рты.

На скамье подсудимых по делу, возбужденному после убийства Батырова, оказались семь человек, включая бывшего замначальника колонии Дорджиева.

В деле был не только эпизод об убийстве. Пока шло разбирательство, в сети появилось видео, снятое в той же колонии в 2012 году: на нем люди в форме ФСИН по одному заводят заключенных в помещение, ставят жертву лицом к стене и избивают резиновой дубинкой.

Публикация записи стала поводом для еще одного эпизода в громком деле о насилии в колонии №1 в Калмыкии. Летом 2017 года семеро сотрудников ФСИН были приговорены к лишению свободы на сроки от 1,5 до 11 лет заключения.

После громкого дела об убийстве заключенного и акции протеста "ситуацию фактически поправили", рассказал Русской службе Би-би-си член республиканской общественной наблюдательной комиссии, протоиерей Анатолий Скляров.

"Я как священник общаюсь с осужденными внутри колонии. В принципе вижу, что ситуация стала намного лучше и осужденные сами говорят, что в принципе сейчас [с ними обращаются] нормально", - отмечает Скляров.

В том, что ситуация в колонии находится под контролем, убежден и региональный уполномоченный по правам человека Емельяненко. "Такие вещи [убийство заключенного] бесследно не проходят", - уверен Емельяненко. По его словам, из колонии №1 к нему поступают единичные обращения.

"Большая часть этих обращений касается несогласия с приговором. Бывают единичные случаи касательно условий содержания", - пояснил Емельяненко. Жалобы на применение силы в колониях Калымкии он называет "форс-мажором".

Адвокат Андрей Сабинин, сотрудничающий с организацией "Зона права" и взявшийся защищать Сагипова, убежден, что судить об уровне насилия в колонии №1 в Калмыкии можно по случающимся там "рецидивам".

"Третий случай за пять лет - это только те, о которых стало известно", - говорит адвокат, который представлял и интересы семьи убитого в 2015 году Батырева.

Сабинин считает, что очередное избиение заключенного могло бы оказаться незамеченным, если бы не стало известно о попытке суицида. "Если бы Батырева не забили до смерти, то тоже бы никто не узнал [об избиении] и не появилось бы видео 2012 года, где сотрудники той же колонии занимаются насилием", - пояснил адвокат.

Когда речь идет о систематических случаях избиения заключенных, "обычно на слуху Челябинская и Свердловская области, а теперь и Калмыкия, но масштаб насилия, конечно шире", сказал Би-би-си координатор "Зоны права" Булат Мухамеджанов.