Моя тайная жизнь в роли сторонника Дональда Трампа

В марте этого года я получила письмо по электронной почте, информирующее меня о том, что мой Cadillac Deville 2003 года отзывается из соображений безопасности. Мне было сказано срочно привезти его в местное отделение компании-дилера для бесплатного ремонта.

В этом не было бы ничего необычного, да вот только живу я в Лондоне, и у меня нет (и в мыслях никогда не было приобретать) автомобиля "кадиллак" - Deville или какой-либо другой модели.

В результате дальнейшего изучения письма я поняла, что меня перепутали с мужчиной по имени Рубен Р: мой адрес электронной почты каким-то образом присовокупился к его данным.

Я и думать про это забыла, пока три месяца спустя не получила сообщение - снова предназначенное Рубену Р - от Национального республиканского сенаторского комитета (NRSC) с предложением подписать открытку ко дню рождения Дональда Трампа.

Я не стала этого делать, и вскоре получила еще одно письмо о том, что крайний срок подписания открытки продлен и мне следует поскорее этим заняться. "Больше сроки сдвигаться не будут - ПОДПИШИТЕ ОТКРЫТКУ СЕЙЧАС!" - гласило сообщение.

Так началась целая серия связанных с Трампом электронных писем, предназначавшихся Рубену Р - явно верному стороннику кандидата от Республиканской партии, но вместо этого приходивших мне - женщине-писателю скорее левых политических взглядов, живущей по другую сторону Атлантики.

Мне начала нравиться моя двойная жизнь. Затем мне выпала честь быть внесенной в официальную Республиканскую регистрационную книгу (Republican Record Book) - за 25 долларов. "Мы хотели бы отметить ваши много лет преданности и служения Республиканской партии", - говорилось в письме.

Я даже начала немного гордиться - но не настолько, чтобы платить 25 долларов.

А потом мне предложили поставить табличку "Голосуй за Трампа" перед моим домом.

"Не будьте единственным сторонником Трампа в вашем районе без таблички!" - призывали меня авторы письма. Хотя мне было трудно представить, что хоть у кого-нибудь в моем лондонском районе Финчли такая есть.

"Поставить ли мне знак "Голосуй за Трампа"?" - стала размышлять я. На моих воротах и так уже есть два знака - один в поддержку летней ярмарки в школе, где учатся мои дети, второй - с призывом помогать бездомным в районе Барнет. Я сомневалась, что там найдется место для третьего.

"ПОМНИТЕ, - гласило письмо. - Все таблички с гордостью сделаны в США! Это ВАШ ШАНС сделать свой двор снова великим!".

Когда я представляю себе двор перед американским домом, в моей голове возникают картины из фильмов. Я думаю о большой, аккуратно подстриженной лужайке, качелях и садовом разбрызгивателе, под которым могли бы резвиться маленькие дети.

Вместо этого у моего эдвардианского дома, стоящего в сплошном ряду таких же домов, есть короткая тропинка, ведущая к входной двери, немного гравия и куча сорняков. Мой "двор" никогда не был великим, так что шансов на то, что он когда-нибудь снова им станет, маловато.

И все же, если ставить перед домом табличку я не хотела, было еще много других способов выразить свою поддержку. За какие-то три доллара я могла поучаствовать в лотерее с возможностью выиграть ужин с Дональдом Трампом в роли его почетного гостя. За 12 долларов я могла приобрести выпущенный ограниченной серией магнитик на автомобиль с Трампом и [его кандидатом в вице-президенты] Пенсом.

"Вот бы у меня был Cadillac DeVille, на который его можно было бы прицепить", - вздохнула я.

По мере приближения даты выборов письма с просьбой о деньгах стали приходить все чаще и были все настойчивее.

Посыл был следующий: мое пожертвование, и только мое (ну, точнее моего альтер-эго Рубена Р), стоит между господином Трампом и постом президента.

Сообщения сочетали лесть - "Как один из самых лучших сторонников Трампа..." - с эмоциональным давлением: "Все республиканцы до единого рассчитывают на вашу помощь в достижении нашей цели".

Был и национализм - "Дорогой патриот..." - а также христианство: "Спасибо, и храни вас Бог".

Имейлы написаны шрифтом гигантского размера, а текст выделен разными цветами, чтобы я точно не заскучала - немного похоже на интернет-сайт начальной школы.

Авторы настойчиво пытаются создать у меня впечатление, что Дональд Трамп пишет только мне: "Я хочу, чтобы вы гордились, Рубен".

Если вдруг я начну витать в облаках и забуду о кнопке "пожертвовать", просьба об этом повторяется снова и снова. "Поддержите фонд победы Трампа!" - кричит надпись в большой красной рамке в конце каждого абзаца.

В июле назойливые письма про Трампа стали сражаться за место в моем почтовом ящике с похожими просьбами от Марко Рубио, республиканского сенатора от штата Флорида, который также намерен переизбираться 8 ноября.

"Я попросил своих подчиненных создать единственные в своем роде, безопасные кнопки, - говорил он мне, - чтобы мне лично приходило уведомление о вашем пожертвовании. Только благодаря вашим НЕМЕДЛЕННЫМ действиям мы сможем добиться того, что сенат Соединенных Штатов останется под контролем республиканцев".

Когда, несмотря на то, что от меня зависел успех кампании, я не стала ничего жертвовать, мне пришло письмо от самого сенатора Рубио: "Я в недоумении, - говорилось в нем. - Я только что получил тревожные новости от главы своего штаба, Клинта. Неприятные новости. Я ничего от вас не получил до истечения крайнего срока в конце квартала. Это ставит меня в очень тяжелое положение".

"Эх, Марко, - подумала я. - Я подвела вас. Я подвела Клинта. И, что самое ужасное, я подвела себя".

Мне в голову закрадывается мысль о том, что если меня перепутали с Рубеном Р, то, возможно, и его перепутали со мной.

Получает ли он, к примеру, у себя дома в Техасе сообщения о родительском собрании в лондонской начальной школе? Удивляется ли он тому, что ему присылают скидочные ваучеры женских магазинов одежды в Британии?

И грустно ли ему оттого, что он упускает шанс добиться признания в качестве одного из передовых консерваторов своего штата?

Почему никто не предложил ему внести себя в официальную Республиканскую регистрационную книгу? Почему он единственный человек на всей улице, у которого нет во дворе таблички в поддержку Трампа?

И, что самое досадное, почему сломался его Cadillac DeVille 2003 года выпуска?