Автомат вместо учебника. Как Россия делает солдат из украинских детей

На оккупированных Россией украинских территориях школьников учат обращаться с оружием и управлять беспилотниками, а еще рассказывают, что Украины как государства не существует. Самый яркий пример — это деятельность «Юнармии», военизированного патриотического движения. Украинская служба Би-би-си подробно изучила, как именно «Юнармия» работает на оккупированных территориях Украины.

Это сокращенная версия материала, опубликованного на сайте Украинской службы Би-би-си. Полную версию на украинском языке можно прочитать здесь.

Праздничная линейка в одной из украинских школ в оккупированной Херсонской области. Разгар полномасштабной войны России против Украины. Большинство учеников молча наблюдают, как юнармейцам вручают подарки, награды и медали. Даже учителя отдают честь этим детям в бежевой военной форме и красных беретах.

Школьники в новенькой форме — это члены всероссийского военно-патриотического движения «Юнармия». Самым старшим — 17 лет, самым младшим — по 8.

Дети, которые остались без подарков, потому что не входят в эту всероссийскую организацию, уже не раз видели, как юнармейцы пользуются привилегиями.

Например, все уже привыкли, что в школьной столовой им накрывают стол отдельно от остальных учеников. В этой школе юнармейцев обеспечивают трехразовым питанием: утром и в обед дают первое, второе, салат и хлеб с маслом и сыром. Остальные ученики питаются один раз в день и значительно скромнее — булочкой с чаем.

«Мы просто смотрели, как им дают один-два килограмма конфет на Новый год или как ставят блюда для них на стол в школьной столовой», — рассказал 12-летний Сергей (имя изменено) Украинской службе Би-би-си. Он один из учеников школы, которые отказались от вступления в «Юнармию».

«Мы с мамой так решили. Я не хотел там быть. Учителя несправедливо относились к таким, как я: занижали оценки, в конфликтах всегда становились на сторону юнармейца или кадета. Те могли совсем не знать тему урока, но им все равно ставили четверку или пятерку, а не двойку», — рассказывает мальчик.

За три года жизни в российской оккупации Сергей сменил несколько школ. Сейчас он вместе с семьей находится на территории, подконтрольной Украине.

По его наблюдениям, от трети до половины учеников в его классах обучались по милитаризованным программам.

Эти дети либо участвуют в движении «Юнармия», либо учатся в специализированных гвардейских классах, которые курирует Росгвардия. Еще один способ милитаризации детей — кадетские классы, которые на оккупированных территориях открывает Следственный комитет РФ.

Всех этих детей готовят либо к службе в российской армии, либо к работе в других силовых структурах. У них лучшее питание и форма, они могут поехать в российский лагерь на каникулы.

Через «Юнармию» в России прошли более 1,8 млн детей, ее выпускники служат в российской армии и других силовых структурах.

Сейчас именно эта организация активно привлекает в свои ряды украинских детей на всех оккупированных территориях.

Последствия массовой милитаризации хорошо видны на примере ДНР, где эти процессы начались раньше, чем в оккупированных областях юга Украины. «Юнармия» открыто заявляет об идеологической обработке украинских детей, в каждом шаге которых, как говорит руководитель движения Владислав Головин, «должна чувствоваться Россия».

Головин сам принимал участие в боевых действиях против Украины , в частности, в захвате Мариуполя.

«Учат целовать флаг России»

«Из слов одноклассника я понял, что в „Юнармии“ их учителя говорили им: не важно, сколько тебе лет. Если Украина нападет на твое украинское село или город — то есть, как они это называют, „на Россию“, — ты должен взять автомат и идти воевать», — рассказывает Сергей.

Мальчик вспоминает, что в «Юнармии» его одноклассник учился разбирать и собирать автомат, «целовать флаг РФ», петь российский гимн, обращаться с холодным оружием, правильно застегивать кобуру пистолета.

«Мой товарищ иногда исчезал на несколько дней. Потом рассказывал, что у них были военные лагеря. Там их учили рукопашному бою, военной тактике. Они также паяли дроны. Благодаря „Юнармии“ он мог куда-то выехать, увидеть красивые, ухоженные города. Это как глоток свежего воздуха в оккупации. Начинает казаться, что Россия — это что-то хорошее», — рассказал Украинской службе Би-би-си о буднях своего друга в «Юнармии» студент Алексей (имя изменено). Мальчик жил в оккупации в Донецкой области, откуда позже выехал на подконтрольную Украине территорию. В начале полномасштабного российского вторжения он еще учился в донецкой школе.

Помимо «Юнармии» в России существуют и другие патриотические организации, которые занимаются воспитанием детей. Это и «Движение первых» (глава «Юнармии» Владислав Головин занимает там пост зампреда), и более мелкие структуры.

Вместе эти движения так или иначе охватывают все большее количество украинских детей, оказавшихся в оккупации или депортированных в Россию.

В ДНР, по официальной информации, действуют 180 отрядов «Юнармии». Одни из самых активных — военно-патриотические клубы из Мариуполя и Волновахи, городов, оккупированных Россией в 2022 году.

Например, в Мариуполе перед юнармейцами регулярно выступал глава отдела по делам семьи и молодежи в оккупационной городской администрации Валерий Онацкий, в прошлом депутата горсовета от ныне запрещенной в Украине партии «Оппозиционная платформа — За жизнь» (ОПЗЖ)

В своих выступлениях он настраивает местных подростков на войну против Украины, призывая «совместно победить нечисть» и «выстоять» в любом бою.

В некоторых школах оккупированного Донбасса были созданы целые «юнармейские» классы, свидетельствует Центр противодействия дезинформации при СНБО Украины. Детей заставляют в них вступать, угрожая родителям санкциями - например, штрафами или лишением доступа к школьным услугам.

Идеологическую обработку в «Юнармии» дополняют школьные «Разговоры о важном», на которых пытаются разрушить идентичность украинских школьников.

«Украинцев на этих уроках называли бандеровцами, укропами. О России говорили, какая она могучая. Нам рассказывали, что это Украина виновата в том, что распался СССР, что в Великой Отечественной войне победил русский народ. Мы спрашивали, а почему забыли об Украине? Это было смешно слушать», — делится воспоминаниями Сергей.

От огнемета до поиска останков людей

Большинство мероприятий «Юнармии» связано с получением военных навыков - это и стрельба, и первая медицинская помощь, и ношение знамен. Детям также объясняют, как искать останки солдат на примере погибших во Второй мировой войне.

Би-би-си подсчитала на основе сообщений в телеграм-канале «Юнармии» в ДНР, что с января по август 2025 года организация провела на оккупированной территории Донецкой области как минимум 1275 мероприятий. В них участвовали юнармейцы из разных городов и поселков. 84% этих мероприятий были связаны с войной или службой в армии.

«Юнармейцам говорят, что даже если они несовершеннолетние, все равно должны быть готовы воевать, независимо от возраста. В любой момент Россия может переступить черту и привлечь несовершеннолетних в свою армию», — считает Мария Сулялина, правозащитница, глава Центра гражданского просвещения «Альменда».

Дети, в частности, встречались с представителями российских военкоматов. Им объясняют, как проходит призыв в российскую армию и каковы условия срочной службы. Среди гостей также участники «СВО» и военнослужащие - выпускники «Юнармии».

Из сотен занятий по стрельбе и обращению с автоматом мы нашли информацию только об одном занятии с психологом, где не шла речь о «долге защищать отечество». Там с детьми просто говорили об их эмоциях и потребностях.

Также было упоминание только об одном занятии по правилам дорожного движения. Зато тысячи часов посвятили военной подготовке.

С детьми, например, проводили отдельные занятия о том, как пользоваться огнеметом «Шмель», учили обращаться с крупнокалиберным пулеметом «Утес», осколочными ручными гранатами и «перепрошивать» Starlink.

Больше всего мероприятий «Юнармии» — по подсчетам Би-би-си, около 25% — было посвящено событиям Второй мировой войны и памяти погибших советских солдат. При этом во время походов по музеям и встреч с ветеранами постоянно проводятся параллели между войнами: «СВО» называют продолжением той же борьбы, только теперь враги — это «неонацисты», «укрофашисты» и «возрожденная фашистская чума».

Учат детей почитать и «героев ДНР», в том числе первого главу самопровозглашенной республики Александра Захарченко. Дети ухаживают за их могилами и памятниками. К этому «пантеону героев» добавляются и погибшие участники «СВО».

В рядах «Юнармии» на оккупированных территориях Украины состоят более 43 тысяч детей. Это — российские данные на август 2025 года. По оценке офиса украинского омбудсмена Дмитрия Лубинца, всего на оккупированных территориях живет около 600 тысяч школьников.

В 2025 году в это военное движение вступили дети, которые родились уже во время войны на Донбассе. Они не знают иной реальности, кроме российской оккупации, в условиях которой их готовят к войне с Украиной.

Реальное число украинских детей, которых там учат разбирать и собирать автомат и маршировать с флагом России, больше, чем номинальная численность членов организации. В мероприятиях участвуют и младшие школьники, с которым занимаются юнармейцы в летних лагерях.

Алексей, например, вспоминает, что классная руководительница звонила ему и просила прийти на мероприятия «Юнармии», хотя он в движение не вступал.

На встречах со школьниками юнармейцы рассказывают про свою организацию и агитируют за вступление.

Украинские дети принимают участие и в разных всероссийских военно-патриотических конкурсах, играх и сборах.

Так, на оккупированных территориях регулярно проходят зональные, местные и региональные этапы всероссийской игры «Зарница 2.0». В их рамках дети участвуют в конкурсах командиров, политруков, саперов, операторов БПЛА, проходят строевую, огневую и тактическую подготовку, учатся общей военной грамотности и тактической медицине. Кроме того, они участвуют в спортивной эстафете.

Участвовать в «Зарнице» обязаны все школы на оккупированных территориях Украины. Учеников 5-11 классов делят на две «армии», которые воюют друг с другом. Главным судьей должен быть директор школы.

«Участие детей в этой возрожденной российской военизированной игре, где они участся управлять дронами, вести кибервойну и информационные атаки, выглядит особенно угрожающе. Детей распределяют по ролям в „военных командах“: штурмовик, оператор БПЛА, политрук, военный корреспондент. Фактически это подготовка к гибридной войне», — сказала Би-би-си Дарья Герасимчук, советница-уполномоченная президента Украины по правам детей и детской реабилитации.

Милитаризация по поручению Путина

Но это лишь один пример из десятков прочих военно-патриотических игр, конкурсов, форумов, сборов и лагерей, куда приглашают детей с оккупированных территорий. Большинство из них проходит на территории России.

В России и на оккупированных территориях есть сотни мест, где детей во время каникул учат маршировать строем, обращаться с автоматом и управлять дронами.

Например, юнармейцы с оккупированных территорий ездили в военно-патриотический лагерь «Гвардеец» в Московской области и во всероссийский детский центр «Орленок» в Краснодарском крае. Они принимали участие в военно-спортивных соревнованиях «Юнавиа» и «Юнфлот» на территории России и во многих других сборах, форумах и лагерях.

Сотрудники Лаборатории гуманитарных исследований Йельской школы здоровья общества выявили 210 таких «мест переучивания» детей из Украины. Примерно пятая часть, по их данным, занимается именно военной подготовкой детей в возрасте от восьми до 17 лет.

Часть этих программ рассчитана на более узкую возрастную группу — юношей и девушек 14-17 лет.

Такая подготовка ведётся не только в военно-патриотических лагерях, но и в санаториях, кадетских школах и на базах российской армии.

Как минимум за девять таких центров и лагерей перевоспитания детей в «юных защитников России» отвечают «Юнармия», центр военно-спортивной подготовки и патриотического воспитания «Воин» и центр военно-спортивного воспитания молодежи «Авангард». Они сотрудничают между собой.

Центр «Воин» был создан по поручению Путина. Центр «Авангард» основало правительство Московской области в сотрудничестве с Министерством обороны РФ.

Представление о том, чем именно там учат детей, можно получить из программы детско-юношеского лагеря центра «Воин», проходившего в июле 2025 года. В нем были и дети с оккупированных украинских территорий. Их там учили военно-инженерному и саперному делу, стрельбе, тактике боя и тактической медицине. Это — типовая программа таких всероссийских лагерей.

В других похожих лагерях украинских детей учат искать останки погибших солдат, рыть окопы, штурмовать позиции противника в малых группах, вязать морские узлы, управлять дронами и даже прыгать с парашютом. Обязательным элементом является и усиленная физподготовка.

Авторы исследования из Йельской школы здоровья общества назвали милитаризацию, которую проводит Россия, «психологическим и физическим приучиванием детей к технологиям, практикам и культуре российских военных».

Это «приучивание» включает и симуляцию военных сценариев. Дети вместе с профессиональными военными имитируют стрелковый бой, штурмы малыми группами и другие боевые операции.

Вдобавок ко всему украинских девушек и юношей приучают у мысли, что умереть за Россию — это почетно.

В школах на оккупированных территориях, как и в самой России, ставят в классах «парты героев» в честь убитых на войне выпускников.

Например, в мае 2024 года в школе города Кальмиусское в Донецкой области открыли «парту героя» в честь Ивана Шифмана. В школе он был членом «Юнармии», после этого служил в Первой славянской бригаде ДНР и погиб на фронте в апреле 2022 года. Его случай описан в отчёте украинского Центра противодействия дезинформации.

Дарья Герасимчук говорит, что украинской стороне известны случаи гибели на войне с российской стороны украинских молодых людей, которых российские власти вывезли в Россию. Позже, по достижении совершеннолетия, их мобилизовали.

«Они погибли на фронте, воюя против собственного народа. Это наициничнейшее свидетельство того, к чему приводит политика милитаризации детей», — говорит Герасимчук.

В российской армии могут оказаться не только депортированные юноши, но и те, кто живёт на оккупированных территориях Херсонской и Запорожской областей. Осенью 2024 года Россия, по данным украинской военной разведки ГУР, начала проводить на этих территориях, оккупированных в 2022 году, призыв в армию.

Таким образом в рядах российской армии могли оказаться около 300 молодых людей. По меньшей мере часть из них в 2022 году были ещё несовершеннолетними.

Дарья Герасимчук подчеркивает, что Россия планирует использовать украинских детей в своей армии.

«Этих детей выращивают для войны. Когда они достигают соответствующего возраста, их отправляют на фронт, чтобы воевать и умирать за интересы России. Если проблема похищений будет проигнорирована, Россия может получить до 1,6 миллиона украинских детей, превратив их в оружие против безопасности Европы и всего мира», — говорит Герасимчук.

1,6 миллиона — это примерная оценка числа всех украинских детей, оказавшихся под оккупацией, она включает и детей, которых Россия вывезла.

За все время полномасштабной войны украинское государство смогло вернуть из-под оккупации и из России более 1500 детей. 980 детей помог найти и вывезти благотворительный фонд Save Ukraine.

«Юнармия» и военные преступления

Вся описанная выше система милитаризации украинских детей сама по себе, по международному праву, не считается военным преступлением.

Для этого нужны дополнительные доказательства того, что Россия нарушает законы и обычаи ведения войны или совершает другие международные преступления, проводя военно-патриотические мероприятия с участием украинских детей.

Военным преступлением считается участие несовершеннолетних в операциях взрослой армии. По оценке Марии Сулялиной, движение «Юнармия» пока действует на грани допустимого.

Статья 50 той же конвенции указывает, что государство-оккупант не может «вербовать детей в подчиненные ему формирования или организации». В комментариях 2025 года к Женевской конвенции поясняется, что это положение призвано «предотвратить любое повторение практики, которая затронула большое количество детей во время Второй мировой войны», когда детей принуждали вступать в различные политические движения.

«Запрет распространяется на все формы вербовки, как добровольной, так и обязательной. Он также охватывает все виды формирований или организаций, независимо от их названия и функций или целей. К ним могут относиться, например, спортивные, культурные или общественные группы или ассоциации», — говорится в документе.

Cтатья 51 Четвертой Женевской конвенции напрямую запрещает включать жителей оккупированных территорий в списки вооруженных формирований государства-оккупанта, в том числе и детей.

Но что именно считать таким «включением в списки армии»: зачисление в воинскую часть, внесение в перечень будущих призывников или в российский реестр воинского учета?

Украинские подростки — участники движения «Юнармия» — действительно встречаются с представителями российских военкоматов, чтобы обсудить условия службы в армии. Последние при этом получают доступ к их персональным данным.

В год, когда подростку исполняется 17 лет, Россия автоматически вносит его в электронный реестр воинского учёта. Это предусмотрено статьей 9 федерального закона «О воинской обязанности и военной службе». С недавних пор это требование распространяется и на украинских юношей 16–17 лет.

В октябре 2025 года Национальная полиция Украины сообщила об открытии уголовного дела против руководителя регионального штаба «Юнармии ДНР» и еще шести глав местных подразделений — по факту милитаризации украинских детей.

Следствие ссылается на указ бывшего министра обороны РФ Сергея Шойгу от 16 марта 2022 года. Он предписывал готовить «человеческий резерв» из 17–18-летних участников движения для участия в «СВО». Руководителям «Юнармии» поручалось определить темпы и методы подготовки юношей к участию в боевых действиях.

Исследователи Йельской школы общественного здоровья считают, что Россия нарушает несколько ключевых международно-правовых актов — Женевские конвенции 1949 года и Дополнительный протокол 1977 года, Конвенцию ООН о правах ребенка и Римский статут Международного уголовного суда.

По словам Дарьи Герасимчук, украинская прокуратура, СБУ и Минюст также собирают доказательства идеологической обработки детей, вовлечения их в военизированные структуры и уничтожения их идентичности.

«Мы используем все доступные инструменты международного права: обращаемся в органы ООН, отчитываемся перед Комитетом по правам ребенка», — поясняет она.

По инициативе президента действует программа Bring Kids Back — по возвращению украинских детей. Этой же темой на международном уровне недавно занялась первая леди Украины Елена Зеленская.

В сентябре этого года, по инициативе Киева, она встретилась с Меланией Трамп на полях 80-й сессии Генассамблеи ООН в Нью-Йорке. Они обсуждали судьбу украинских детей, ставших жертвами российской агрессии, и возможные способы помощи. Ранее первая леди США направила письмо Владимиру Путину с призывом к миру ради детей.

Украина обсуждает возвращение детей со всеми своими партнерами — не только западными, но и арабскими странами. Посредником в этом процессе выступает, в частности, Катар.

Движение «Юнармия» находится под санкциями Украины, США, ЕС, Великобритании, Канады, Австралии, Японии и Швейцарии.

Утраченная связь

Дети, находящиеся в оккупации или депортации, могут переживать так называемый «синдром утраченной связи» — понятие, предложенное украинскими психологами и педагогами, изучающими милитаризацию украинских школьников Россией.

«Это разрыв с внутренним эмоциональным миром, с собственной идентичностью, с родственниками, привычным социальным окружением и культурными смыслами», — объясняет Янина Омельченко, и.о. заведующей лабораторией психологического консультирования и психотерапии Института психологии имени Костюка.

Специалисты считают этот разрыв психологическим насилием над ребенком, проявляющимся в индоктринации и милитаризации.

«Вся российская система построена на страхе и подчинении. Ребенок должен бояться и говорить только то, что ему разрешили. Некоторые дети сознательно скрывают свои настоящие мысли, вынуждены приспосабливаться. Многое также зависит от позиции их родителей — считают ли они, что Россия "навсегда"», — говорит психолог фонда «Голоса детей» Наталья Сосновенко.

При этом, по ее словам, старшие дети могут делать вид, что подчинились, но внутренне хорошо помнят, кто они на самом деле.

«После выезда с оккупированной территории в подконтрольную Украине зону не нужно ничего навязывать категорично. С детьми важно разговаривать, помогать им самим определиться со своей идентичностью. Важно также наладить контакт с другими детьми», — объясняет Сосновенко, подчеркивая, что возвращение домой должно быть не только физическим, но и ментальным.

***

Тем временем Сергей вместе с мамой привыкает к новой — свободной — жизни.

Но мальчик хорошо запомнил, как выглядела российская милитаризация его сверстников: когда тебе дают маленькую булочку вместо полноценного трехразового питания — только потому, что ты отказался участвовать в «патриотических» мероприятиях.

И когда на уроке истории делают вид, будто государства Украина вовсе не существует.

Иллюстрации и графика: Ангелина Корба.

В подготовке материала приняла участие Марьяна Матвейчук.

Редактор: Дарья Тарадай.