Как мысли о смерти меняют наше мировоззрение

Чтение этой статьи может повлиять на ваши политические убеждения, предрассудки и пристрастия, а также на процесс принятия решений. Более того, возможно, у вас возникнет желание стать знаменитым. Почему? Очень просто: мысли о смерти до основания меняют наш взгляд на себя и на мир, убежден автор BBC Future.

Если смерть - где-то все еще запретная тема, то возможно, что это уже ненадолго.

В наше время предпринимается все больше попыток активизировать обсуждение темы смерти - как в домашней обстановке, так и на публике.

Например, в <link type="page"><caption> кафе смерти</caption><url href="http://deathcafe.com/" platform="highweb"/></link>, первое из которых было открыто в Швейцарии в 2004 году, и которые затем распространились по всему миру.

В подобных заведениях люди могут обсудить свои страхи за чашкой чая или кофе, заедая свои тревоги вкусным пирожным.

Наше нежелание говорить о смерти часто воспринимается как признак боязни, заставляющей нас подавлять мысли о неизбежном конце.

Однако прямых указаний на то, что это действительно так, очень мало.

Страх за близких

Итак, какой уровень тревоги, вызываемой мыслями о смерти, можно считать нормальным? И как это проявляется?

Если судить <link type="page"><caption> по результатам исследований</caption><url href="http://ome.sagepub.com/content/43/2/157.short" platform="highweb"/></link>, проведенных методом анкетного опроса, можно сделать вывод, что мы, очевидно, куда больше боимся потери наших близких, чем собственной смерти. (<italic>Данные австралийских ученых опубликованы в 2001 году в журнале о смерти и умирании </italic><italic>Omega</italic><italic> – Ред</italic>.).

Аналогичные <link type="page"><caption> изыскания показали</caption><url href="http://www.tandfonline.com/doi/abs/10.1080/07481180701880935" platform="highweb"/></link>, что нас скорее сильнее страшит процесс умирания, включая, например, присущие ему боль и одиночество, чем собственно окончание жизни. (<italic>Данные опроса канадских студентов опубликованы в научном альманахе "Смерть", </italic><italic>Death</italic><italic>, в 2008 году – Ред.</italic>).

В общем и целом, когда нам задают вопрос, боимся ли мы умереть, большинство из нас это отрицает, демонстрируя невысокий уровень беспокойства.

Меньшинство, т.е. люди, демонстрирующие высокий уровень тревоги в связи с неизбежностью смерти, даже считаются психически ненормальными – пациентами, страдающими танатофобией (болезненным страхом смерти), которым следовало бы обратиться за медицинской помощью.

С другой стороны, тенденция проявлять невысокий уровень тревоги по поводу смерти, который характерен для многих из нас, может оказаться результатом нашего нежелания признаться в собственном страхе - как другим, так и самому себе.

Танато-консерватизм

Основываясь на этой гипотезе, психологи уже на протяжении почти 30 лет изучают социальные и психологические последствия столкновения лицом к лицу с тем фактом, что все мы смертны.

В ходе более чем 200 экспериментов людям предлагали вообразить себе, что они умирают.

Первое такое исследование было проведено в США в 1989 году на примере судей муниципальных судов. Их попросили назначить сумму залога для воображаемой проститутки в рамках гипотетического судебного разбирательства.

Как правило, те судьи, которым до вынесения решения напоминали о том, что они смертны, назначали гораздо более весомый залог, чем их коллеги, избежавшие таких напоминаний.

Первые в среднем устанавливали залог в 455 долларов, вторые – 50. С тех пор были обнаружены и многие другие последствия [размышлений о собственной смерти], отразившиеся на представителях различных категорий людей и населения в целом во многих странах мира.

Помимо того, что мысли о смерти повышают нашу склонность карать других, они еще и усиливают <link type="page"><caption> наши националистические предрассудки</caption><url href="http://psp.sagepub.com/content/23/8/884.short" platform="highweb"/></link>, заставляя нас с предубеждением относиться к представителям иных расовых, религиозных и возрастных групп.

В совокупности, результаты десятков такого рода исследований показывают, что напоминания о смерти делают более прочной нашу привязанность к тем слоям и группам людей, к которым мы принадлежим, в ущерб тем, кто отличается от нас. (Материалы опубликованы в специализированных научных изданиях по социальной психологии с 1997 по 2009 годы – Ред.).

Напоминание о смерти оказывает любопытное воздействие на наши политические и религиозные взгляды.

С одной стороны, это приводит к усилению поляризации: либералы становятся либеральнее, а консерваторы – более консервативными.

Аналогичным образом, религиозные люди более рьяно начинают отстаивать свои верования, тогда как нерелигиозные – активнее проповедуют собственное неверие.

В то же время в ходе этих изысканий выяснилось: когда напоминание о смерти становится особенно настойчивым и участники опросов не упорствуют в своих политических пристрастиях, тогда либералы и консерваторы в равной мере склонны поддерживать консервативные идеи и консервативных кандидатов.

По мнению некоторых авторов, этим можно объяснить сдвиг вправо в США после терактов 11 сентября 2001 года.

Но почему же смерть делает нас столь склонными карать, а также такими консервативными и религиозными?

Согласно различным теориям, мысли о смерти подталкивают нас к поискам бессмертия.

Жизнь вечная

Многие религии обещают бессмертие в буквальном смысле, однако наши светские привязанности, такие как принадлежность к тому или иному национальному государству или этнической группе, могут обеспечить символическое бессмертие.

Отождествление себя с определенной государственной или социальной общностью и следование традициям, которые переживут нас – часть нашей идентичности.

Защита наших культурных норм повышает остроту чувства принадлежности к соответствующей общности, а повышенная склонность к наказанию лиц, нарушающих культурные нормы, - проявление этой тенденции.

В соответствии с этой концепцией ученые также установили, что напоминания о смерти стимулируют наше стремление к славе и желание иметь детей.

И то и другое ассоциируется с символическим бессмертием. Выходит, что мы хотим добиться бессмертия благодаря своему труду и передаче нашей ДНК потомкам.

Когда нам задают прямой вопрос [о смерти], мы, похоже, даже не отдавая себе в этом отчета, не испытываем страха смерти.

Нам также не приходит в голову, что мысли о смерти могут оказывать столь разнообразное воздействие на наши отношения в обществе. Но существуют, однако, пределы наших способностей к самоанализу.

Мы плохо можем предсказывать, какие чувства испытаем и как поведем себя в тех или иных ситуациях в будущем.

Мы также плохо анализируем причины, почему чувствуем себя именно так, а не иначе, или почему мы повели себя определенным образом.

Итак, осознаем мы это или нет, похоже, что когда мы извлекаем на поверхность мысли о собственной смерти из глубин собственного сознания, мы открываем ящик Пандоры.

Какой же вывод следует из всех этих усилий, направленных на то, чтобы путем откровенного разговора сдернуть завесу мистики со смерти и умирания? Трудно сказать.

Присутствие отчетливого образа смерти в нашем воображении, будь то в личной или общественной жизни, может сделать нас более склонными к наказанию других людей и подверженными предрассудкам, - что, собственно, и вытекает из данных разнообразных исследований.

Но в то же время, возможно, эти негативные последствия и возникают именно по той самой причине, что мы не привыкли думать и говорить о смерти.

Метод экспозиционной терапии, прибегая к которому, врачи деликатно демонстрируют больным причину их тревог – предмет, животное или даже воспоминание – уменьшает страхи пациентов.

Вероятно, эта недавно наметившаяся тенденция к нарушению одного из самых традиционных табу станет своего рода психологической прививкой и сделает нас сильнее перед лицом смерти.