Что изменилось во Франции спустя год после процесса по делу Жизель Пелико

Это немного сокращенный перевод репортажа корреспондента Би-би-си во Франции Эндрю Хардинга, опубликованного на сайте BBC News

Жертва массового изнасилования, француженка Жизель Пелико вновь появится в суде и встретится там с одним из своих насильников — единственным мужчиной, который обжаловал прошлогодний приговор. Тогда 51 человек был признан виновным в сексуальном насилии над женщиной, находившейся без сознания под воздействием наркотиков, которыми ее накачивал супруг.

Во время судебного процесса смелая позиция мадам Пелико была воспринята как потенциальный катализатор в борьбе с сексуальным насилием. Но во Франции этот оптимизм, похоже, угасает.

«Я размозжу тебе голову, если ты сейчас же не уйдешь», — прорычал мужчина, стоявший у средневековой церкви в Мазане, живописном городке, где когда-то жили Жизель и Доминик Пелико.

Он подслушал, как я спрашивал пожилую женщину о влиянии дела Пелико на Францию, и, угрожая уничтожить нашу камеру, объяснял, что город устал от того, что его связывают с одним из самых громких судебных процессов по делу об изнасиловании в мире.

Несколькими днями ранее мэр Мазана публично озвучил тот же аргумент в более мягкой форме, описав многолетние испытания Жизель Пелико как «частное дело… которое не имеет к нам никакого отношения».

Можно понять желание мэра Луи Бонне защитить репутацию своего города и его туристическую индустрию. Но стоит отметить, что годом ранее он попал в заголовки газет по всей Франции после того, как дважды сказал мне в интервью, что хочет «смягчить» серьезность испытаний, через которые прошла Жизель Пелико, потому что «никто не умер» и дети не пострадали.

Стоит также сказать, что почти все женщины, с которыми мы разговаривали в Мазане, не разделяли желание мэра рассматривать дело Пелико в первую очередь как нечто, что «нужно оставить в прошлом».

33-летняя госслужащая, представившаяся как Орели, курила сигарету в тени недалеко от церкви. Она говорила с нескрываемой горечью.

«Никто больше об этом не говорит, даже здесь, в Мазане. Как будто этого никогда не было. Я знаю человека, который сейчас подвергается домашнему насилию. Но женщины скрывают это. Они боятся мужчин, которые так поступают», — сказала она, выразив уверенность, что многие из тех, кто насиловал Жизель Пелико, остались на свободе.

Проходя мимо пары греющихся на солнце кошек, 68-летняя Аврора Баралье тоже была готова поговорить, но придерживалась иного мнения о деле Пелико: «Мир меняется. Франция меняется». С помощью мадам Пелико? «Да. Это стало стимулом для женщин говорить свободно», — ответила она.

Во Франции нет сомнений в том, что резонанс по всему миру, вызванный решимостью Жизель Пелико «перенести позор с одной стороны на другую», от жертвы к насильнику, придал дополнительный импульс кампании против сексуального насилия, начатой до этого движением #MeToo.

«Я бы сказала, что изменение поведения — это процесс, который занимает несколько поколений. [Но] дело Пелико вызвало огромную, историческую мобилизацию… против сексуального насилия и безнаказанности», — сказала Алисса Ахрабаре, которая координирует сеть из 50 феминистских организаций во Франции.

«Да, Франция изменилась. Количество жалоб на изнасилования утроилось, что свидетельствует о том, что жертвы — женщины и девочки — открыто говорят о случившемся и требуют справедливости», — соглашается Селин Пикес, представительница НПО Dare to be feminist («Смелость быть феминисткой»).

И все же та энергия и оптимизм, которые охватили Жизель Пелико в декабре прошлого года, когда она вышла из здания суда в Авиньоне и оказалась в окружении своих сторонников, не привели к существенным изменениям в подходе французского государства к проблеме сексуального насилия.

Действительно, среди активистов и экспертов существует почти полный консенсус в том, что ситуация, напротив, ухудшается.

«К сожалению, правительство не реагирует», — говорит Селин Пикес, указывая на статистику о том, что количество вынесенных обвинительных приговоров остается на прежнем уровне, несмотря на резкий рост числа зарегистрированных случаев изнасилования.

«Картина мрачная. Наблюдается негативная реакция. Идеи культуры сексуального насилия стремительно возвращаются. Мы видим это по росту популярности маскулинного движения, особенно среди юношей и подростков», — говорит Алисса Ахрабаре.

На фоне финансового и политического кризиса во Франции, стремительного роста госдолга и смены пяти премьер-министров за последние два года правительство отстаивает свою позицию, заявляя о «решительных» изменениях, включая утроение расходов на эту сферу за последние пять лет.

Однако в резком отчете Сената, опубликованном этим летом, был сделан вывод, что правительству «не хватает стратегического компаса» в вопросах борьбы с изнасилованиями и другими формами сексуального насилия. Совет Европы также недавно подверг Францию резкой критике за усилия по защите женщин.

Информированный источник сообщил нам, что даже данные о количестве изнасилований, зарегистрированных во Франции, являются ненадежными из-за чрезмерно сложной бюрократической системы.

Иногда местные новости дают небольшой повод для оптимизма.

В Дижоне 60-летний мужчина, обвиняемый в том, что накачал жену наркотиками, чтобы другие могли ее изнасиловать, был арестован в августе после того, как один из приглашенных мужчин позвонил в полицию, усомнившись в «согласии» женщины.

Как сказала нам адвокат предполагаемой жертвы Мари-Кристин Клеппинг, она уверена, что знание о деле Пелико и страх оказаться вовлеченным в нечто подобное побудили его позвонить в полицию.

В мае французская кинозвезда Жерар Депардье был признан виновным в сексуальном насилии над двумя женщинами, что многие юристы и активисты назвали значительным ударом по широко распространенной культуре безнаказанности, позволяющей влиятельным мужчинам насиловать женщин.

«Я не думаю, что процесс [по делу Пелико] что-то изменил на уровне полиции и судебных органов», — сказала Эммануэль Ривье, адвокат, специализирующаяся на делах об изнасиловании. Она сослалась на хроническую нехватку персонала, а также на недостаток подготовки полицейских.

Тем временем Жизель Пелико возвращается в суд в южном городе Ним, чтобы встретиться с одним из мужчин, осужденных за ее изнасилование.

«Она чувствует, что должна присутствовать там и обязана присутствовать до полного завершения процесса», — объяснил мне ее адвокат Стефан Бабонно.

Истинные последствия ее решения отказаться от права на анонимность могут быть неясны еще долгие годы, но адвокат Элоди Тюайон-Ибон не склонна к оптимизму.

«Это кое-что изменило. На самом деле очень мало», — заключила она, сравнив сексуальное насилие во Франции с «войной, которую ведут против женщин и детей каждый день». «Нам еще многое предстоит изменить», — добавила адвокат.

Я спросил, удивлена ли она, что дело Пелико не оказало более глубокого влияния. «Нет. Совсем не удивлена, ведь это Франция. Культура изнасилования глубоко укоренилась в нашем обществе. И пока это не примут во внимание в рамках государственной политики, ничего не изменится», — ответила она.

При участии Марианны Бейсни