Мэрия Москвы связала суициды онкобольных со стрессом

В Москве покончил с собой 75-летний пенсионер, страдавший онкологическим заболеванием, сообщили СМИ со ссылкой на источники в правоохранительных органах.

Инцидент произошел 13 мая на улице Верхняя Красносельская в центральном округе Москвы. Жена погибшего сказала, что ее супруг неоднократно высказывал мысли о самоубийстве, сообщают СМИ.

К щиколотке мужчины была привязана записка, в которой говорилось, что его "замучили сильные боли".

Несмотря на это, заммэра Москвы Леонид Печатников заявил, что последние случаи самоубийств онкобольных в столице связаны с сильным психологическим стрессом.

"Я считаю, что в Москве нужно организовать новую сферу - онкопсихология для помощи раковым больным и их родственникам. Последние случаи суицида связаны с тем, что ни родственники, ни врачи вовремя не реагируют на суицидальные настроения онкобольных", - сказал он ТАССу.

Ранее Печатников заявлял, что волна самоубийств связана "с ранней бурной весной".

С начала мая сообщалось как минимум о четырех случаях самоубийства онкобольных. Предпоследний случай произошел менее недели назад: 10 мая в квартире на Тверской улице обнаружили тело женщины, страдавшей раковым заболеванием в течение 13 лет и перенесшей 10 курсов химиотерапии. Как сообщалось, в предсмертной записке она написала, что не хотела быть обузой родственникам.

За пять дней до этого в садоводческом товариществе "Мирный-1" под Истрой покончил с собой профессор психологии Михаил Кондратьев, преподававший на факультете социальной психологии Московского городского психолого-педагогического университета. Его коллеги заявили СМИ, что он получал все лекарства в полном объеме, а в предсмертной записке он просил никого не винить.

До этого 1 мая в квартире в подмосковной Шатуре было найдено тело 52-летнего мужчины, страдавшего от онкологического заболевания и также покончившего с собой.

Смещение фокуса?

По словам Печатникова, сейчас в Москве организуются курсы психиатрической помощи для онкопациентов. Ранее о создании таких курсов для онкологических клиник на базе Центра социальной и судебной психиатрии им. Сербского говорил главный психиатр минздрава России Зураб Кекелидзе.

Руководитель фонда "Подари жизнь" Екатерина Чистякова согласна с тем, что сфера психологической помощи тяжелобольным в России не развита.

"Обезболивание не является единственной проблемой человека, которому говорят о том, что его онкологическая проблема неизлечима. Даже все западные учебники по паллиативной помощи говорят нам, что нужна еще психологическая поддержка и духовная поддержка, потому что смысл жизни не должен теряться до самого конца. А она у нас пока отсутствует на 100%", - сказала она.

При этом врач паллиативной помощи, педиатр Анна Сонькина считает, что заявления о том, что тяжелобольные люди кончают с собой из-за депрессии, а не из-за боли, могут быть попыткой "сместить фокус".

"Как он (Печатников) может это утверждать? Кто-то расспросил родственников, кто-то работал с пациентом до этого? Да, надо создать систему комплексной помощи, потому что мы не знаем: эта депрессия была сама по себе, или это депрессия, усиленная тем, что у человека сильная боль, или депрессия потому, что за человеком некому ухаживать, он чувствует себя обузой перед близкими? Мы не знаем, что могло бы убрать причину, по которой человек хотел покончить с собой", - говорит она.

"Поэтому мне кажется, что, может быть, это вполне сознательная попытка сместить фокус с того, что мы точно знаем - что больные не получают адекватного обезболивания, на какие-то догадки. Просто сместить фокус, потому что с этим работать не получается", - добавила Сонькина.

В свою очередь Чистякова заявила Би-би-си, что слишком мало пациентов и их родственников знают о существовании круглосуточной <link type="page"><caption> "горячей линии" Росздравнадзора</caption><url href="http://www.roszdravnadzor.ru/news/197" platform="highweb"/></link>, на которую с 7 апреля принимаются обращения о нарушениях, связанных с назначением и выпиской обезболивающих препаратов.

"Это реально работает, если человек узнает номер и звонит по нему, - уверяет Чистякова. - За первый, неполный месяц работы, на "горячую линию" поступили около 140 звонков, причем большая часть - непрофильные, просто люди жаловались на всякие другие проблемы. Это говорит о том, что о горячей линии очень мало кто знает".

Послабления с июля

Серия громких самоубийств онкологических больных в России, начавшаяся в феврале прошлого года с генерала Вячеслава Апанасенко, послужила стимулом к принятию поправок в закон "О наркотических средствах и психотропных веществах", которые президент Путин подписал 31 декабря.

Однако этот закон должен вступить в силу в июле. В настоящее время срок действия рецепта на наркотические препараты по-прежнему составляет пять, а не 15 дней, а больным и их близким все еще нужно возвращать первичные и вторичные упаковки препаратов, чтобы получить новые лекарства, объяснили Би-би-си в фонде помощи хосписам "Вера".

При этом у специалистов, занимающихся паллиативной медициной, есть сомнения в том, что закон сразу начнет работать. Так, приказ минздрава номер 1175, который позволяет врачам единолично выписывать обезболивающие препараты, действует уже почти два года, однако в реальности во многих учреждениях родственникам больных по-прежнему приходится собирать несколько подписей.

Другая проблема - затягивание перехода на более сильные препараты, а именно на морфин. Зачастую больные получают высокие дозы менее сильного обезболивающего - например, трамадола. Врачи боятся брать на себя единоличную ответственность за назначение сильного препарата.

По словам главы фонда "Подари жизнь", за последние 10 лет российские врачи утратили привычку и умение назначать наркотические обезболивающие. В настоящее время врачи крайне редко подбирают схемы с сопутствующими препаратами (слабительными, антидепрессантами, миорелаксантами), чтобы снизить побочные эффекты.

"Довольно долго перед врачами стояла другая задача - не попасть под ответственность, - сказала Чистякова. - Врачей могут привлечь к очень серьезной ответственности за самые незначительные нарушения, которые даже не ведут к утечке наркотических средств в нелегальный оборот. Например, врач, уничтожая наркотические средства, вылил их в раковину вместо того, чтобы уничтожить по акту. И все - у него уголовная ответственность".

Так, участковый врач из Красноярска Алевтина Хориняк была осуждена за то, что в 2009 году выписала трамадол своему знакомому, умиравшему от рака и уже давно не получавшему обезболивания, но прикрепленного к другому участку. Осенью прошлого года ей удалось добиться отмены этого приговора на фоне резонанса в СМИ.

Еще одна проблема связана с тем, что паллиативную помощь в настоящее время можно получить только по месту регистрации. После того как об этой проблеме в ходе "прямой линии" с Путиным заявила глава фонда "Вера" Нюта Федермессер, президент поручил до 15 июля обеспечить внесение поправок, "направленных на организацию оказания паллиативной помощи больным по месту их фактического проживания".