"Брексит" для "чайников": условия развода и сложные переговоры

Мы обращались к нашим читателям с предложением присылать вопросы о том, что такое "брексит", как он может проходить и чем грозить. Публикуем ответы на некоторые из них.

Вопрос Юрия: по какому принципу будут происходить взаиморасчеты с Европой?

Начну издалека: вас в детстве кормили манной кашей? Меня, например, кормили, но я ее терпеть не могла, поэтому при любой возможности старалась разбавить этот "кошмар" каким-нибудь вареньем и тщательно перемешать.

Представьте себе такую тарелку, а теперь попробуйте аккуратно отделить кашу от варенья…

Вот примерно такая задача предстоит Британии и Евросоюзу при переговорах о разделении.

Теперь немного цифр, причем учтите, некоторые аспекты мне самой кажутся немного дикими.

На момент референдума мы платили ЕС 18,8 млрд фунтов (официальные данные за 2014 год). Но! Маргарет Тэтчер в свое время договорилась о том, что из них 4,4 млрд мы получаем обратно. Почему бы сразу не платить меньше - не знаю.

Потом мы еще получаем обратно дополнительные 4,6 млрд в качестве сельскохозяйственных субсидий и целевых средств, направленных на развитие беднейших районов страны. Немного странное заявление, учитывая, что Британия является шестой экономикой мира, но и у нас кто-то живет лучше, а кто-то хуже.

Еще ЕС тратит около 1,4 млрд фунтов целенаправленно и исключительно в частном британском секторе.

В сухом остатке получается, что мы отдаем ЕС 8,4 млрд фунтов, что равняется 161 млн фунтов в неделю. Все вышеперечисленное - это данные британского казначейства.

Тереза Мэй уже заявила, что планирует "жесткий брексит" по принципу "забирай свои игрушки". Однако какое-то сотрудничество в песочнице все-таки подразумевается, поэтому Британия уже сказала, что в каких-то программах принимать участие будет (если ей позволят, разумеется), и готова за это платить.

Так что, боюсь, Юрий, однозначного ответа я вам дать не смогу. Кажется, эта неопределенность красной нитью проходит практически во всех ответах, но действительно, и это не отписка, понятно только одно: как договоримся, так и будет.

Вопрос Михаила: как будут происходить переговоры с Евросоюзом? Кто будет участвовать с британской стороны и со стороны Евросоюза? Как долго будут проходить переговоры?

Когда? С этим более-менее понятно: вот как только официально проинформируем Брюссель, что вводим в действие ту самую, пресловутую 50-ю статью (ей-богу, она мне скоро по ночам начнет сниться), так сразу и приступим.

Сколько будут длиться? Это тоже, в общем, не секрет. В 50-й статье (я не виновата, она действительно является единственным юридическим документом, хоть как-то объясняющим, как именно должен происходить выход из ЕС), предписывается, что переговоры будут идти два года, после чего, если договоримся, то хорошо, а если нет, то, значит уходим без договора в полную неизвестность.

Правда, премьер-министр Тереза Мэй уже заявила, что, если не договоримся, так тому и быть, потому что лучше вообще без договора, чем с плохим.

Знаете, у меня такое впечатление (и это сугубо мое частное мнение), что пока что вся ситуация напоминает ту самую игру "кто первый моргнет". Пока что обе стороны уверенно стоят на своих позициях, уперев щиты в землю с копьями наперевес, и делают вид, что им совсем не страшно. Притворяются, наверное.

Теперь о том, кто будет вести переговоры. Об этом довольно подробно написало одно из ведущих независимых консалтинговых агентств Британии The Institute for Government.

С британской стороны переговоры будет возглавлять премьер-министр Тереза Мэй в тесном сотрудничестве с министром по выходу из Европейского Союза (новый пост, как вы понимаете) Дэвидом Дэвисом и Лиамом Фоксом, возглавляющим департамент международной торговли.

Всем правительственным чиновникам придется срочно приобретать новые навыки, иначе с таким объемом работы им просто не справиться.

Со стороны ЕС противостоять Британии будет мощная квадрига:

Европейский совет, состоящий из глав всех оставшихся государств, Совет Европейского Союза, состоящий из министров оставшихся государств, Европейская комиссия и Европарламент.

Как вы думаете, к чему я сейчас опять вернусь? Правильно! К 50-й статье, в которой, к сожалению, не говорится почти ничего о том, как именно будут проходить переговоры, но туманно указывается, что Европейский совет обозначит основные рамки ведения переговоров.

Любопытно, что примерно через месяц после референдума в нашей четверке начались некоторые разногласия: Совет Европейского Союза и Европейская комиссия поспорили, кто же из них будет возглавлять переговоры.

И, кстати, почти наверняка, главные вопросы будут решаться в кулуарах, во время встреч с глазу на глаз, хотя официально, скорее всего, в этом никто не признается.

Вопрос Дмитрия: как будет обстоять дело на границе в Ирландии? А точнее Северной Ирландии, и просто Ирландии?

Дмитрий, честно говоря, хотя в общей табели о рангах "ирландский вопрос", возможно, и не является самым важным, мне он представляется наиболее интересным, потому что по Ирландии проходит единственная сухопутная граница Соединенного Королевства с ЕС.

В свое время против подписания Ирландией Шенгенского соглашения категорически возражала именно Британия. Если до референдума между Британией и Ирландской Республикой существовали определенные соглашения, которые позволяли фильтровать поток через границу, то теперь ирландцы могут полностью игнорировать мнение соседей и решить, что без виз им будет гораздо удобнее.

Лондон в этой ситуации ничего поделать не может, но, оказавшись перед угрозой нашествия как легальных, так и нелегальных посетителей, скажем так, через черный вход, вполне может решить закрыть границу, тем самым вернув двусторонние отношения в период тяжелого противостояния.

Разумеется, самое простое в этой ситуации решение - это договориться с Дублином напрямую. Так диктует человеческая логика, но это противоречит логике Евросоюза.

Как бы ни хотели ирландцы договориться с британцами напрямую, у них ничего не получится, потому что любое решение должно быть одобрено всеми остальными членами ЕС.

Другими словами, судьбу границы на Ирландском острове будут решать в Софии, Бухаресте, Будапеште, Париже, Берлине и Риме, но не в Лондоне и не в Дублине.

А могут ли у нас быть гарантии, что все эти страны, как обиженные супруги после развода, не захотят посильнее насолить сбежавшему Альбиону?

Впрочем, есть одно простое решение: вынести британский пограничный контроль за территорию Северной Ирландии. То есть, допустим, житель Белфаста захочет поехать в Лондон. Для этого ему понадобится предъявлять паспорт, как будто мы не одна страна. Вы можете себе представить, к чему это приведет?

Я вам так скажу, я искренне и честно не завидую тем людям, которым придется всем этим заниматься. Проблем будет огромное количество.