Золотая жила: как животные гибнут за пальмовое масло на Суматре

Пальмовое масло - настоящая золотая жила. С одного гектара земли, засаженной пальмами, можно получить в 5-10 раз больше масла, чем от любого другого растения. Но какова его истинная цена?

В мире растет потребление пальмового масла. По оценке агентства Research and Markets, его мировой рынок вырастает на 5,7% каждый год. Этот рост может ускориться по мере того, как пальмовому маслу находят новые применения.

Не отстает и Россия, в январе-феврале нынешнего года импорт пальмового масла в Россию вновь вырос, следует из статистики Росстата.

Однако потребление пальмового масла в России далеко не самое высокое в мире. Например, Индия, крупнейший в мире импортер пищевого масла, импортировала значительно больше пальмового масла.

Тем не менее пальмовое масло в России крайне популярно. В 2018 году российские СМИ со ссылкой на Росстат сообщили, что пальмовое масло стало одним из трех популярнейших импортных продуктов, наряду с бананами и картошкой.

Пальмовое масло примерно в три раза дешевле молочного жира, что вызывает подозрение у потребителей. Вопрос о том, вредно ли оно, регулярно поднимается в СМИ, но до начала нынешнего года однозначных противопоказаний не было.

В России масло используется в детском питании, сырах (если в сыре больше 50% растительного масла, то его следует называть "сырным продуктом"), полуфабрикатах, кондитерских изделиях, соусах, мороженом, консервах - почти во всем.

В марте в бюллетене Всемирной организации здравоохранения был опубликован доклад, согласно которому употребление пальмового масла приводит к ожирению и развитию хронических заболеваний.

Но это не самая большая проблема. Многие продукты питания не рекомендуются врачами, но все равно широко употребляются.

К повышению уровня холестерина в крови может привести и употребление, например, бекона. Люди знают об этом, но все равно его едят.

85% мирового спроса на пальмовое масло обеспечивают две страны - Малайзия и Индонезия. Этим странам повезло: масличные пальмы идеально растут в их климате, а экспорт масла приносит хорошие деньги.

Посмотрим на то, как индустрия добычи масла сказывается на их экологии.

Гунунг-Лёсер

Гунунг-Лёсер - это национальный парк на индонезийском острове Суматра. Это уникальное место с точки зрения биологического разнообразия. Здесь живут животные, которых нет больше нигде в мире.

Вместе с другими национальными парками, Гунунг-Лёсер образует объект всемирного наследия ЮНЕСКО - девственные влажные тропические леса Суматры.

Это 2,6 млн гектаров тропического леса, где бок о бок живут суматранские слоны, тигры, носороги и орангутанги.

Лахмудин - один из многих фермеров Суматры, которые около десяти лет назад решили засадить свою землю пальмами, из плодов которых производят масло.

Его ферма находится в провинции Ачех, рядом с парком.

"Это поле раньше было лесом", - говорит он, показывая свой участок, вырубленный в окруженной холмами долине.

Около десяти лет назад здесь вырубили очень много деревьев, чтобы посадить пальмы. Фермерам нужны деньги. "Это единственное, чем местные могут заниматься", - говорит Лахмудин.

Человек и природа

За последние 20 лет Гунунг-Лёсер потерял более 110 тыс. гектаров леса. Большая часть этого леса располагалась в низине, и после того как его вырубили, жившие в нем звери Лёсера стали чаще контактировать с человеком.

Местные жители вынуждены искать новые способы сосуществовать с животными.

Например, в одном из муниципалитетов рядом с заповедником слоны постоянно вытаптывали засеянные поля.

Местные жители нашли способ их остановить: поля начали обсаживать цитронеллой, или лимонником. Слоны обходят эту душистую траву стороной.

Юсуф - заклинатель слонов. Он много общается с этими животными и старается смягчить губительные для них последствия контакта с человеком.

Он говорит, что местные любят слонов, но посевы для них важнее. "Им нужно как-то зарабатывать", - говорит он.

Но не везде люди ищут такие решения. В нескольких километрах к югу, в городе Сингкил, большую часть плодородной земли сегодня превратили в пальмовые плантации.

Однажды в небольшой роще масличных пальм фермеры нашли застрявшего орангутанга. Вырубка леса лишила животное дома и привычных источников пищи - он пошел искать новые и застрял.

15-летнее животное спасли и обнаружили, что он ранен из пневматической винтовки.

Сотрудник местного Центра информирования об орангутангах по имени Крисна рассказывает, что приматы иногда заходят во владения фермеров и уничтожают саженцы бетеля и масличных пальм.

"Местные жители относятся к ним как к досадной проблеме", - говорит он.

Браконьерство

Орангутанги - очень популярные домашние животные, как в Индонезии, так и в других странах.

Охота на них запрещена, но это не останавливает браконьеров и местных жителей, которые пытаются подзаработать.

Как правило орангутангов забирают у матери еще младенцами. Охотятся на них зачастую именно на масличных плантациях.

Браконьерство орангутангов особенно разрушительно, потому что как правило защищающих детенышей самок просто убивают.

Детеныши, которых содержат в неволе, со временем вырастают в огромных взрослых обезьян с физической силой шестерых мужчин. Им нужно съедать до четырех килограммов овощей и фруктов в день.

Часто на этом этапе они надоедают хозяевам, и их в лучшем случае возвращают в Центр информирования, либо бросают или убивают.

Шри Лиа - одна из таких владельцев. Она решила вернуть своего "приемного сына", трехлетнего орангутанга по имени Бом-Бом, в центр, где ему помогут снова адаптироваться к жизни в природе.

"Он растет, и мы не знаем, чего он хочет", - говорит она, сдерживая слезы.

"Заводчики всегда говорят, что делают это, потому что любят орангутангов. Нет, на самом деле то, что мы для них делаем - это проявление настоящей любви. Любить - не значит обладать", - говорит Кришна.

Дороги и еще одна проблема

Судьба орангутангов тесно связана с лесом, а лес вырубают. Но еще более серьезная проблема - это фрагментация лесных массивов из-за дорог.

"Дороги - самая серьезная из проблем", - говорит директор НКО "Программа консервации суматранских орангутангов" Иэн Синглтон.

Именно с дороги начинается превращение леса в плантации масленичных пальм. Вследствие вырубки лесов Индонезия ежегодно теряет от ста до двухсот орангутангов.

Слоны и дамба

Еще один пример - деревня Лестен, которая находится в самом сердце заповедника. На машине до нее добираться из столицы 12 часов.

В прошлом году здесь впервые появилась заасфальтированная дорога. Мы едем по ней и видим, как вокруг вырубают лес. Лес вырубают везде.

Деревня на 75 жителей решает, будут ли они переезжать, чтобы освободить место для гидроэлектростанции.

Строящая ГЭС компания PT Kamirzu обещает жителям построить и новую деревню.

"Нам обещали дома площадью 45 кв. метров, мечети, школы, дом собраний и поликлинику", - рассказывает старейшина деревни Сатурудин.

Если компания исполнит обещания, то скорее всего жители деревни согласятся на переезд, и тогда дамбу построят.

Но дамба встанет на пути последней тропы суматранских слонов. Этот вид слонов - единственный в мире, который считается подверженным высокому риску вымирания.

Слоны как правило перемещаются по джунглям, следуя определенным маршрутам - тропам или коридорам.

Группа слонов очень много ест, а потому не задерживается на одном месте больше двух-трех дней. Для азиатского слона миграция очень важна - ее полный круг может занимать до десяти лет.

"Это последний сохранившийся миграционный коридор. Если он исчезнет, популяция слонов станет еще более фрагментированной, а значит, они приблизятся к вымиранию", - говорит Синглтон.

Он не считает, что сегодня есть способ остановить вымирание животных в национальном парке Гунунг-Лёсер.

"Мы должны просто его замедлить. Чтобы когда у Индонезии появится возможность защищать ту часть леса, которая останется, в нем еще останутся звери", - говорит Иэн Синглтон.

Материал подготовлен на основе репортажа Мехулики Ситепу (BBC Indonesia) и Шарлотты Паммент (BBC News).

Примечание: 7 мая 2019 года в статью были внесены изменения. Мы удалили неподтвержденные данные, а также уточнили сведения, связанные с влиянием пальмового масла на здоровье человека.