Сутки в одном наручнике: как митингующий на Тверской сбежал от полиции

12 июня москвич Степан Митрофанов пришел на свой первый митинг протеста. Ушел, а точнее убежал, он с него в одном наручнике: полицейский начал его заковывать, но отвлекся, и юноше удалось удрать.

Степан встречает нас с наброшенной на левую руку курткой. Куртка и рукав толстовки скрывают то, что одна из рук закована.

По словам молодого человека, в понедельник он толком не успел помитинговать: почти сразу на Пушкинской площади к нему подошел полицейский.

"Он начал зачем-то надевать на меня наручники, и тут его кто-то окликнул. Я понял, что это единственный момент, просто вырвался и побежал. Вот и все мое посещение митинга", - рассказывает Степан.

Он придирчиво сравнивает свои ладони по цвету: левая - бледная и немеет. В наручнике Степан гуляет уже почти сутки: на работе удалось спрятать его в рукав, и коллеги ничего не заметили.

Юноша объясняет, что на протест его вывел "вид из окна и все, что за окном".

"Я считаю, стране нужен Анти-Путин", - говорит он. Фильм Фонда борьбы с коррупцией про "Димона" Степан не просто посмотрел, а разослал всем родным.

Утверждает, что подействовало: "У меня папа был более пропутинский человек, но сейчас даже ему не нравится, что происходит в стране".

Степану 25, он фрилансер, SEO-специалист, так что может себе позволить много ездить по Европе. Точнее, мог: "Когда я начал покупать евро по 80 рублей, я просто понял, что слишком мало зарабатываю, чтобы путешествовать в те же самые места. И с этими санкциями у меня большая проблема: я не могу поесть нормального сыра в этой стране. Величие нации - это хорошо, а отнимать чужую территорию - не очень".

Выручать Степана приезжают двое друзей: коротко стриженные, крепко сбитые парни не в восторге от внимания журналистов. На вопрос о том, ходили ли они тоже на митинг, ребята только фыркают.

- Просто политически активные друзья - не всегда те же люди, кто умеет работать руками, - объясняет Степан.

Наручники сразу не поддаются. Когда затянутый браслет пытаются снять с помощью отвертки и молотка, юноша жалуется, что ему больно.

- Мда, хоть что-то в нашей стране делают как следует, - пыхтит друг Степана. Ребята обсуждают, не продают ли лобзики в соседнем магазине для художников: похоже, чтобы избавиться от наручников, нужны другие инструменты.

"Для меня Навальный - в любом случае Анти-Путин, - продолжает Степан, почесывая натертое запястье. Но если бы вместо него был кто-то поадекватнее… Немцов, например. У меня есть к нему [Навальному] вопросы. Ну хотя бы, почему же он остался дома ночевать перед митингом! Но Навальный точно лучше, чем все остальные".

Спасение находится в ларьке, где ремонтируют обувь. Туда трое друзей заходят в поисках инструментов: молодой человек за прилавком объясняет, куда надо бить и давить, чтобы избавиться от наручников.

- Я захожу, объясняю: есть механизм, с одной стороны фиксирует, с другой - выемки, - с улыбкой рассказывает второй друг Степана. - А там мужик работает по типу лица на бывшего сотрудника ГАИ похож. Он посмотрел на страдальческое лицо вот этого товарища, - кивает на друга, - заулыбался и начал объяснять.

Наручник удается снять, расковыряв механизм.

- Надо лайфхак для оппозиционеров на ютуб выложить! - смеются парни.

- Не доламывай! Я хочу их на память забрать! - протестует Степан. - А еще меня заботит судьба полицейского, который потерял наручники. По-моему, это очень весело.