Украина против России в Гаагском суде: кто выиграл?

В среду Международный суд ООН вынес первое решение в рамках рассмотрения иска Украины к России. В МИД Украины решение назвали "победой", в российском внешнеполитическом ведомстве заявили о "принципиальной позиции" суда, воздержавшись от оценок вердикта по сути. Русская служба Би-би-си при помощи украинских и российских экспертов разбиралась в том, что означает решение гаагского суда, и какие реальные последствия оно возымеет.

Киев обвиняет Москву в нарушении двух международных конвенций - о противодействии финансированию терроризма и недопущении всех форм расовой дискриминации.

Хотя окончательное решение суда по этому иску ожидается не раньше чем через несколько лет, уже сейчас суд предписал ввести временные обеспечительные меры в рамках рассмотрения дела.

Затребованный Украиной список таких мер был довольно обширным, однако суд решил наложить на Россию лишь две обеспечительные меры в рамках конвенции о недопущении расовой дискриминации.

Россию призвали обеспечить доступность образования на украинском языке и гарантировать права крымских татар на представительные институты, упомянув при этом запрещенный в России меджлис крымскотатарского народа.

Одновременно суд отказался вводить любые подобные меры в рамках конвенции о финансировании терроризма.

Оглушительный "облом"

Оглашение вердикта об ограничительных мерах в рамках гаагского спора было темой номер один в украинском информационном пространстве: ранее своеобразную медиа-поддержку этому делу оказывали высшие руководящие чины, включая президента Украины Петра Порошенко.

Вот и в среду Порошенко по горячим следам назвал решение гаагского суда "многообещающим" - и этот лаконичный комментарий разительно отличался по тональности от ранее озвученных украинским лидером ожиданий от этого судебного процесса.

Сдержанную реакцию украинских наблюдателей на озвученное в среду решение объяснить несложно.

На первых заседаниях гаагского суда в марте Киев просил ввести обширный список ограничительных мер, среди которых, в частности, запрет России оказывать любое содействие самопровозглашенным "республикам" на востоке Украины, организация надлежащего контроля за украинско-российской границей или немедленное расследование исчезновений крымскотатарских активистов.

На этом фоне решение суда, оглашенное в среду, - наложить на Россию всего две ограничительные меры, признав при этом отсутствие оснований для введения таких мер по конвенции о финансировании терроризма - вовсе не выглядело безоговорочным успехом Киева.

Да и в официальном комментарии российского МИД подчеркивалось: "Суд без голосования признал, что претензии Украины к России [по конвенции о финансировании терроризма] безосновательны… В отношении [конвенции о недопущении дискриминации] суд не поддержал ни одну из временных мер, запрошенных Украиной".

В этом же духе комментировал решение гаагского суда глава комитета Совета федерации по международным делам Константин Косачев.

"С поддержкой "терроризма" у Украины вышел оглушительный "облом", - цитирует его агентство ТАСС.

А по "крымской" части украинского иска, продолжил российский политик, решение суда было ожидаемым: "Тема прав человека, во-первых, традиционно выигрышная на европейских площадках и, во-вторых, там всегда можно к чему-то придраться".

"Победа"

Тем не менее, заместитель главы украинского МИД Елена Зеркаль, возглавляющая киевскую делегацию в Гааге, назвала такое решение суда победой Украины.

Комментируя отказ судей наложить ограничительные меры в связи с возможными нарушениями конвенции о финансировании терроризма, она сказала, что для Киева было важно достичь принципиального признания гаагским судом своей юрисдикции в этом деле. Соответственно, решение принять иск и начать его рассмотрение по сути - это уже неплохо.

На предварительных заседаниях суда в марте представители российской делегации действительно выражали сомнение в том, что события на Донбассе могут квалифицироваться как акты террора. По их мнению, речь там идет исключительно о военном конфликте, то есть апелляция Украины к конвенции о противодействию терроризма неправомерна, и суд должен отказать Киеву в иске.

Посему решение суда взять дело к рассмотрению Зеркаль назвала "очень конструктивным подходом".

"Теперь все [украинские] силовые структуры и все причастные компетентные органы обязаны утроить усилия, чтобы помочь нашим представителям в суде в ходе процесса дожать РФ как страну, финансирующую терроризм", - написала в своем "Фейсбуке" первая вице-спикер Верховной рады Ирина Геращенко.

Что делать с меджлисом?

Зато "крымскую часть" ограничительных мер, в частности, наложенное на Россию обязательство снять ограничения, препятствующие тому, чтобы крымскотатарская община сформировала свои представительные институты, в том числе меджлис, на Украине однозначно восприняли как победу.

Известный киевский юрист, бывший уполномоченный Украины в Международном суде ООН Владимир Василенко в разговоре с Би-би-си предположил, что после такого решения гаагских судей можно прогнозировать, что и окончательное решение суда в этой части иска будет в пользу Украины.

Впрочем, финального вердикта нужно ждать еще несколько лет, а что делать с наложенной на Россию ограничительной мерой по поводу меджлиса, решать нужно уже сейчас.

А вопрос действительно непростой.

С одной стороны, меджлис признан в России экстремистской организацией, и его деятельность запрещена. С другой - суд в Гааге, по сути, обязал Россию возобновить его деятельность. С третьей - Конституционный суд РФ может признавать решения международных судов неисполнимыми, если они противоречат Конституции России. С четвертой - пресс-секретарь российского президента Дмитрий Песков ранее заявил, что Россия признает решение гаагского суда.

Московский эксперт в области международного права Александр Сковородко в разговоре с Русской службой Би-би-си назвал эту ситуацию "интересным юридическим казусом". Он допускает, что она стала следствием того, что "российские представители [в Гааге] плохо разъяснили данную позицию".

Будет ли Россия выполнять решение гаагского суда в этой части? Однозначного ответа на этот вопрос опрошенные Русской службой Би-би-си эксперты не дают.

"Мы должны дождаться вступления решения в силу и, соответственно, уже в дальнейшем Конституционный суд и Верховный суд будут рассматривать эти вопросы в соответствии со своей компетенцией", - говорит юрист-международник Марина Силкина.

На руку Киеву

Зато опрошенные Русской службой Би-би-си киевские эксперты полагают, что деятельность меджлиса не будет возобновлена.

"Принудительных механизмов по выполнению своих решений у суда как таковых нет. Апелляция по этому поводу будет идти к ООН - в частности, к Совету безопасности, а какая там ситуация, вы знаете не хуже меня [Россия обладает правом вето на решения Совета безопасности ООН]", - констатирует украинский эксперт по международной политике Михаил Пашков.

Парадоксально, но в Киеве считают, что отказ России выполнить предписание суда и позволить работу представительному органу крымских татар вполне может сыграть на руку Украине.

"Невыполнение [Россией] решения суда усилит позиции Украины в том смысле, что оно подорвет авторитет России и доверие к ней международного сообщества. А главное - это может основанием для ужесточения санкций против России как против нарушителя международного правопорядка", - говорит киевский юрист-международник Владимир Василенко.

Впрочем, даже если деятельность меджлиса, вопреки ожиданиям украинских наблюдателей, будет возобновлена, ситуация крымскотатарских активистов на полуострове не особо изменится, говорят в меджлисе.

"У российских и крымских силовиков достаточно возможностей для того, чтобы при формальном возобновлении работы меджлиса в Крыму работать по преследованию отдельных, в первую очередь активных членов меджлиса… и докладывать международному сообществу, что их преследуют не по политическому признаку, а за то, что они являются экстремистами или еще какие-нибудь ярлыки навесить", - заявил в эфире телеканала "112 Украина" первый заместитель главы меджлиса Нариман Джелял.