«Чечня ее не отпускала». Кто убил Айшат Баймурадову и что это значит для тех, кто решился на побег

Айшат Баймурадова — первая чеченка, убитая за пределами России после побега из республики. Обычно если кто-то ищет чеченских женщин, сбежавших от домашнего насилия, — это их семья. Родственники могут уговаривать вернуться, угрожать и похищать. Некоторых впоследствии убивали. Но в этот раз правозащитники сомневаются, что семья Айшат имела отношение к произошедшему. Именно это вызывает у других девушек со схожей судьбой наибольшую тревогу: если за убийством стоит кто-то другой, откуда теперь исходит угроза и значит ли это, что все они не в безопасности?

Алекс

В феврале 2025 года 23-летняя Алекс гуляла по улицам небольшого армянского городка, когда одна из прохожих привлекла ее внимание своими яркими волосами и сложными татуировками. Алекс подошла познакомиться, девушки быстро нашли общий язык, обменялись контактами, и в конце разговора Алекс позвала новую знакомую в гости.

Настоящее имя Алекс — Айшат Баймурадова. На тот момент она прожила в Армении всего несколько недель и только-только начала снова свободно выходить на улицу и пользоваться телефоном. Через новую знакомую Алекс — так она представлялась в новой стране — познакомилась с компанией россиян, которые вместе снимали дом.

«Она очень хотела общаться, дружить, найти своих людей. Однажды Алекс записала мне голосовое, где сказала, что не верит, что это реально, что существуют люди, которые ее понимают», — вспоминает знакомая Айшат Мария.

Одно такое сообщение сохранилось. Голос Айшат говорит: «Как же здорово было вчера. Это какой-то прекрасный сон».

«Алекс действительно хотела человеческой близости, но ей очень сложно это давалось, потому что она всегда оставалась в травме Чечни. Чечня никогда ее не отпускала», — вспоминает Мария.

Алекс рассказывала друзьям в Армении, что выросла в семье, где дети воспитывались в религиозной строгости: например, отец жестоко наказывал Айшат, если та пыталась общаться с мальчиками в школе.

По словам девушки, с четырехлетнего возраста она сталкивалась с насилием со стороны отца. «Я хорошо помню, как она описывала это. Ужасная травма на всю жизнь», — вспоминает Мария разговоры с подругой.

Айшат говорила, что ее отец — Алихан Баймурадов — «военный пенсионер». Издание «Важные истории»* предполагает, что мужчина служил оперативником в полиции. Также журналисты издания выяснили, что дядя Айшат, Ислам Баймурадов, — сотрудник УМВД по Чечне. Алекс утверждала, что ее бабушка — двоюродная сестра Ахмата Кадырова, и «Важные истории» пишут, что это возможно.

Айшат Баймурадова рассказывала, что когда ей исполнилось 20 лет, ее выдали замуж за 29-летнего инструктора по стрельбе, которого до свадьбы она видела всего несколько раз. Позже она рассказывала, что муж бил ее, держал взаперти, установил дома камеры, чтобы следить за женой, не разрешал пользоваться телефоном. В этом браке Айшат родила сына.

«Я не знаю, хотела ли она вообще ребенка, потому что [ее жизнь] была сплошным насилием. Мне было страшнее всего спрашивать у нее про ребенка, потому что в свои 23 года она сама была еще ребенком. [У нее был] чистый взгляд на вещи, потому что она ничего не видела, считай, в своей жизни. То есть это ребенок, у которого есть ребенок. Но она понимала, что сын уже не принадлежал ей, что никогда из Чечни его не украдет. И Чечня внутри него тоже никогда не исчезнет. Она знала, что муж [и его семья] перелопатят детскую психику и убедят сына, что мать предатель», — говорит Мария.

Чтобы сбежать из Чечни, Айшат написала сразу нескольким правозащитным организациям. Одним, помогающим женщинам с детьми, она рассказывала о своем сыне. Другим, которые защищают права ЛГБТ+, Айшат писала, что она трансперсона. Известно, что в Армении она действительно представлялась именем Алекс, но откликалась на обращение «она».

Правозащитная группа СК SOS* помогла эвакуировать Айшат в конце прошлого года. Правозащитники помогли ей с деньгами и жильем на первые три месяца — это время дается девушкам, чтобы прийти в себя и найти работу. После чего они выходят из программы и живут самостоятельно.

Не слабая

Друзья описывают Айшат как невысокую, но «очень крепкую». Алекс открыто постила в соцсетях свои фотографии с короткой стрижкой и в одежде, которую она не могла бы носить в Чечне.

В Армении она сбрила часть брови и стала походить на Элли из сериала The Last of Us, а еще записалась в спортзал — мечтала накачаться, стать более сильной.

«У нее был высокий и громкий голос. Несмотря на ужас, который она пережила, она создавала впечатление человека жизнерадостного. В ней было много энергии. И еще она очень крепко обнималась», — вспоминает Мария.

Айшат стремилась к независимости — она сразу устроилась на работу официанткой. Друзья вспоминают ее 12-часовые смены «за сущие копейки». С коллегами у Алекс не ладилось — в провинциальном армянском городе не оценили ее манеру общения и осуждали за то, что она не занята поисками «нормального мужа». Терпеть такое к себе отношение девушка не хотела и отвечала резко, не боясь вступать в конфликты.

С таким графиком работы времени на друзей почти не оставалось, но она все равно иногда заходила посмотреть вместе кино. «Алекс очень хотела зарабатывать деньги и быть независимой. Наверное, чтобы никто не мог ей больше сказать, что она слабая», — говорит Мария.

Не найдя нормальных условий в провинции, Айшат решилась на переезд в Ереван, где мечтала однажды стать поваром. Она снимала квартиру вместе с новыми друзьями и временно устроилась на работу клинером.

Правозащитники опасались, что, учитывая связи ее родственников, те обязательно попытаются вернуть девушку домой, но этого не происходило. Айшат сама написала семье.

«У них была короткая переписка, в рамках которой они сначала ее просили вернуться и говорили, что все будет иначе. Когда она отказалась, они отреклись от нее: "Ты больше не дочь, не жена, мы тебя трогать не будем, нас тоже не трогай"», — рассказывает Александра Мирошникова, пресс-секретарь правозащитной группы СК SOS.

Доверчивая

В отличие от большинства девушек, которые после побега ведут закрытый образ жизни, Айшат активно вела соцсети под своим именем, не скрывала лица, критиковала патриархальную систему в Чечне, религию, чеченских мужчин и собственную семью.

«Отец, я знаю, что скорее всего ты наблюдаешь за мной, как делал это раньше. Сейчас мне снился сон, как ты говорил о том, чтобы я не рассказывала никому о тебе, чтобы я пожалела своих сестер и братьев, ведь когда-то они станут взрослыми, будут все это читать. И когда я тебя спросила во сне, почему ты не пожалел меня, когда мне было 4 года, ты как всегда наорал на меня — это было как наяву», — писала Айшат в инстаграме.

Айшат критиковала и других чеченцев, и лично Рамзана Кадырова. Сотрудники сразу нескольких правозащитных организаций призывали Айшат быть осторожнее с публичными высказываниями.

«Это, конечно, не то, что может себе позволить сбежавший из Чечни человек. Это применимо не только к Армении, но и к европейским странам. Люди, уехавшие из Чечни, ведут либо совсем непубличный образ жизни, либо тщательно скрывают свое местоположение, не общаются с незнакомцами. Пойти на встречу с незнакомкой — это 100% не то, что себе может позволить любой критик Кадырова», — говорит Александра Мирошникова из СК SOS.

Мария, подруга Алекс, считает, что девушку можно было назвать «доверчивой»: «Сейчас люди ее обвиняют в том, что она поверила этой Карине. Но я думаю, что это было именно желание жить нормально и верить людям».

15 октября Айшат отправилась на встречу с подругой. Знакомый Баймурадовой рассказал изданию Port, что около 1-2 часов ночи Айшат скидывала видео, на которых она в квартире подруги пьет виски. А после 3 часов ночи Алекс перестала выходить на связь. В тот день Айшат Баймурадова не вернулась домой.

Полиция Армении начала искать девушку 17 октября. Двумя днями позже в полицию поступил звонок — мужчина обнаружил в своей квартире, которую он сдавал, тело Айшат. Основательница проекта «Кавказ без матери» Лидия Михальченко сообщила, что девушку могли задушить.

«Моя самая»

Карина Иминова утверждала, что она родом из Дагестана, но на самом деле родилась в городе Ош, Кыргызстан. Собеседник Би-би-си, лично знакомый с Иминовой и видевший ее документы, говорит, что Карина принадлежит к лакцам — это один из коренных народов Дагестана.

В открытых источниках прослеживается ее связь с республикой: в 2022 году ее полная тезка подала иск в суд к местному жителю, которому она одолжила 280 тысяч рублей, но тот не вернул деньги и перестал выходить на связь. Иск Карина Иминова выиграла. Кроме того, Иминову неоднократно видели в республике.

Есть у Карины и связи с Чечней — правозащитники обнаружили, что в этой республике на нее оформили штрафы за нарушения ПДД. А в инстаграме на нее подписана Рубати Мицаева — экс-соратница бывшего чеченского полевого командира Ахмеда Закаева, которая несколько лет назад вернулась в Чечню, перейдя на сторону Кадырова.

У Иминовой нет высшего образования, она нигде не работает, но владеет несколькими дорогими иномарками. По данным «Важных историй», у нее в собственности есть квартира в подмосковном Красногорске, но, судя по открытым источникам, по данным на конец прошлого года, Карина Иминова проживала в элитном ЖК «Мосфильмовский».

Источник Би-би-си, имеющий доступ к базе авиаперелетов, сообщил, что за последние годы Карина Иминова несколько раз летала в Армению, но чаще всего бывала в Объединенных Арабских Эмиратах. Издание «Агентство»* обратило внимание на то, что фотография Карины размещена на сайте моделей под псевдонимом Jamilia D. Эти же фото можно найти на ресурсах с предложением секс-услуг в Москве.

Источник Би-би-си, имеющий доступ к нескольким утекшим базам данных, говорит, что Карина нередко получала специфические доставки: например, вагинальные шарики, фаллоимитаторы и кожаные наручники.

Подругу, после встречи с которой исчезла Айшат, зовут Карина Иминова. Хотя в некоторых медиа утверждалось, что это была первая личная встреча девушек, на странице Айшат в инстаграме есть совместная фотография с Кариной от 20 сентября. Подпись: «Моя самая».

По данным проекта «Кавказ без матери», Карина Иминова попала на камеры видеонаблюдения у дома, где впоследствии нашли тело Айшат. На кадрах с ней был еще один человек — неизвестный мужчина, который не скрывал своего лица. По данным правозащитников, они оба уже выехали в Россию.

Друг Баймурадовой, также знакомый с Иминовой, рассказал, что видел Карину в гостях у Айшат, и девушка произвела на него неприятное впечатление: она рассказывала, как жила в Москве «жизнью содержанки».

Карина, по словам знакомых Айшат, сама познакомилась с Баймурадовой в соцсетях, после чего приехала в Армению и стала приглашать Айшат на вечеринки.

В 2021 году Иминова чуть не стала фигурантом уголовного дела. Собеседник Би-би-си, знакомый с ситуацией, рассказал, что все началось с конфликта на дороге. Одна женщина выезжала на машине со двора, а Иминова заезжала. Карина отказалась уступить дорогу. В ходе конфликта она выскочила из машины с огромным ножом и, выкрикивая угрозы, порезала колеса машине, преграждавшей ей путь. У свидетеля происшествия сложилось впечатление, что Иминова в тот момент была нетрезвой.

Потерпевшая подала заявление в полицию, но позднее отозвала его после разговора с Кариной по телефону.

«Она плакала, просила прощения. И я ее простила. Но в этом разговоре она такую фразу мне сказала: "Хорошо, что вы тогда не вышли [из машины]. Если бы вы вышли, я пырнула бы этот нож в вас"», — вспоминает женщина, на которую тогда набросилась Иминова.

Сейчас правозащитники говорят, что Карина Иминова пыталась знакомиться с разными людьми, покинувшими Чечню, приглашала их на встречи. После убийства Айшат Баймурадовой Карина покинула Армению, удалила свой аккаунт в WhatsApp и перестала отвечать на телефонные звонки. «Мы не знаем, причастна ли девушка к смерти Айшат, но она является важной свидетельницей произошедшего», — говорит СК SOS.

Полиция проводит предварительное расследование по факту обнаружения тела Айшат. Российские правозащитники запустили петицию с призывом к властям Армении провести тщательное и прозрачное расследование. К инициативе присоединились десять армянских организаций, входящих в «Коалицию против насилия в отношении женщин». Спустя сутки МИД Армении направил запрос в Следственный комитет с просьбой предоставить последнюю имеющуюся информацию по делу, а офис премьер-министра обратился к генеральному прокурору страны.

Похищения и «убийства чести»

Дело Айшат Баймурадовой уникально тем, что это первый случай убийства сбежавшей из Чечни девушки на территории другой страны.

«Убийства чести», которые совершаются близкими родственниками мужского пола и оправдываются «восстановлением чести семьи» после «непристойного» поведения женщины, по-прежнему распространены в Чечне.

Истинная причина таких убийств — «самодовольное удовлетворение личных и семейных амбиций, подстрекаемых общественным мнением, сплетнями, слухами и клеветой», говорится в докладе американского исследовательского центра Wilson, созданного Конгрессом.

Лишь немногие «убийства чести» становятся достоянием общественности, но правозащитникам известны случаи, когда беглянок похищали, возвращали в Чечню и убивали. Так в 2017 году поступили с Луизой Назаевой, которая попросила помощи у СК SOS как ЛГБТ-персона.

Убегая, Луиза совершила ошибку: она позвонила родственникам, чтобы сообщить о своем отъезде и попросить не искать ее. Семья выехала следом за девушкой, нашла ее и увезла в Чечню. Через две недели появилась информация, что Луиза умерла. По официальной версии — от «почечной недостаточности». По информации СК SOS — девушку задушили подушкой. Никакого расследования не проводилось.

То же самое случилось в 2022 году с Седой Сулеймановой — чеченские силовики нашли девушку в Санкт-Петербурге, увезли в Чечню и передали родственникам. Подруга Седы Елена Патяева регулярно выходила на пикеты с единственным вопросом: «Где Седа?» Следственный комитет возбудил дело именно по статье «Убийство». Правозащитники уверены, что Седу в Чечне убили.

В 2025 году такой участи избежала 24-летняя Лаура Авторханова. Девушка сбежала от домашнего насилия в Грузию, но родственники нашли ее в Тбилиси. Лаура успела сообщить об этом сотрудникам шелтера, где она жила, после чего написала, что едет в полицию, чтобы написать заявление о том, что добровольно хочет покинуть страну и вернуться в Россию — так ее семья надеялась избежать проблем на границе. Но благодаря огласке этого не произошло — к утру следующего дня Лауру отпустили из полиции, и правозащитники снова поместили ее в безопасное место.

На тот момент именно этот случай был первым в своем роде. Традиционно родственники девушек, сбежавших за границу, действуют другими способами: подают заявления о пропаже без вести, пытаются в переписке давить на девушек, убеждая их вернуться, угрожают. Лаура стала первой чеченкой, которую попытались физически похитить из-за рубежа.

Разница между Луизой, Седой, Лаурой — и Айшат в том, что первых трех девушек активно искали родственники. Баймурадову никто не искал, не пытался ее вернуть. Поэтому правозащитники сомневаются, что за убийством Айшат могут стоять ее родственники.

Зато Баймурадова получала много угроз в соцсетях от чеченцев — для многих она была слишком активной, открытой, не боялась высказывать свое мнение в самых резких выражениях. Именно поэтому на данный момент ни у кого за рамками следствия нет понимания, кто мог быть причастен к ее убийству.

В СК SOS не считают произошедшее с Айшат «убийством чести», говоря о том, что семья не искала ее. У создательницы проекта «Кавказ без матери» Лидии Михальченко другое мнение: она называет это «классическим, ярко выраженным убийством чести» и актом устрашения. Она уверена, что убийца «максимально наследил», чтобы послать сигнал всем сбежавшим.

Единственное окно

С начала 2000-х в Европу — сначала из-за войны, а потом из-за репрессий установившегося режима Кадырова — приезжали соискатели убежища из Чечни. Основными направлениями стали Польша, Франция и Австрия.

С 2008 по 2016 год 30% всех прошений об убежище от граждан России, большинством из которых были чеченцы, зарегистрировала Польша. Хотя эта страна предоставила международную защиту нескольким тысячам выходцев из Чечни, в 2010-х шансы заявителей резко упали: Европа пережила миграционный кризис, Польша, будучи внешней границей ЕС, чувствовала на себе давление Брюсселя, а в 2015-м к власти в стране вернулись правые, в стране усилились антииммигрантские настроения.

Несмотря на это, порой у чеченцев не было выбора: Польша была удобна из-за ее географического положения. В 2016 году польская пограничная служба начала систематически отказывать просителям убежища в праве подать заявление о защите прямо на польско-белорусской границе. В качестве причины отказа называлось отсутствие проездного документа — например, шенгенской визы.

Правозащитники называли это незаконной практикой и нарушением Женевской конвенции, а также законодательства ЕС. В 2017 году в ситуацию даже вмешался Европейский суд по правам человека, встав на сторону чеченской семьи с четырьмя детьми, которые до этого 16 раз приезжали на пограничный пункт, добиваясь, чтобы у них просто приняли заявление.

В 2017 году на волне преследования геев в Чечне Европа начала выдавать бегущим гуманитарные визы, но и эта опция давно закрыта. «Попасть в действительно безопасные страны непросто. Но проблема еще и в том, как другие государства реагируют на российские запросы о розыске "пропавших": слишком часто их принимают за чистую монету», — говорит эксперт по Северному Кавказу Гарольд Чемберс.

Почти безвыходной ситуация стала после того, как Россия напала на Украину, после чего ЕС закрыл воздушное пространство для российский самолетов. Хотя некоторые страны выдают гуманитарные визы гражданам России, находящимся под риском преследования на родине, на практике в эту категорию не попадают бегущие от домашнего насилия чеченские женщины. Правозащитники уверены, что, несмотря на все угрозы, у Айшат Баймурадовой не было шансов получить такую визу.

Единственное «окно», оставленное этим женщинам, — это Южный Кавказ, в частности, безвизовые Грузия и Армения. Но еще до попытки похищения Лауры Авторхановой и убийства Айшат Баймурадовой было понятно: эти страны не гарантируют полную безопасность женщинам, бегущим с Северного Кавказа.

Известны случаи, когда правоохранительные органы обеих стран содействовали родственникам, пытавшимся вернуть беглянок. Например, два года назад полиция Армении задержала 21-летнюю ингушку Фатиму Зурабову и привезла в участок, где ее уже ждали родственники. А в случае с дагестанкой Заирой Пировой правоохранительные органы подтвердили ее семье, что девушка находится в Грузии.

Многие жители северокавказских республик имеют родственников или друзей в Армении и Грузии, что упрощает процесс поиска беглянок.

Страх быть убитой

На протяжении многих лет Рамзан Кадыров прилагал большие усилия, чтобы вернуть домой беженцев, которые в отдельных странах сформировали диаспоры, говорит Майкл Деннис, эксперт по чеченской политике из Техасского университета в Остине.

«Само существование диаспоры — это очевидный сигнал для всего мира, что в Чечне что-то не так. Это вопрос его личной гордости и политического имиджа», — говорит Деннис.

Многие бежавшие от домашнего насилия женщины, живущие в странах с большой чеченской диаспорой, не общаются с соотечественниками.

Чеченка Мадина, которая уже несколько лет живет в Европе, рассказывает, что постоянно цензурирует сама себя — лишь бы не сказать что-то на чеченском языке в общественном месте.

Она рассказывает и о других ограничениях, в которых ей приходится жить: нельзя вести публичный образ жизни, открыто писать в соцсетях, нельзя практически никому сообщать свой адрес, уведомлять друзей о своих перемещениях, нельзя рассказывать даже о некоторых интересах или просмотренных фильмах.

Убийство Айшат Баймурадовой сильно повлияло на таких девушек, как Мадина. Правозащитники говорят, что некоторым требуется психологическая помощь.

«[После убийства Айшат] страх, с которым я жила всю свою жизнь, с самого детства, который вшит в ДНК, проснулся с новой силой. Как сонный паралич: пришел монстр, а я лежу и не могу двигаться и смотрю в глаза этому монстру. Это страх быть убитой», — говорит Мадина.

В Чечне на убийство Айшат отреагировал помощник Кадырова Мансур Солтаев: он назвал все обвинения в адрес властей республики «информационным террористическим ударом». Заодно заметил, что психологи некоего кризисного центра «намеренно вводят женщин в заблуждение»: «Они обещают прекрасную жизнь в Европе или на Западе, игнорируя реальные проблемы и подталкивая женщин к разрыву семейных уз. Таким образом, ведется целенаправленная работа по размыванию и разрушению институтов семьи и традиций, которые веками формировались на Кавказе и по всей России».

Вероятно, именно с этой целью — не допустить «размывания традиций» — в Чечне начнут проводить «разъяснительные беседы» с женщинами, которые выходят на улицу с непокрытой головой. Правозащитница Саида Сиражудинова в интервью «Кавказскому узлу»* сказала, что во время таких «разъяснений» у девушек нередко забирают телефоны и проверяют их.

«Они хотят устроить такой патриархальный порядок, где сохранность общества гарантируется оказанием давления на женщин, их притеснением и подавлением», — считает Сиражудинова.

Живущая в Европе чеченка Мадина признается, что после убийства Айшат стала еще внимательнее относиться к правилам цифровой безопасности.

«Я живу в перманентном стрессе. В какие-то периоды это исчезает, когда я осознаю, что нахожусь в стране, где действует правовая база. Но я не могу сказать, что я знаю, что такое свобода, в полной мере. Я сейчас нахожусь на этапе — позволить себе жить свободно. Это очень долгий этап. Посмотрим, случится ли когда-нибудь эта полная свобода в моей жизни», — говорит Мадина. Если бы она могла, она вела бы блог о феминизме, но пока Мадина надеется, что однажды появится возможность ни от кого не скрывать все части своей идентичности.

Би-би-си попыталась связаться с Кариной Иминовой, но по всем известным номерам телефонов никто не ответил. Мы также направили запрос в МВД Армении с просьбой рассказать, как продвигается расследование убийства Айшат Баймурадовой. Ответ пока не получили.

* Правозащитная группа СК SOS, а также издания «Важные истории», «Агентство» и «Кавказский узел» внесены в России в реестр «иностранных агентов».

** Имена некоторых героев в тексте изменены в целях их безопасности. Их настоящие имена известны Би-би-си.