Референдум в Шотландии: пейзаж после битвы

Не знаю, кто сегодня ночью в Эдинбурге спал, кроме, разве что, младенцев, которые в силу возраста не интересуются политикой.

По телевизионным каналам сплошным потоком шли веселые лица в одном лагере, и разочарованные – в другом. Комментаторы очень боялись заранее объявить результаты, поэтому до самого последнего момента говорили "скорее всего", "похоже, что" и "вроде бы".

Однако то, что противники независимости, скорее всего, будут в большинстве, стало понятно уже к 4.30 утра.

Поражение сторонников независимости было еще более горьким оттого, что на протяжении примерно пяти минут они вели в счете: самый крупный город Шотландии, Глазго, высказался за независимость, после чего националисты оказались впереди - 50,2%. Однако столица, Эдинбург, также убедительно была против.

При этом и с окончательным результатом вышла небольшая задержка: один из грузовиков, доставлявших заполненные бюллетени в региональную избирательную комиссию в шотландских горах, где-то застрял, и мы все "подвисли" в ожидании.

Собственно говоря, результат уже был понятен, но протокол есть протокол, и все терпеливо ждали.

Что дальше?

При этом и лидер шотландских националистов Алекс Салмонд, и премьер-министр Британии Дэвид Кэмерон уже успели произнести короткие речи по поводу того, что же будет дальше. Хороший вопрос.

Ну, во-первых, как обещали основные партии в Вестминстере, шотландский парламент получит еще большую самостоятельность, правда, в составе Соединенного Королевства.

Возможно, что членам британского кабинета не пришлось бы нервно грызть ногти сегодня ночью, если бы с самого начала Кэмерон согласился с предложением Салмонда и разрешил бы вынести на референдум два вопроса: "Хотите ли вы, чтобы Шотландия стала независимым государством?" и "Хотите ли вы, чтобы Шотландия осталась в составе Соединенного Королевства, но получила большее самоуправление?".

Тогда, три года назад, британский премьер настоял на том, что половинчатых мер не будет и отвечать придется на вопрос: все или ничего.

В результате "ничего" опять не получилось. Разочарованный Алекс Салмонд в своем выступлении, признавая поражение, немедленно напомнил Вестминстеру, что обещания надо выполнять и что Шотландия ждет от Лондона ответного жеста.

Дэвид Кэмерон, в свою очередь, отметил, что вопрос о независимости на ближайшее время (подозреваю, что как минимум на полвека) будет закрыт.

Разумеется, премьер не сказал этого открыто, но в подтексте читалось: "мы дали вам шанс, теперь все".

Но, пожалуй, самым главным в его речи было признание того, что в ближайшее время придется пересматривать всю политическую систему Великобритании.

В последние годы английская и валлийская публика были недовольны тем, что парламентарии из Шотландии участвовали в принятии законов, касающихся исключительно Англии и Уэльса, тогда как у себя жили по несколько другим правилам.

Один из наиболее противоречивых законопроектов - о повышении платы за обучение в университетах Англии и Уэльса - был одобрен только потому, что за него проголосовали шотландцы.

Похоже, что теперь Вестминстер попытается как-то изменить существующий статус-кво.

"На всякий случай - "нет"

Следует признать, что, несмотря на то что перемены ожидают всех нас, шотландские националисты очень разочарованы.

Сегодня утром у входа в нашу гостиницу мрачно курил молодой человек с красными глазами. Он провел всю ночь в пабе, в компании сторонников независимости. По лицу его было видно, что ничего хорошего от жизни он уже не ждет.

Таксист, который вез нас от Холируда в гостиницу, мрачно заявил, что он разочарован шотландцами, и ему стыдно, что они оказались такими трусами.

В то же время группа пожилых английских туристов, с которыми я оказалась утром в лифте, радостно улыбалась, и восторженно обсуждала результаты.

Как перед лагерем победителей, так и перед лагерем побежденных (штаб квартиры кампаний "ДА" и "Вместе лучше") всю ночь стояли журналисты. На многих из них было жалко смотреть. Бессонные ночи, да еще и под моросящим дождем, не способствуют здоровому цвету лица и ясности глаз.

На Эдинбург плотно уселось густое облако, так что кроны деревьев напротив моего окна почти не видны.

Так и хочется сказать, что будущее Великобритании так же туманно, хотя все-таки в этом политическом уравнении теперь меньше неизвестных.

Один из наших собеседников на этой неделе, финансовый директор висковарни "Эдрадур" Дэз Маккэгерти на мой вопрос, каким, с его точки зрения, будет результат референдума, сказал: "Скорее всего, победят противники независимости, со счетом 57% против 43%. Дело в том, что сейчас многие шотландцы храбрятся, но, когда у них перед глазами окажется бюллетень, они еще раз очень хорошо подумают и все-таки выберут "нет" - на всякий случай".

Проигравший лагерь не устает напоминать победителям, что теперь, мол, им надо предоставить большую власть. Если Лондон согласится, то Эдинбург сам будет собирать многие налоги и распоряжаться бюджетом на социальные нужды.

Да, это действительно будет чуть большая власть, но с ней придет и большая ответственность. Каждой из сторон теперь следует сделать глубокий вздох и подумать, как жить дальше, чтобы не превратить Британские острова в склочную коммунальную квартиру.

Потому что раздельного проживания в ближайшие десятилетия не предвидится.