Кто такая Делси Родригес, занявшая место Мадуро. Марионетка Трампа или защитница Венесуэлы?

Делси Родригес заняла место захваченного американцами президента Венесуэлы Николаса Мадуро и пообещала дать отпор «империи». Однако президент США Дональд Трамп уверен, что она будет выполнять прямые указания Вашингтона и фактически станет его наместницей в Каракасе. Что известно о Делси Родригес?

Она — правая рука Мадуро и вице-президент страны. Именно поэтому Верховный суд передал ей полномочия главы государства на время «вынужденного отсутствия» Мадуро.

Родригес тут же появилась на публике в окружении самых влиятельных аппаратчиков и силовиков и начала делать ястребиные заявления в адрес США, как бы демонстрируя, что похищение Мадуро не привело ни к смене режима, ни к изменению курса страны, ни к конфликту элит.

«В Венесуэле только один президент, и его зовут Николас Мадуро, — сказала Родригес и пообещала отстаивать независимость. — Наш народ не сдается, не капитулирует и никогда не станет колонией какой-либо империи — ни старой, ни новой, ни угасающей».

У Дональда Трампа другое мнение.

На вопрос, кто сейчас главный в Венесуэле, Трамп прямо ответил: «Всем заправляем мы». И пригрозил, что Венесуэлу ждет новая военная операция, а Родригес — нечто «худшее, чем Мадуро», если она не будет выполнять волю Белого дома и не предоставит США «полный доступ ко всему — и к нефти, и ко всему остальному».

«Тигрица»

Отец Делси Родригес был партизаном и умер от пыток в полиции в 1976 году.

В поисках справедливости она пошла учиться на юриста — сначала дома, потом во Франции. А боливарианская революция и приход к власти Уго Чавеса, как она сама признавала, стали для ее семьи триумфом «личной мести» прежней власти за отца.

Старший брат 56-летней Делси Хорхе Родригес тоже подался в политику. Сейчас он возглавляет Национальную ассамблею Венесуэлы.

Карьера Делси Родригес при Чавесе привела ее на министерский пост, однако настоящий прорыв ждал ее уже после его смерти и прихода к власти Николаса Мадуро.

При нем она в разное время возглавляла министерства связи, экономики и иностранных дел и в итоге доросла до вице-президента, ответственного к тому же за нефтегазовую отрасль — фактически единственный источник доходов нищей Венесуэлы.

Мадуро прозвал Родригес «тигрицей» за ее пламенную преданность идеям чавизма. Она была его правой рукой как дома, так и за рубежом.

«Делси работает в паре с братом. У нее роль скорее практическая, чем интеллектуальная. Они оба — хорошо образованные люди, которые заполнили пустоту, образовавшуюся в результате полного ухода из правительства компетентных специалистов», — говорил политолог Никмер Эванс в интервью BBC Mundo в 2024 году.

Лицо режима

Делси Родригес фактически стала лицом режима Мадуро, оказавшегося под западными санкциями за подавление свобод и фальсификацию выборов в Венесуэле.

Сам Мадуро за границу в последнее время почти не выезжал, и Родригес играла ключевую роль в отношениях с союзными странами вроде Турции, Китая и Ирана.

Пробивная и неугомонная Родригес не раз провоцировала скандалы. После того, как Венесуэлу исключили из южноамериканского торгового блока МЕРКОСУР, она пыталась прорваться на его заседание в Буэнос-Айресе. А в 2020 году прилетела на частном самолете в Испанию, несмотря на запрет на въезд в Шенгенскую зону.

США и Евросоюз ввели против Родригес санкции за нарушение прав человека и разрушение демократии в Венесуэле.

Родригес всегда клеймила США позором и яростно защищала право Мадуро и его окружения строить социализм по заветам Уго Чавеса и продолжать вечную борьбу с американским империализмом не на жизнь, а на смерть.

Теперь она оказалась в ситуации, когда ей придется работать под диктатом Вашингтона — и перед лицом обещанной Трампом военной интервенции в случае, если она не будет слушаться.

Родригес уже проявила гибкость. После первых воинственных заявлений она смягчила тон.

«Мы приглашаем власти США к совместной работе над повесткой двустороннего сотрудничества, — сказала она и обратилась к Трампу. — Президент Дональд Трамп, наши народы и наш регион заслуживают мира и диалога, а не войны».