Беспредел в Марселе: детей втягивают в наркоторговлю и часто зверски убивают

Это перевод материала корреспондента Би-би-си во Франции Эндрю Хардинга. Оригинал на английском языке можно прочитать здесь.

Предупреждение: в статье содержатся шокирующие подробности с самого начала

Компания детей заметила тело Аделя по дороге в школу — как раз в тот момент, когда его родители направлялись в полицейский участок, чтобы заявить о его исчезновении. Его изуродованные, обугленные останки напоминали силуэт в позе полулежа с поднятым коленом — будто в момент смерти он отдыхал на одном из пляжей Марселя.

Ему было 15 лет. Он был убит обычным для этих мест способом: сначала пуля в голову, затем тело облили бензином и подожгли.

Кто-то даже снял произошедшее на пляже на видео. Очередной эпизод в мрачной череде убийств по схеме «застрелить и сжечь» связан со страшными нарковойнами в этом портовом французском городе. В этих войнах все большую роль играют социальные сети, вовлекающие в насилие детей, которые зачастую вынуждены работать на наркоторговцев.

«Сейчас здесь полный хаос», — говорит нам щуплый участник банды чуть старше 20 лет, попросивший называть его прозвищем Бессмертный (мы беседуем в парке недалеко от места убийства Аделя).

Он приподнимает рубашку и показывает нам свой торс с множественными шрамами и следами как минимум четырех пулевых ранений — последствия попытки убийства со стороны соперничающей группировки.

По оценке Министерства юстиции Франции, число подростков, вовлеченных в наркоторговлю, за последние восемь лет выросло более чем в четыре раза.

«Я в банде с 15 лет. Но теперь все поменялось. Кодексы, правила — никаких правил больше нет. Никто ничего не соблюдает. Главари начинают использовать молодых. Платят им гроши. А те в итоге убивают других без особой причины. Это анархия по всему городу», — говорит Бессмертный.

В Марселе полицейские, юристы, политики и общественные активисты все чаще описывают ситуацию в городе термином психоз — это состояние коллективной травмы или паники, охватившее целые районы. Они спорят, следует ли отвечать на происходящее все более жесткими мерами со стороны полиции или же следует предпринять новые попытки решить главную проблему глубоко укоренившейся бедности.

«Царит атмосфера страха. Очевидно, что наркоторговцы доминируют и каждый день усиливают свое влияние», — сказала местная юрист, пожелавшая сохранить анонимность из опасений за себя и семью.

«Верховенство закона теперь подчинено бандитам. Пока у нас снова не появится сильное государство, мы вынуждены принимать меры предосторожности», — объяснила она свое недавнее решение больше не представлять жертв бандитского насилия.

Этим летом, после серии вспышек насилия, связанных с наркотрафиком, несколько французских городов ввели ночной комендантский час для подростков.

Президент страны Эмманюэль Макрон в четверг проводил совещания с представителями профильных ведомств, пытаясь найти решение кризиса.

«В сфере наркоторговли такая конкуренция, что люди готовы на все, — говорит общественный деятель Мохамед Бенмеддур. — Поэтому в банды приходят дети 13–14 лет, они работают наблюдателями (стоят «на стреме») или используются в качестве мелких дилеров. Молодежь каждый день видит трупы, слышит об убийствах. И они больше не боятся ни убивать, ни быть убитыми».

Толчком к нынешнему психозу в Марселе стало убийство в ноябре этого года Меди Кессаси, 20-летнего курсанта полиции, не имевшего никаких связей с наркоторговлей. Широко распространено мнение, что его убили как предупреждение его брату — 22-летнему Амину Кессаси, известному борцу с бандами и начинающему политику.

Находящийся под усиленной охраной Кессаси рассказал Би-би-си о смерти Меди и о чувстве вины, которое его преследует.

«Должен ли я был увезти свою семью из [Марселя]? Борьба всей моей жизни теперь — это борьба с этим чувством вины», — сказал он.

Амин Кессаси впервые стал известен на национальном уровне в 2020 году, после того как его старшего брата, гангстера по имени Браим, тоже убили.

«Мы живем в состоянии этого психоза уже много лет. Мы всегда знали, что наши жизни висят на волоске. Но после ковида все изменилось. Преступники становятся все моложе. Жертвы становятся все моложе», — говорит политик.

«Мой младший брат стал невинной жертвой. Когда-то настоящие бандиты имели свой моральный кодекс. Ты не убиваешь днем. Не убиваешь на глазах у всех. Ты не сжигаешь тела. Сначала угрожаешь выстрелом в ногу. Сегодня эти правила больше не существуют», — говорит он.

В ответ на беспрецедентный уровень насилия, французская полиция отвечает масштабными силовыми рейдами в криминогенных районах Марселя.

Хотя одна группировка — DZ Mafia — теперь, судя по всему, доминирует в криминальном мире города, она фактически работает по принципу франшизы: под ее крылом действует разрозненная сеть мелких дистрибьюторов, которые часто укомплектованы подростками и нелегальными мигрантами. Они яростно воюют друг с другом из-за территорий.

По одной из оценок, до 20 тысяч человек могут быть вовлечены в наркобизнес города. В прошлом году власти конфисковали у банд криминальных активов на 42 млн евро.

В соцсетях регулярно появляются видеозаписи перестрелок между вооруженными автоматами бандитами в специфических районах Марселя cités — бедных кварталах с многоэтажками и высокой концентрацией социального жилья.

На прошлой неделе мы сопровождали отряд вооруженной полиции в их рейде.

Бойцы подъехали на фургонах к обветшалому дому, и молодой «наблюдатель», стоявший у ворот, немедленно пустился бежать.

Разделившись на две группы, полицейские пошли по обеим сторонам здания, пытаясь блокировать членов банды в лестничных пролетах.

«Наша цель — нарушать работу точек продажи наркотиков. Мы закрыли уже более 40 таких точек и посадили в тюрьму множество людей», — объясняет региональный начальник полиции Себастьен Лотар.

«Поверни его», — резко сказал один из полицейских, когда его группа прижала 18-летнего юношу лицом к двери.

В грязном подвале неподалеку полиция нашла десятки флаконов и маленьких пластиковых пакетов с расфасованным кокаином. Позже один полицейский объяснил, что задержанный подросток умолял его арестовать. По его словам, он приехал в Марсель из другого города и теперь удерживается против своей воли и вынужден работать на наркобанду.

Полиция увезла его с собой.

«Это не Эльдорадо. У нас множество подростков, которых вербуют через соцсети. Они приезжают в Марсель, думая, что легко заработают деньги. Им обещают 200 евро в день. Но часто все заканчивается нищетой, насилием и иногда смертью», — говорит главный прокурор города Николя Бессон.

Он рассказал, что охвативший всю страну новый тип наркобизнеса оценивается в 7 млрд евро и строится на двух новых принципах — онлайн-вербовке для продажи и доставки наркотиков и растущем числе подростков, которые зачастую принудительно этим занимаются.

«Мы видим, как торговцы превращают этих маленьких солдат в рабов. Они создают фиктивные долги, чтобы заставить их работать бесплатно. Они пытают их, если те украдут хотя бы 20 евро на бутерброд. Это насилие немыслимого масштаба. Средний возраст преступников и жертв постепенно снижается», — сказал Бессон.

Он призвал местных жителей не поддаваться психозу, а наоборот — «действовать, подниматься».

Адвокат, попросившая скрыть ее личность, рассказала о деле, которым занималась.

«Один подросток, который категорически не хотел быть частью сети, был схвачен после школы. Его вынудили участвовать в наркоторговле, изнасиловали, угрожали ему и семье. Используются любые методы, чтобы создать рабочую силу», — говорит она.

В TikTok десятки роликов под музыку рекламируют продажу наркотиков в марсельских cités — «с 10 утра до полуночи», каждый товар — кокаин, гашиш и марихуана — представлен своим эмодзи. Другие объявления пытаются привлечь новых членов банд: «нужен работник», «250 евро для наблюдателей», «500 евро за доставку наркотиков».

Для некоторых местных политиков ответом на проблемы Марселя является введение чрезвычайного положения и гораздо более жесткие правила в сфере иммиграции.

«Необходимо восстановить власть. Нам нужно положить конец культуре вседозволенности в нашей стране. Нам нужно дать больше свободы, больше полномочий полиции и судебной системе», — считает Франк Ализьо, местный депутат от популистской ультраправой партии «Национальное объединение» и потенциальный кандидат в мэры.

Хотя древний средиземноморский город Марсель на протяжении веков известен своей крупной иммигрантской общиной, Ализьо утверждает, что «сегодня проблема в том, что мы больше не можем обеспечивать экономическую интеграцию и ассимиляцию».

«Слишком много иммиграции. Проблема — в количестве [мигрантов]. И фактически наркоторговцы, дилеры, наблюдатели, лидеры этих мафий — почти все иммигранты или иностранцы с двойным гражданством», — говорит Ализьо.

Это спорное утверждение, которое трудно проверить в стране, сознательно избегающей включения таких данных в официальную статистику.

Ализьо заявляет, что миллиарды евро, вложенные в беднейшие районы Марселя при разных правительствах, не дали результата. Он обвиняет родителей и школы в том, что дети оказываются втянутыми в наркоторговлю, добавив при этом, что он занят «решением проблемы, а не социологией».

Ультраправые партии давно пользуются сильной поддержкой на юге Франции, но значительно меньше — в этнически многообразном Марселе.

Критики «Национального объединения», например адвокат, чье имя мы не раскрываем, обвиняют партию в том, что она «эксплуатирует нищету и страх» и несправедливо винит иммигрантов в «гангрене», которая распространена во всех сообществах Франции.

Филипп Пюжоль, местный писатель и эксперт по наркоторговле в Марселе, также получил полицейскую охрану после убийства Меди Кессаси в прошлом месяце.

«Я не уверен, что есть веская причина для этого террора. Но террор укореняется. Лучше бояться и быть осторожным, чем идти на неоправданный риск», — сказал он.

При этом он выступает против призывов к ужесточению полицейских мер, заявляя, что это лишь попытка лечить симптомы «страдающего общества», вместо того чтобы устранять первопричины.

По мнению Пюжоля, укоренившаяся бедность — главный «монстр» общества, радикализированного десятилетиями пренебрежения.

«Монстр — это смесь кумовства, коррупции и политических и экономических решений, принимаемых в ущерб общественным интересам», — сказал Пюжоль.

«Эти дети могут быть мерзавцами, когда они в группе, но один на один — это все еще дети, со своими мечтами, которые не хотят этого насилия», — говорит он о ситуации, захлестнувшей Марсель.