Гайдар о 2009-м: было тяжело, но катастрофы не случилось

Менее чем за неделю до смерти, 10 декабря, экономист Егор Гайдар рассказывал в интервью корреспонденту Русской службы Би-би-си Михаилу Терновых об экономических итогах 2009 года.

По его мнению, падение ВВП в России составит около 10%, промышленное производство сократится на 15%, а инвестиции в страну уменьшатся на 20%. Пока России удалось адаптироваться к кризисным условиям, а вот что будет дальше, не знает никто, считает Гайдар.

Егор Гайдар: Еще в августе 2008 года квалифицированные российские экономисты говорили о том, что никакого кризиса в стране не будет, и никакого влияния на экономику оказано не будет. К сожалению, они оказались не правы. А вот мои коллеги из Института экономики переходного периода, которые многие месяцы предупреждали, что кризис будет, и он окажет серьезное влияние, оказались правы. Хотя в данной ситуации я бы предпочел быть неправым.

Би-би-си: Можно ли сказать, что последствия кризиса оказались катастрофическими для России?

Е.Г.: Я думаю, нет, последствия оказались тяжелыми, но не катастрофическими. Да, конечно, при переходе от режима, в котором ВВП растет на 7% в год в течение десяти лет к режиму, когда он падает, примерно, на величину близкую к 10%, происходит очень тяжелая адаптация.

<link type="page"><caption> Егор Гайдар: ваши воспоминания</caption><url href="http://newsforums.bbc.co.uk/ws/ru/thread.jspa?forumID=10659" platform="highweb"/></link>

Переход, когда у тебя реальные доходы населения растут на 10% к ВВП, к режиму, когда они начинают падать – это, опять же, тяжелая адаптация. Но если мы возьмем такие важнейшие показатели как социальная стабильность, как число участников забастовок, то пока они радикально не выросли.

Это показывает, что российское общество достаточно реалистично относится к происходящему, и так как за ним опыт кризиса 1990-х годов, связанного с крахом Советского Союза, оно не считает массовые беспорядки резонным ответом на вызовы, связанные с кризисом.

Би-би-си: ВВП России упал сильнее всех из стран большой двадцатки…

Е.Г.: Да, конечно, это вполне было предсказуемо. В наших работах мы, примерно, это и предвидели. Кроме того, нельзя забывать и про снижение промышленного производства, приблизительно, на 15%. Это много.

Естественно, это существенное изменение общеэкономической ситуации, но если уж говорить о цифрах, то куда более серьезным оказалось падение инвестиций, которые сменились с плюс 20% до минус 20%, как по итогам года, скорее всего, и сложится.

Би-би-си: Экономика серьезно пострадала во многих аспектах, но вы не называете это катастрофой.

Е.Г.: Год был тяжелым, но мы, к счастью, были к нему неплохо подготовлены. Все-таки создание стабилизационного фонда в 2003 году и его последующая трансформация в Резервный фонд и Фонд национального благосостояния, а так же накопление крупных золотовалютных резервов, существенно облегчили нам адаптацию к условиям кризиса.

Хотя целесообразность этих резервов, еще несколько лет назад вызывала сомнение у моих квалифицированных коллег из Всемирного банка и Международного валютного фонда. Пока мы к кризису адаптировались.

Би-би-си: Однако была ли готова Россия к решению таких проблем, которые возникли, например в Пикалево или Тольятти?

Е.Г.: О нет, это, конечно, серьезные проблемы. Мы были подготовлены очень хорошо к макроэкономическому кризису, а микроэкономический кризис это другая история.

Нашим властям надо привыкнуть к мысли, что золотая жизнь - в прошлом, что, для того чтобы наши крупные корпорации смогли адаптироваться к условиям мирового рынка, нужны довольно жесткие решения.

В макроэкономике мы опоздали с решениями на 6-9 месяцев. В микроэкономике осознание того, что необходимо адаптироваться к изменившимся реалиям, оно не пришло, до сих пор, но придет.

Би-би-си: Как бы вы охарактеризовали те действия, который власти называют антикризисными?

Е.Г.: В целом, как пока достаточно разумные. Недостаточные, на мой взгляд, недостаточно быстрые, но в целом разумные.

Если говорить о выделении денег, ну, во-первых, резервы позволяют это делать. А, во-вторых, что касается, например, проблемы поддержания доверия в банковской системе, то она была совершенно очевидна. Мы не позволили себе допустить банковской паники, и данные по отрасли показывают, что это удалось сделать.

Би-би-си: Какие основные проблемы ожидают Россию в следующем году?

Е.Г.: Важнейшие проблемы будут связаны с тем, как будет развиваться ситуация в глобальной экономике. Будет ли кризис развиваться по модели U, W или L [состояние экономики описывают по букве, которую напоминает кривая роста]. Этого сейчас из людей, которым я доверяю, толком не знает никто. Но мы должны быть готовы к развитию любых сценариев.

Би-би-си: Стоит ли ожидать роста?

Е.Г.: Все будет зависеть от ситуации в мире. Не знаю человека, который бы мог мне точно сказать. Мне кажется, нужно быть предельно консервативным. Особенно в бюджетно-денежной политике.