Выборы в Нидерландах: как правоцентристы потеряли влияние и при чем тут Марк Рютте

В Нидерландах проходят парламентские выборы — опять внеочередные, третьи за четыре года. Опросы предрекают успех правопопулистской Партии свободы Герта Вилдерса. И хотя шансов создать коалицию у крайне правых очень мало, они смогли кардинально изменить политический ландшафт и повестку в стране. Как закончилась эпоха либерального прагматизма в нидерландской политике и при чем тут генсек НАТО Марк Рютте?

Опросы показывают, что Партия свободы (PVV) Герта Вилдерса — праворадикальная партия одного человека — может получить до 30 из 150 мест в нижней палате парламента, во второй раз став крупнейшей силой.

Некогда крупнейшая и ключевая партия страны — Народная партия за свободу и демократию (VVD), которой более десяти лет руководил нынешний генсек НАТО Марк Рютте — судя по всему, идет к худшему результату с 1970-х годов, рискуя не набрать и 20 мест.

VVD придерживалась правоцентристской и либеральной политики, строила коалиции с другими центристами — как правыми, так и левыми. История о том, как после ухода «тефлонового Марка» она потеряла связь с избирателями и их поддержку — во многом показательна для случившегося «правого поворота» в Нидерландах.

В конце концов, и Герт Вилдерс в начале 2000-х был членом VVD, но его взгляды оказались слишком радикальными для парламентской политики. Внутрипартийной дискуссии тогда не получилось, Вилдерс ушел, создал свое движение — и спустя 20 лет задает тон уже совсем в другой политике, поляризованной и фрагментированной: сейчас в парламенте представлены 15 партий, и шесть из них были созданы в последние 10 лет.

Русская служба Би-би-си разбирается, что произошло с центристами и с нидерландской политикой в целом.

Чего ожидать от выборов

Главные темы этих выборов — это проблемы иммиграции, острая нехватка жилья (ультраправые партии успешно обвиняют в этом все тех же мигрантов), а также стоимость и доступность медицинской помощи.

Для простого большинства требуется 76 мест.

Все сравнительно крупные партии уже заявили, что не готовы вступать в коалицию с Партией свободы Вилдерса. И если они не изменят своей позиции по итогам голосования, то коалиция с участием ультраправых, судя по опросам, оказывается невозможной.

За второе, третье и четвертое места будут бороться объединение Зеленых левых и Партии труда (GL-PvdA), христианские демократы и лево-либеральная D66 — любая из них, по прогнозам, может рассчитывать на результат в 20-25 мандатов. Точная проекция затруднительна, так как около 30% избирателей, согласно последнему опросу, не определились.

VVD, при самых оптимистичных прогнозах, может рассчитывать на четвертое место (если повезет). В новой реальности нынешний лидер старых правоцентристов Дилан Йешильгёз отклонила варианты сотрудничества и с левыми.

Таким образом, согласно последним предвыборным опросам, реалистичное минимальное количество партий в коалиции — 4-5 при очень оптимистичном исходе, а более вероятно, что шесть. Другой вариант — это коалиционное правительство меньшинства. И та, и другая опция выглядят довольно хрупкими.

Правый поворот

Партия свободы стала самой популярной партией в Нидерландах в ноябре 2023 года: тогда на выборах она получила 37 мест в нижней палате парламента. Политикам удалось договориться о коалиции к июлю следующего года — до этого, с 2012 года, все крупные партии отказывались сотрудничать с партией Вилдерса, стабильно второй или третьей по популярности.

Правда, от амбиций стать премьер-министром Вилдерсу пришлось отказаться — ни одна партия не была на это готова, и политики нашли уникальный компромисс: правительство возглавил беспартийный чиновник Дик Схоф.

Продержалась коалиция лишь 11 месяцев.

Герт Вилдерс известен своими ультраправыми взглядами, включая призывы запретить в стране Коран и строительство новых мечетей. Уже более 20 лет государство предоставляет ему личную охрану из-за постоянных угроз в адрес политика — и покушения на его жизнь в 2004 году.

Именно в первой половине нулевых, когда Вилдерс еще был членом VVD и пресс-секретарем этой партии, в нидерландской политике правый популизм стал набирать силу.

Его Партия свободы не была уникальным предложением, вслед за ней стали появляться и другие ультраправые объединения. В 2015 был основан еще более радикальный Форум за демократию (FvD) — который может рассчитывать на 4-6 мандатов. Из Форума же вышла более «взрослая и умеренная» партия JA21 (сейчас может рассчитывать на 9-12 мест). В 2019 появилось Фермерско-гражданское движение (BBB), протестующее против давления на фермеров ради достижения климатических целей — они могут получить 5 мест.

Тем временем классические партии не сильно изменили свой modus operandi. И история VVD показывает, как традиционная политика не смогла адаптироваться к реальности — даже не столь уж «новой» реальности, потому что дрейф в эту сторону начался еще 20 с лишним лет назад.

Партия на перепутье

VVD была основана после Второй мировой войны как либеральная партия с фокусом на поддержку бизнеса и минимизацию роли государства. На протяжении десятилетий она была то в оппозиции, то младшим партнером по коалиции, и идеально вписывалась в ландшафт нидерландской политики вместе с право-консервативным «Христианско-демократическим призывом» (CDA) и социал-демократической Партией труда (PvdA).

В начале нулевых ситуация в стране — как и во всем мире — стала меняться. Все больше и больше популярности набирала правая популистская партия Список Пима Фортейна (LPF). Фортейн был убит в мае 2002 года, всего за пару недель до выборов, и это только добавило партии популярности, а избирателям — нелюбви к мигрантам и мусульманам (тот факт, что убийцей оказался белый коренной голландец, ситуацию не изменило).

С тех пор VVD пыталась подстроиться под новую реальность, пытаясь одновременно и сохранить своих традиционных сторонников, и заигрывать то с избирателями, симпатизирующими Фортейну, то с более левой риторикой.

Эта тактика некоторое время была успешной — в 2010 году VVD показала лучший в истории результат, и Марк Рютте стал первым либеральным премьер-министром Нидерландов почти что за сто лет.

Под его руководством VVD оставалась крупнейшей партией, несмотря на разнообразные скандалы, из-за которых три из четырех кабинетов Рютте были вынуждены уйти в отставку.

В 2023 году очередное коалиционное правительство не смогло договориться об иммиграционной политике и подало в отставку. Рютте тогда же объявил об уходе из национальной политики.

«Тефлоновый Марк»

Марк Рютте идеально демонстрирует на посту генсека НАТО те же самые качества, которые держали его — и правоцентристскую VVD — у власти столько лет. Он называет Трампа «папочкой», мило улыбается, стремительно летит в Вашингтон, чтобы загладить последствия телефонного разговора Трампа с Путиным, ничего не обещает, но и врагов себе не создает.

Еще в юности, будучи лидером молодежного крыла VVD, Рютте приобрел прозвище «Тефлоновый Марк»: ему удавалось успешно избегать скандалов и лавировать между соратниками с разными взглядами. Уже тогда он прославился как успешный переговорщик, способный достичь компромисса.

«Практичный и политичный. Так он стал символом времени, в котором не было объединяющих битв», — писал о Рютте журнал De Correspondent, называя его также «лучшим профессиональным политиком в Нидерландах на нашей памяти».

Бывший соратник Рютте по VVD Аренд Ян Букестайн называл Рютте «человеком без свойств» — по названию незаконченного романа австрийского писателя Роберта Музиля.

Четыре срока на посту премьер-министра страны не могли обойтись без скандалов — но долгое время к Рютте, как к тефлоновой поверхности, ничего не прилипало.

Прилипло разве что выражение «doe normaal» — «веди себя нормально». Оно приобрело популярность во время дебатов в парламенте с Вилдерсом в 2011 году, а затем стало ответом VVD на самые разные вопросы. Так, Рютте использовал doe normaal в предвыборной кампании в 2017 году — он обратился к иммигрантам со страниц газеты AD: «Ведите себя нормально или уезжайте».

Doe normaal хорошо описывает политику VVD при Рютте на протяжении «тучных лет», когда в Европе не было ни пандемии, ни войн, а экономика быстро восстанавливалась после финансового кризиса 2008 года.

Однако скандалы один за другим копились в кабинетах под председательством Рютте.

Отказ от налогов на дивиденды. Сокращение налоговой льготы для высококвалифицированных мигрантов. Попытки замять противоречивые действия своих министров. Недовольство ограничениями во время пандемии коронавируса. Недовольство отсутствием вакцин тогда же.

Наконец, история с выплатами для родителей. В 2021 году один из депутатов выяснил, что налоговая служба Нидерландов ошибочно обвинила тысячи родителей в мошенничестве при получении пособия на детей и выписала им огромные штрафы. При этом среди обвиненных родителей оказалось непропорционально много людей с мигрантскими корнями. Рютте пытался защитить свой кабинет как можно дольше, но в итоге символически подал в отставку — на выборы, уже запланированные на весну, это никак не повлияло.

Тем не менее, даже после этого скандала Рютте остался у руля — но лишь на два года: когда четвертый кабинет под его председательством не смог договориться о миграционной политике и коалиция развалилась, Рютте объявил об уходе из политики.

Поиск компромиссов

«Тефлоновый Марк», кажется, был последним лидером, кто умудрялся успешно удерживать VVD посередине, хотя еще в 2006 году партия могла принять более правый курс. В то же время политика продолжала держаться в традиционных партийных рамках, отсекая радикальные течения и не пуская их представителей в правительство.

Без Рютте VVD не только поправела, но и утратила свой былой престиж и популярность, проиграв правым партиям с более четкой позицией.

Под руководством Дилан Йешильгёз VVD попыталась влиться в новый правый мейнстрим: например, поддержала парламентское заявление о признании несуществующего движения «Антифа» террористическим — вслед за Дональдом Трампом. Но заигрывания с крайне правой повесткой перестали работать: на этом поле теперь более богатый выбор.

В былые времена, отмечает политолог Рахид Азрут в подкасте De Dag, определить, за кого проголосует человек, можно было при помощи двух вопросов: религиозная принадлежность и финансовое положение. Богатые голосовали за VVD, бедные — за PvdA, христиане — за CDA.

Теперь и выбор партий намного шире, и убеждения избирателей более сложные: можно придерживаться правых взглядов в вопросах миграции, но в вопросах здравоохранения или климата — левых.

Для Нидерландов нет ничего необычного в коалиционных правительствах: местная политическая культура традиционно выстроена на поиске компромиссов и договоренностей. Но нынешняя ситуация отличается от прошлых коалиций гораздо большей фрагментированностью и поляризацией.

А это может означать, что в случае разногласий поиск компромисса должен будет начаться с очередных внеочередных выборов и новых договоренностей.